Все новости

Владимир Вдовиченков: "Салют-7" — картина о "крутых парнях", покоривших космос

Владимир Вдовиченков Артем Геодакян/ТАСC
Описание
Владимир Вдовиченков
© Артем Геодакян/ТАСC

Фильм о спасении советской орбитальной станции "Салют-7" выйдет в российский прокат в октябре, к 60-летию запуска первого искусственного спутника Земли. Однако небольшая премьера картины состоялась раньше, 18 августа,  в рамках Пятого фестиваля короткометражного кино "Короче" в Калининграде. О работе над картиной, всенародной любви после фильма "Бригада" и о том, что интересно смотреть современной молодежи, в интервью ТАСС рассказал исполнитель одной из главных ролей в фильме, заслуженный артист России Владимир Вдовиченков. 

— Вчера на фестивале состоялась премьера фильма "Салют-7", в котором вы исполнили одну из главных ролей. А вы сами фильм уже видели раньше?

— Да, я сам смотрел фильм до этой премьеры. Со своей дочерью, а ей 12 лет. Она переживала, нервничала, спрашивала: "Папа, а все точно будет в порядке"? Мне было интересно наблюдать за ее реакцией.

— То есть, картина будет держать зрителей в напряжении?

— Да, будет момент напряжения. Мне кажется, что любопытно будет зрителям увидеть этот фильм.

— Что было самым сложным в работе над картиной?

— Самое сложное - съемки, которые длились несколько месяцев. Это огромное физическое напряжение. Рабочий день составлял 12 часов и 90% съемочного периода занимали "вывешивания" в так называемой невесомости. Законы гравитации обмануть невозможно, человек не может физически лететь сам вверх, поэтому невесомость мы создавали зрительно.

— Насколько я знаю, были построены специальные декорации, повторяющие космический корабль "Союз Т-13".  На таком корабле отправлялись в экспедицию по спасению станции "Салют-7" в 1985 году советские космонавты Владимир Джанибеков и Виктор Савиных?

— Да, декорации  были установлены в специальном ангаре.

Более того, делались макеты в разрезах, чтобы можно было снимать и изнутри, и снаружи. Кстати, был и первый звонок, что легко не будет, когда продюсер мне сказал, что до съемок надо пройти медкомиссию. Раньше я сталкивался с этим только при работе с иностранцами. Я думал, это шутка, не в космос ведь нас отправят. А в итоге отправили… Условная невесомость создавалась в специальном самолете ИЛ-76 в Звездном городке. И мы летали вместе с Пашей Деревянко (исполнитель второй главной роли), с режиссером Климом Шипенко (сыграл в фильме роль американского астронавта).

Это был перепад с 10 тысяч метров до  6 тысяч за 40 секунд. Так и готовят космонавтов. Это  было нужно для того, чтобы понимать как физиологически человек себя чувствует в невесомости. В течение съемочного дня таких дублей штук двадцать, то есть часов восемь ты "ныряешь" головой вниз с большой высоты.

— Потом полеты не снились?

— Конечно, это были полеты во сне и наяву. И до сих пор снится. Ощущения, прямо скажем, не из приятных, но они дали чувство, почему такой сложной считается работа космонавтов. Казалось бы, что такого делает космонавт? Перемещается из точки А в точку Б. А эти люди - настоящие герои. Они не только каждый день рискуют погибнуть, но и совершают ежедневный подвиг над собственной человеческой природой. Законы физиологии в космосе нарушаются, организм испытывает страшные нагрузки, кальций вымывается из костей и так далее.

Поэтому к 45 годам наступает "почетная пенсия". А мне надо было играть героя, который уже как бы "списан" со счетов, в силу возраста, количества полетов. Его время пришло. Но мой герой не хочет уходить. Надо было показать, насколько он любит свое дело, что готов терпеть этот дискомфорт снова и снова.

— Вы  общались лично с прототипами ваших героев - космонавтами Владимиром Джанибековым и Виктором Савиных?

— Не общался, но я знаю, что они тоже видели фильм и наслышан о первых рецензиях.

Сам я не космонавт, я - актер, который изображает героев.

При личном знакомстве есть риск, что впечатления будут столь велики, что актер окажется под их влиянием, это будет воздействовать. Я боялся, что придется играть с какой-то оглядкой. А ведь это художественная картина. Внутри нашего полета есть сцены, которых не было в реальности. И я старался сыграть их честно и искренне. Задача была непростая - и вымысел оставить, который увлечет зрителя, и сохранить, показать реальный героизм этих людей. Мне было бы приятно с ними увидеться.

Мне рассказывали, что Владимир Джанибеков - человек с мощной энергетикой. И мне бы хотелось, чтобы наши космонавты, посмотрев картину, сказали: "какие мы, оказывется, крутые парни". А ведь они те, в честь кого в нашей стране называли и называют детей.

— Зимой стало известно, что "Салют-7" не сможет выйти на экраны 6 апреля, поскольку 12 апреля выходил еще один фильм про космос - "Время первых" Дмитрия Киселева с Евгением Мироновым. В итоге прокат вашей ленты перенесли на осень. Переживаете?

