8 ноября 2022, 09:00
Интервью

Глава Росводресурсов: весной сельское хозяйство Крыма вырастет

Глава Росводресурсов: весной сельское хозяйство Крыма вырастет
Дмитрий Кириллов

Дмитрий Кириллов — о планах новой "водной" пятилетки до 2030 года

В ближайшие месяцы четыре новых региона России станут частью общего водного хозяйства страны, благодаря чему Крым увеличит и расширит производство продуктов питания. Руководитель Федерального агентства водных ресурсов Дмитрий Кириллов рассказал ТАСС о планах новой "водной" пятилетки до 2030 года, строительстве водохранилищ на Дальнем Востоке, уровне воды в Волге и Байкале и "водной" дипломатии с недружественными странами.

В России появились четыре новых региона. Как будет организована работа в части водного хозяйства? 

— Организационная структура расширяется, созданы новые отделы Донского бассейнового водного управления Росводресурсов по всем четырем регионам. Сейчас ведем подбор и расстановку кадров. Думаю, буквально в ближайшие месяцы начнем активную интеграцию областей и республик в водохозяйственный комплекс страны, ведь все, что касается пресной воды и связанной с ней инфраструктуры, определяет множество благ. Руководствоваться будем бассейновым подходом. В широком смысле Донецкая и Луганская народные республики относятся к бассейну Дона, располагаясь на берегах его притока — реки Северский Донец, исток которой находится в Белгородской области.

Что будет делаться в новых регионах по водным проектам России?​​​

— Например, работа по оздоровлению русел позитивно скажется на улучшении состояния Дона, усилив его питание. Предполагается дополнить мероприятия в рамках утвержденной правительством России программы, регионы станут полноценными участниками такой работы. Но прежде надо оценить состояние водного фонда, провести его инвентаризацию и водохозяйственное районирование. Допускаю, что для Запорожской и Херсонской областей будет необходима отдельная схема комплексного использования и охраны водных объектов. Но есть и задачи первоочередные: как с точки зрения состояния отдельных водохранилищ, так и по вопросам водообеспечения. Их в рамках компетенций решаем уже сейчас.

В каком состоянии сегодня находится Северо-Крымский канал в своей бывшей украинской части?

— Никаких опасений, касающихся технического состояния канала, нет ни в Херсонской области, ни в Крыму. Потребуются профилактические работы относительно работоспособности отводящих каналов, в том числе для аварийного сброса воды и ее подачи в межхозяйственные мелиоративные системы. Такие мероприятия проводятся именно в зимний период.

Как считаете, сколько времени нужно Крыму, чтобы полностью вернуться на традиционную схему водообеспечения сельского хозяйства?

 Это вопрос готовности межхозяйственных оросительных систем, поддержки конкретных фермеров, постепенного ввода в оборот земель сельхозназначения под те культуры, которые были для этих мест традиционны. Должна быть учтена и коммерческая привлекательность продукции. Есть все основания полагать, что уже в апреле следующего года сельскохозяйственные поля прибавят в площадях и наименованиях культур. В 90-х годах на полуострове производилось более 2 млн т зерна, сотни тысяч тонн овощных и бахчевых культур, плодов и винограда.

"Недружественные" воды

Позвольте узнать про международные отношения. У нас теперь все стало просто: есть дружественные соседи, а есть недружественные, на Западе вторые, на юге и востоке — первые. Если с дружественными все понятно, то как с недружественными теперь будут развиваться отношения? У нас же общие реки, даже иногда общее водное хозяйство.

— В профессиональной плоскости мы взаимодействуем системно, у Российской Федерации свыше 40 тыс. км государственной границы с сопредельными странами по рекам, озерам и морям. У нас девять двусторонних соглашений о сотрудничестве в области использования и охраны трансграничных вод, здесь и Финляндия, и Эстония, и восточные соседи.

Мы исходим из того, что реки должны объединять. От вопросов совместного управления водными ресурсами не уйти — все стороны заинтересованы в качественной воде и безопасности в период паводка. Поэтому сохраняем скоординированность, профессиональный и экспертный диалог.  Разумеется, в отдельных водных бассейнах свои приоритеты и особенности.

