Все новости

Федор Конюхов: если бы я вернулся назад, я бы жил точно так же, только чуть-чуть быстрее

Федор Конюхов Игорь Подгорный/ТАСС
Описание
Федор Конюхов
© Игорь Подгорный/ТАСС

12 декабря исполняется 65 лет Федору Конюхову — российскому путешественнику, художнику, воздухоплавателю, альпинисту, яхтсмену и православному священнику. В интервью ТАСС он рассказал о том, как успевать писать книги и картины и при этом ставить новые рекорды, а также о полетах в космос, автостопе и о том, чему еще только предстоит научиться.

 

— Федор Филиппович, вы путешественник, священник, художник, писатель. А вы сами кем себя в первую очередь считаете?

 Я человек в первую очередь (смеется). Любопытный, любознательный, романтик, авантюрист в хорошем смысле. Я православный человек, я священник. Я знаю, что если Господь Бог создал нашу планету, создал Эверест и человека по образу и подобию себя, и он идет к разгадке божественного, значит не грех делать восхождение на Эверест, не грех открывать другие страны, заниматься наукой или делать спортивные достижения. Это и значит продлить человеческие возможности, а Господь Бог так и создал человека.

— Какие путешествия и новые рекорды планируете?

— В январе мы хотим установить рекорд по длительности полета на воздушном шаре. Будем это делать из Рыбинска в районе 15 января. Надо будет продержаться в воздухе больше 50 часов. Затем ближе к осени у меня будет рекорд по высоте полета: я хочу подняться на воздушном шаре в стратосферу, на 25 километров. Это мы будем делать в Якутии или Красноярском крае.

Я хочу увидеть дно Марианской впадины, мне интересно, какие ощущения у меня будут, какие мысли

Планов много, мои экспедиции ведь долго готовятся. И в регате на Кубок Жюля Верна мечтаю принять участие, для этого мы разрабатываем гоночную яхту, и с Артуром Николаевичем (Чилингаровым, специальным представителем президента РФ по международному сотрудничеству в Арктике и Антарктике. — Прим. ТАСС) мы планируем, как будем погружаться в Марианскую впадину. Я хочу увидеть дно Марианской впадины, мне интересно, какие ощущения у меня будут, какие мысли, когда такое давление над тобой. Какие у меня после этого будут картины, книги, отношение к жизни...

— Какое из ваших путешествий больше всего вас изменило?

— Все меняли, после каждого меняешься. Не может человек, побывавший на Эвересте, остаться таким же. Ты спустился с Эвереста — ты другой. Ты достиг своей цели, но когда спустился, ты слился со всеми.

— Как вы готовитесь, настраиваетесь перед новым рекордом?

— Надо готовиться морально, физически, духовно, материально. Для меня самое главное — духовный настрой. Сначала духовно пройти. Я и сейчас настраиваюсь на то, что я должен взлететь на эти 25 километров. Даже этот полет на воздушном шаре вокруг Земли (в 2016 году) — это был духовный настрой. Я не допускал мысли, что я где-то приземлюсь или упаду. Надо духовно выстроить свой путь и не прерывать его.

— А усталость физическая или уныние бывают в путешествиях?

— Физическая усталость — да, но уныние никогда. Если сказать точнее, у меня никогда в жизни не было растерянности. Может быть, потому что я верующий, я чувствую, что святой Николай от меня не отвернулся. И сейчас на воздушном шаре я не был растерян. Я знал, что он может взорваться, я упаду. Но чтобы растеряться — нет. Я сознательно все делаю. А уныние, дай Бог, меня никогда не посещало.

— После того, как достигаете цели, к которой шли долгие годы, нет чувства опустошения?

— Нет. Если в тебе есть цель, то это окрыляет. Я спустился с Эвереста и знал, что напишу картину, книгу.

— Где вы находите столько энергии?

— Я счастлив. У меня все есть, всего хватает: дети, шесть внуков, мысли по картинам, и по плаваниям, и по жизни, и книгу я сейчас пишу об Антарктиде, пишу гору Синай.

— Как вы находите время на путешествия, рекорды, создание картин и книг, не говоря уже о служении?

— Время можно спрессовать.

Говорят: "Не хватает времени". А ты делай! И спрессуешь его

Я очень люблю Пикассо. Он прожил 92 года, написал столько картин! У него же все в тысячах: графика, керамика, скульптура, живопись. И до сих пор искусствоведы не могут подсчитать, сколько Пикассо написал. Они говорят, что даже если человек будет каждое утро вставать и просто черкать, то у него не хватит времени, а у Пикассо хватило, а он еще политикой занимался!

Я вижу, как человек может спрессовать время. Время бесконечно: человек может сделать из него много, а может и ничего. Говорят: "Не хватает времени". А ты делай! И спрессуешь его.

— Получается все успеть, ни о чем не жалеете?

— Мне 65 лет, если бы я вернулся назад, я бы точно так же жил, только чуть-чуть побыстрее. Я вижу свои упущения: сейчас пишу картину "Синайская гора", но я хочу о ней и словами рассказать, значит, надо написать книгу. А еще я бы хотел фильм поставить. Есть сценарий, мы его с женой написали.

Я бы поднялся на все восьмитысячники. Я чувствую, что смог бы это сделать. Все они сложные, но я время потерял. Сейчас уже и возраст не тот, и 5 или 6 лет потратить только на горы сейчас уже страшновато, ведь есть и лодки, и Марианская впадина, и полет в стратосферу.