— На самом деле не переживаю. Хотя, конечно, мне хотелось, чтобы наш фильм вышел на экраны в День космонавтики. И я знал, что существует несколько проектов… И вдруг такая странная история внутри нашего цеха. С другой стороны, может это время и нужно нам было.... У нас  не так много фильмов, которые можно было показывать 12 апреля на ТВ. Теперь будет уже не один фильм, а несколько: один днем, скажем, другой - вечером. Мне кажется, эти две картины "помирятся" и будут совместно существовать. 

— В вашей творческой биографии встречаются разные жанры, включая короткометражное кино, например, фильм "Пробуждение". Его хронометраж - 17 минут. Здесь, на фестивале, точка отсечения в конкурсной программе - не более 15 минут. Что считаете самым сложным в работе над короткометражным кино и есть ли у этого формата безусловные плюсы по сравнению с полным метром?

— Мне кажется, что короткометражка, по сути, это анекдот или притча. Не полный фильм, а намек. Знаете, я одно время увлекался Instagram, делал там что-то вроде видеозаставок. И я понял, что в коротком метре главное - почувствовать, что ты хочешь и суметь это сказать. Мне кажется, как ни странно, что за этим форматом будущее. Он все больше доминирует. И раз сюда стекаются рекламные деньги, значит, здесь контент самый востребованный. Человечество не готово тратить время у телевизора. Поэтому потенциал у короткого метра большой. Плюс, всегда есть возможность показать большим дядькам-продюсерам, которые могут дать деньги на большое кино, на что ты способен.

— Не планируете каких-то работ в анимации? Вы озвучивали Вольта в одноименном мультфильме в 2008 году.

— Почему-то не приглашают. Может быть, какие-то особенности имеет мой голос. Но эта история с Вольтом мне очень понравилась. Мне кажется, мультфильмы позволяют артисту расслабиться и жечь по полной программе. Это крутая тема. Когда я слышу как мой коллега по театру Сергей Маковецкий озвучивает своего князя в мультфильме у Сергея Сельянова ("Три богатыря и морской царь"), я хохочу.

— Вы почти 15 лет служите в Вахтанговском театре, в каких постановках сейчас заняты и будут ли премьеры с Вашим участием в новом сезоне?

— Сейчас у меня два спектакля: "Дядя Ваня" и "Ветер шумит в тополях". Я бы очень хотел репетировать с режиссером Вахтанговского театра Римасом Туминасом, я ему доверяю. Но, боюсь, что он сейчас занят, у него проект и в Большом театре. А я так много обжигался на разных пустых и никчемных режиссерах, что мне не хочется бросаться на первое же предложение. Хотя и дома сидеть не хочется, с ума схожу, когда я без дела. Но делать заведомо слабую работу я не хочу. Мне очень нравится роль Астрова  (спектакль "Дядя Ваня"). Его нельзя играть, будучи сытым жизнью, все время бередить себя надо. Эта роль мне понятна, она моя любимая. Пока мне хватит.

— Вы обучались в мастерской Георгия Георгиевича Тараторкина. Можете сказать, чему он вас научил, за что вы благодарны?

— Конечно, завет был один - работать и работать, и тогда все будет. Он всегда говорил: "в каждом деле либо делай хорошо, либо не делай". Я был очень опечален, когда узнал, что его не стало.

— "Бригада" и "Бумер" с Вашим участием, безусловно, стали культовыми фильмами начала 2000-х. Как считаете, нужны ли такие картины современной молодежи сейчас или реалии нашей жизни кардинально изменились? Как достучаться до молодых посредством кино?

— Фильм, наверное, имеет свой возраст. И если раньше у нас была какая-то классика, которую можно было смотреть годами, то, думаю, что современной молодежи уже даже "Крестный отец" Копполы мало интересен. Произошел не эволюционный переход, а какой-то глобальный скачок. И этот скачок унес эхо лихолетья 90-х, как будто его и не было. И, как мне кажется,"Бригада" - уже экзотика, это как часть юности. Это ностальгия. Хотя, куда бы я ни приехал, все вспоминают: "Здорово, братан! Бригада!". А новые люди, вот, моя дочь, она не знает этого и ей, прямо скажем, фиолетово. Не знаю, хорошо это или плохо. Наверное, просто нужны новые герои, и нам тоже, тем кто играл в "Бригаде" или просто смотрел ее, тоже найдется место в этой жизни.

— Ваше отношение к истории с депутом Поклонской и фильмом "Матильда"?

— История очень странная. Никто не имеет право художнику указывать. Даже если Далай-лама позвонит и скажет: "этот фильм запретить", у меня будут вопросы. А уж тем более если это говорит человек, который не имеет отношения к этому. Может быть у депутата свои убеждения, но есть суд, законные методы. Почему же у нас чуть что, сразу поднимаются хоругви. Так нельзя. 


Беседовала Екатерина Ефимова

Теги