Например, большинство трансграничных рек с Финляндией текут от них к нам. Потому с финляндскими экспертами мы держим внимание на улучшении качества воды, строительстве очистных, а также на разработке совместных методик оценки и контроля. В бассейне реки Вуоксы с прошлого года реализуем комплекс мероприятий, важных для минимизации негативного воздействия трансграничных вод на территории обеих стран. Вместе с коллегами из Эстонии следим за состоянием Чудско-Псковского озера, которое, несмотря на высокую антропогенную нагрузку, сохраняет и свою туристическую привлекательность, и высокую рыбопродуктивность. К слову, в следующем году на озере начнем мероприятия по направлению "Сохранение уникальных водных объектов" национального проекта "Экология".

Есть ли какие-то нерешенные вопросы с недружественными странами или претензии, провокации с их стороны по водным делам?

— Формат совместных комиссий и рабочих групп, в которых мы работаем, предполагает согласованные решения. Есть основа: взаимный обмен данными, выполнение национальных программ мониторинга или других мероприятий. Все, что происходит на трансграничных водных объектах, требует двусторонней верификации. Годы взаимодействия доказали эффективность.

Вы помните нашу многолетнюю работу в рамках Хельсинской конвенции по Балтийскому морю? Лет десять назад все страны Прибалтики считали Россию одним из крупнейших загрязнителей Балтийского моря и Финского залива. Сегодня наше государство находится среди самых экологически ответственных стран Балтийского моря. Как нам удалось этого добиться? Посредством выполнения совместного плана действий по HELCOM (Хельсинкская комиссия, комиссия по защите морской среды Балтийского моря — прим. ТАСС), в том числе в части наших сельхозтоваропроизводителей и благодаря строительству очистных сооружений, прежде всего в Санкт-Петербурге.

В общем, опыт взаимодействия с каждым из сопредельных государств наработан. Межправительственному соглашению с Финляндией в этом году исполнилось 58 лет. К слову, оно легло в основу соответствующей конвенции.

Новая "водная" пятилетка

Возвращаясь к нашим делам. Национальный проект "Экология" еще не завершился, но уже виден его конец в 2024 году. Что удалось сделать?

— Здесь наше основное направление — "Сохранение уникальных водных объектов". Все заданные показатели достигаются. С начала национального проекта "Экология" удалось расчистить свыше 340 км русел рек, ериков, восстановлено более 35 тыс. га водных объектов, 21 тыс. га из них — на Нижней Волге.

Возможно, эти цифры звучат пространно, могу сказать иначе: восстановлением, оздоровлением своих рек и озер уже охвачены более 50 регионов страны, а за последние четыре года результат этой работы ощутили 11 млн россиян, экологические условия жизни которых улучшились. 

Что касается Нижней Волги, то там по строительству водопропускных и водоподпорных сооружений для лучшего обводнения Волго-Ахтубинской поймы мы так же уверенно идем в графике. Построено свыше 46 сооружений, всего в планах до 2024 года — 80.

Что будет дальше? Есть разговоры про новую, так сказать, "водную" пятилетку — до 2030 года. Понятно, что в нее, наверное, войдут Байкал, Волга, Дон. Что еще?

— Мы стоим на пороге объединения водных направлений в рамках национального проекта "Экология" с горизонтом 2025–2030 годов. Ближайшие два года надо посвятить научному обоснованию, проработке мероприятий.

В него войдут трансграничные бассейны Урала и Иртыша, Терек, который волнует регионы Кавказа как в экологическом аспекте, так и с точки зрения снижения вероятности наводнений. Кама, крупнейший приток Волги и промышленный узел региона, которая требует внедрения наилучших доступных технологий и строительства очистных сооружений. Разумеется, крупнейшие озера Сибири и Северо-Запада тоже войдут в проект. Остается приоритетом Дон. Особое внимание — сохранению малых рек степной части Краснодарского края и Волгоградской области. Вопрос масштабный и довольно чувствительный.

Уровни маловодья

А что с Волгой-матушкой? Там маловодье продолжается?