— Вы собираетесь установить рекорд в стратосфере. А про космос не думали?

— Мне космос неинтересен, я не стесняюсь это говорить. Как это так: полвека летать на одной и той же высоте. И в 1970-х, и сейчас летают на 330 км.

Мне космос неинтересен, я не стесняюсь это говорить

Хотя я в детстве хотел стать космонавтом, но не стал. И думал, как же я проживу жизнь и не увижу нашу планету сверху. Я полечу в стратосферу, чтобы увидеть, как наша Земля сгибается, и черное небо над ней.

Хотя мне часто говорят: "Ты же священник". Да, я священник, я хочу увидеть лик Земли нашей, который создал Господь Бог наш. Я верю в нашего Бога Иисуса Христа. И я хочу увидеть нашу Землю.

Мне 65 лет, а я еще романтик.

— Федор Филиппович, сейчас многие путешествуют, например автостопом.

— Автостоп я не одобряю, это болтание по миру. Энергию теряют: туда поехал, сюда поехал. Направь энергию на хорошее дело. Это легкий путь, а надо цель ставить и идти долго, учиться. А автостоп — ну что это? Сел и поехал. А всем говорит, что он тоже путешественник. И слон из цирка, которого везут, тоже путешественник.

Но если ты снимаешь фильм — это я понимаю.

— Как вы думаете, из-за чего многие так "путешествуют"?

— Люди боятся времени, это их и останавливает. Потому что они неверующие от сердца. Многие могут сказать: "Я верующий", даже в церковь ходит, правильно разворачивается, правильно ставит свечи. Это хорошо. Но ты должен еще не бояться времени.

Я занимался альпинизмом 19 лет. Я поднялся на Эверест с южной стороны, с Непала, с Женей Виноградским (альпинистом. — Прим. ТАСС) в 1992 году. 11 мая мы стояли на вершине Эвереста, посмотрели в сторону севера — Тибет низкий, заснеженный. И думаю, вот бы подняться с северной стороны Эвереста. И Женя где-то через пять лет поднялся. А мне потребовалось снова 20 лет. И в 2012 году я делаю восхождение с Тибета, с северной стороны на Эверест. Таким образом, у меня ушло 39 лет на Эверест.

На автостоп теряют время. Сосредоточься, потрать 5, 10, 15, 20, 30 лет, но сделай! Это ведь цель и мечта.

— Но, может быть, люди боятся потратить усилия впустую?

— Люди еще мечты свои боятся осуществить. Мечта всегда осуществляется, если ты к ней стремишься. Не может у человека быть мысли, если она не материальна. Человек задумал полететь в космос — полетит. Задумал выйти за пределы нашей Вселенной — выйдет. Но когда и кто, через какое время — 100 или 1000 лет. Как сказал Леонардо да Винчи, человек не может мыслить, если это неисполнимо. Господь Бог создал не только нашу планету, он создал все, бесконечность. Если человек мечтает, то Богу так угодно. Только каждому дает свое время. Так же, как и прийти к Богу.

— Появятся ли у нас путешественники, которые побьют ваши рекорды?

— А мне бы хотелось при жизни это увидеть. Когда бьют рекорды — тебя толкают. Слава приходит всего на первые часы. И достаточно, не нужно всю жизнь при славе ходить. А то как бывает: путешественник или художник сделал одно, и он все время об этом говорит, уже 20, 30 лет прошло. А мне бы хотелось, чтобы кто-то облетел Землю за 10 дней, потом за 9 дней. Это будет толчок, я и буду заряжаться. Я же увидел нашу Землю сверху, ощутил этот мир. Пусть другой полетит и увидит, как это.

— Как вы относитесь к анекдотам про вас? После того, как вы с Виктором Симоновым пересекли Арктику на собачьих упряжках, появился анекдот, что собака Федора Конюхова больше всего боится услышать от хозяина фразу "пойдем погуляем".

(Смеется.) Хороший анекдот. Я не обижаюсь. Мама моя тоже говорила, что собаки от меня уставали, я их выматывал походами.

— Где и как планируете отмечать свой день рождения?

— Мы всегда отмечаем в Свято-Алексиевской пустыни. Там 300 детей, 200 взрослых, там наш дом. Мы всегда с моей женой — матушкой Ириной — туда приезжаем. Я там буду вечером, пойду в храм, буду молиться, днем буду писать книгу, с матушкой Ириной утром кофеек попьем. Я всем запрещаю ехать ко мне, потому что не хочу обременять людей, чтобы они ехали с подарками. Мы скрываемся (смеется).

— Как вы ощущаете этот возраст?

— Я хочу побыть еще и старым. Я был ребенком, юношей, молодым, а стариком только становлюсь.

Я хочу побыть еще и старым. Я был ребенком, юношей, молодым, а стариком только становлюсь

И это очень большое благо. Именно благо: на все по-другому смотришь. Даже вкус еды другой. Смотришь на солнце, думаешь, а сколько еще осталось на него смотреть? Почему я еще очень люблю ездить в метро: смотришь и думаешь, а сколько тебе еще смотреть на этих людей? Так что надо смотреть и набираться, любить этих людей. У меня все есть, всем я доволен. Только одним недоволен, что я еще не научился до конца любить людей, всех. Это очень сложно. Своих близких — это легко.

Беседовала Алиса Веселкова

"Быть Конюховым": читайте наш материал в официальном сообществе ТАСС в Facebook