Все новости

Замглавы МИД: без России у Совета Европы вряд ли есть будущее

Александр Грушко Сергей Бобылев/ТАСС
Описание
Александр Грушко
© Сергей Бобылев/ТАСС

Заместитель министра иностранных дел России Александр Грушко в интервью ТАСС подробно рассказал о позиции Москвы по кризису в Совете Европы, ответил на вопросы о системных проблемах в международных организациях, а также дал оценку перспективам диалога с НАТО.

— Александр Викторович, на днях генеральный секретарь Совета Европы Турбьёрн Ягланд заявил, что Европа может столкнуться с Ruxit — так по аналогии с Brexit он назвал возможный выход РФ из Совета Европы. Определилась ли Россия со своей позицией по членству в этой организации?

— В отношении Совета Европы мы давно определились. Рассматриваем эту общеевропейскую организацию в качестве важного элемента европейской архитектуры, единого гуманитарного пространства от Лиссабона до Владивостока. Напомню, что Россия участвует в 65 конвенциях и частичных соглашениях, многие из которых составляют основу для международного взаимодействия широкого спектра на континенте.

В этой связи мы поддерживаем усилия генерального секретаря Турбьёрна Ягланда и всех тех, кто активно ищет пути преодоления кризиса в организации, который был создан известным решением в ПАСЕ, навязанным агрессивным меньшинством, о лишении российской делегации ряда важнейших полномочий. Поэтому главная задача на сегодня заключается в том, чтобы привести внутренние процедуры ПАСЕ в полное соответствие с фундаментальным принципом устава Совета Европы — равенством прав и обязательств всех государств-участников. Надеемся, что эти усилия создадут основу для вывода организации из того печального состояния, в котором она оказалась, и восстановления всего объема прав российских парламентариев.

— На ваш взгляд, есть ли вероятность того, что Россия будет исключена из Совета Европы?

— Ни о каком исключении речь не идет. Мы знаем, что есть силы, которые хотели бы развернуть этот кризис в сторону исключения России из Совета Европы, но это абсолютно тупиковый подход, поскольку у организации без России вряд ли есть будущее. Это первое. Второе заключается в том, что не решаются главные проблемы, о которых мы сегодня говорим, - это несоответствие внутренних процедур ПАСЕ фундаментальным принципам Совета Европы. Поэтому кризис, в котором оказался СЕ, юридически говоря, не вопрос полномочий российской делегации. Это более глубокая проблема, которую в любом случае вне российского контекста необходимо решить. Неприемлемо такое положение, когда государства-участники произвольным решением лишаются своих фундаментальных прав в организации, в частности выбора судей. На сегодняшний день 25 из 47 судей избраны без российского участия. Комиссар по правам человека тоже избран без нашего участия, а уже в июне следующего года предстоят выборы генерального секретаря Совета Европы. Поэтому все здравомыслящие, а их число растет в организации, понимают, что необходимо преодолеть это вопиющее юридическое несоответствие правилам и процедурам ПАСЕ. Это системная проблема, которая должна быть решена системно.

— Российская сторона неоднократно заявляла о необходимости возобновления контактов с НАТО по военной линии, в том числе для предотвращения опасных инцидентов. Как реагирует на это альянс? Возможно ли, на ваш взгляд, возобновление контактов между военными в обозримом будущем?

— Разумеется, мимо нашего внимания не проходят заявления многих представителей стран НАТО и генерального секретаря о том, что альянс заинтересован в поиске путей деэскалации, в частности, недопущения опасных военных инцидентов, что альянс придает большое значение тому, чтобы избегать ситуаций, когда стороны могут неправильно прочитывать военные намерения друг друга. Мы считаем, что такой подход к военным делам на сегодняшний день востребован в силу того, что в результате расширения НАТО многие регионы стали регионами повышенной военной активности, и опасность непреднамеренных военных инцидентов серьезно возросла. Но серьезно говорить о создании инструментария по предотвращению опасных инцидентов невозможно без участия военных. Это аксиома, потому что только военные могут сами определять безопасные дистанции, правила прохождения судов, облета самолетами и все те вещи, которые на сегодня составляют правила поведения государств в военной сфере.

Мы неоднократно говорили о том, что готовы к диалогу по перечисленным выше темам в двустороннем формате со странами, которые подписали с нами соглашения о недопущении опасных военных инцидентов. Также мы готовы в полной мере использовать структуру Совета Россия - НАТО, где есть совет военных представителей, чтобы углубленно обсуждать эти темы. Поэтому в этом смысле мяч находится на стороне альянса. Но, к сожалению, нет никаких признаков того, что эти политические сигналы страны НАТО готовы подкрепить конкретными делами, а в качестве первого шага хотя бы разблокировать нормальную коммуникацию между военными в Брюсселе и по линии столиц.

— Сохраняется ли какое-то сотрудничество России и НАТО по Афганистану?

— Нет, все сотрудничество по Афганистану было прекращено по инициативе НАТО, как и любое другое сотрудничество с альянсом. Но тем не менее диалог по афганской тематике ведется, и афганская тема затрагивалась на последнем заседании Совета Россия — НАТО как вопрос региональной безопасности и стабильности, влияющий на безопасность всех стран СРН.

— В начале декабре в Милане состоится заседание Совета министров иностранных дел (СМИД) ОБСЕ. Какие вопросы планирует там поднять российская сторона?

— Мы заинтересованы в усилении роли организации во всех сферах ее деятельности и в исправлении тех дисбалансов, которые, к сожалению, присутствуют в ее работе и, более того, углубляются в последнее время. К числу приоритетных направлений мы относим взаимодействие в борьбе с новыми вызовами и угрозами. Надеемся, что СМИД в Милане удастся подготовить решения, которые бы повышали профиль организации в этой сфере.

Мы также видим большой потенциал ОБСЕ как площадки для укрепления взаимосвязанности интеграционных процессов. Здесь речь идет прежде всего о сфере экономики в контексте налаживания контактов и сотрудничества между такими объединениями, как ЕС и ЕАЭС, действующими на площадке ОБСЕ. 

Исходим из того, что на нынешнем этапе требуется повышенное внимание к таким вопросам, как языковые, религиозные и образовательные права нацменьшинств, особенно в свете происходящего на Украине и в Прибалтике. Необходимо противодействовать двойным стандартам в правочеловеческой сфере и активизировать усилия в борьбе с неонацизмом и фальсификацией истории. И по ключевым направлениям, которые я обозначил, Россия готовит соответствующие проекты решений.

— На каком этапе сейчас находятся переговоры по упрощению визового режима между Россией и Турцией?

— Переговоры идут достаточно энергично. Мы ведем постоянный диалог по линии консульских служб в отношении либерализации действующего визового режима, речь идет об отмене визовых требований для обладателей отдельных категорий паспортов. Недавно прошли очередные консультации. Когда будет достигнуто согласие на этот счет, оно будет оформлено в виде соответствующей договоренности.

Беседовала Лейла Тураянова