— Ситуация нынешнего года вполне удовлетворительная в сравнении с двумя годами ранее. Приток был далек от нормы, тем не менее обеспечен важный для рыбной и сельскохозяйственной отраслей попуск, а также запас водохранилищ для водоснабжения населения. В полном объеме состоялись и судоходные попуски.  

Не стоит забывать, что внутри года распределение стока Волги изменилось, обратной тенденции нет, это требует мер адаптации. Прежде всего, по объемам рыбохозяйственных попусков. Думаю, вопрос гидрологии Волги в профильной науке займет одну из ключевых позиций.

Кстати, наши среднеазиатские соседи не пытаются вернуться к проекту переброски воды с севера?

— На сегодняшний день проработанных предложений на межведомственном уровне нет. Проектно на переброску можно смотреть по-разному, например, рассматривать наряду с экологической функцией возможности для развития транспортного и энергетического потенциала. Но абсолютно точно любой из вариантов будет сильно капиталоемким. Реализация таких проектов предполагает гарантированного потребителя.

Как обстоит дело с уровнем Байкала?

— В этом году Байкал ведет себя примерно — уровень держится в рамках установленного законом диапазона. Не было никаких вопросов, связанных с подтоплением в нижнем бьефе плотины Иркутска. Если в прошлом году мы доходили до сброса 3,6 тыс. м/с, то в нынешнем сбросы не превышали и 2,5 тыс. м/с. Обстановка штатная, стабильная. 

Колебания уровня, маловодные и многоводные периоды — все это нам показало озеро за последние лет восемь. По итогам работы, которую сейчас проводит Сибирское отделение РАН совместно с десятком научных институтов, мы рассчитываем получить вывод, обоснованный с точки зрения экологического благополучия Байкала. После можно будет вернуться к вопросу изменения режимов регулирования или отсутствия такой необходимости. 

Новые дальневосточные водохранилища

Как идет строительство сооружений по защите от наводнений на Дальнем Востоке?

— В перспективе трехлетнего бюджета на строительство сооружений инженерной защиты выделено без малого 17 млрд рублей. В 2022 году мероприятия, включая разработку проектов, проходят на 37 объектах в 22 регионах. Большая часть работ рассредоточена по регионам Дальнего Востока — в Еврейской автономной области, Приморье, Забайкалье, республиках Бурятия и Саха (Якутия), Хабаровском крае. В следующем году должны приступить и в Амурской области. Разумеется, есть отстающие, есть те, кто в принципе не справляется со взятыми на себя обязательствами по строительству критически важных для населения объектов инженерной защиты населения от большой воды.

Дальневосточные паводки действительно отличаются разрушительностью и плохой предсказуемостью. В этих регионах перераспределение стока с помощью ловушек, которые образуют водохранилища, — единственный способ управления волной и противодействия наводнениям.

Значит, Дальнему Востоку нужны новые водохранилища?

— В бассейне Амура всего две точки, которые срезают пики паводка, — это Зейское и Бурейское водохранилища. Во время летнего наводнения на реке Зее водохранилище приняло на себя ровно половину объема воды, которую принес мощный циклон. Представить картину такого же стремительного гребня где-нибудь в районе Благовещенска при отсутствии улавливающей емкости не сложно, но не хочется.

Строить водохранилища территория позволяет. Есть соответствующие поручения президента и председателя правительства по подготовке проекта программы, которая подразумевает строительство дополнительных водохранилищ и ГЭС на притоках Амура. Рассматривали несколько потенциальных объектов, четыре из них в противопаводковом аспекте наиболее приоритетны. Необходимо завершить расчеты, определиться с источниками и сроками финансирования. Вопрос курирует Минэнерго России, и он не простой, но для бассейна Амура очень перспективный.

Предположительный срок начала работ — это уже следующее десятилетие?

— Да, и это правильно. Крупным ГЭС нужны гарантированные потребители. В той же Амурской области еще десять лет назад не было космодрома Восточный. В Приамурье продолжает развиваться газохимический кластер. То есть, в принципе, ситуация с точки зрения энергопотребления на Дальнем Востоке трансформируется.