Все новости
Обновлено 

Замгубернатора Краснодарского края — о том, что будут производить на Кубани

Краснодарский край считается житницей России, с каждым годом наращивает урожай и экспорт продукции. Например, в этом году кубанские аграрии возобновят экспорт риса в Турцию и увеличат поставки местных вин за рубеж, потеснят Австралию на мировом рынке пшеницы. В регионе вновь получили рекордный урожай зерновых — более 10% от всего объема зерновых в стране, вырастили больше трети отечественных яблок и произвели около четверти российского сахара.

О том, когда запустят первое в России производство смесей для грудных малышей, сколько может стоить качественное российское вино, когда на прилавках появятся отечественные грецкие орехи и как на Кубани будут бороться за качество продукции, в интервью ТАСС рассказал заместитель губернатора Андрей Коробка.

Кубанское зерно

— Андрей Николаевич, Краснодарский край в этом сезоне вновь установил рекорд по урожаю зерновых, собрав 10,4 млн т — это значительно выше потребностей региона. На какие экспортные рынки мы будем поставлять зерно? Какие новые направления экспортной торговли рассматриваем?

— Сейчас завоевываем Тихоокеанию, Юго-Восточную Азию. Много работаем с Южной Африкой. Египет, Марокко, Алжир — это те страны, в которые традиционно поставляем и наращиваем объемы.

Нами заинтересовались уже и австралийцы — самый огромный кооператив в мире, который производит пшеницу. Они сами экспортируют порядка 25 млн т, но у них в этом году был неурожай. Летом они приезжали к нам и удивились, как нам так быстро, всего за десять лет, удалось в два раза вырасти в объемах производства. Говорят, что для них это нонсенс, они к этому шли 100 лет, а мы — в десять раз быстрее.

Наша пшеница пользуется спросом, потому что качество хорошее и цена низкая.

В этом году мы собрали чуть больше 9,2 млн т пшеницы. Из этого объема доля продовольственной — 74%. В том числе третьего класса — 14%, и четвертого класса — 60%.

Объем пшеницы того класса, которую больше всего выращиваем, зависит от спроса на рынке — мы можем вырастить зерно и первого класса (самого высокого — прим. ТАСС), и пятого. Для хлебопечения Краснодарскому краю необходимо примерно 400–500 тыс. т пшеницы третьего класса и выше.

Львиная доля кубанской пшеницы экспортируется — ежегодно порядка 8 млн. т. Конечно, аграрии ориентируются на запросы рынка. Если экспортеры говорят, что им нужна пшеница четвертого класса, то именно такую пшеницу все выращивают. Если рынку завтра будет необходим пятый класс или, к примеру, первый — будем выращивать и их.

— За счет чего удалось получить высокий урожай?

— Большой вклад делает наука: сорта озимой пшеницы, озимого ячменя, которые сегодня высеваются на территории края, на 100% нашей селекции. Ученые каждый год над ними работают, выпускают три-четыре новых сорта, иногда даже пять. И все эти сорта районированы, то есть подходят именно для нашей сельхоззоны. Например, если стоит вопрос о том, чтобы получить более засухоустойчивые сорта, наука их выводит.

В целом уборка прошла достаточно хорошо, слаженно — сказалось хорошее техническое оснащение.

Несмотря на то, что этот год нам дал вновь рекордный урожай, он был достаточно тяжелый.

Уже 26–27 апреля температура поднялась выше 30 градусов, это негативно сказалось на посевах. Следом была засуха, затянувшаяся почти на четыре месяца. В результате мы получили урожайность по зерну чуть больше 64 ц/га, хотя изначально рассчитывали не ниже 70 ц/га. С другой стороны, цены в этом году выше процентов на 30, поэтому экономический год для аграриев получился более или менее неплохой.

По пропашно-техническим культурам есть снижение — мы недополучили порядка 30% по кукурузе, по сахарной свекле — 20%, по сое — около 20%, по подсолнечнику — 15%.

На это, кстати, и прошедший в июле град повлиял. Такого града на такой большой площади и тем более в степной зоне из местных жителей никто и не помнит.

Как я уже сказал, он нанес ущерб пропашно-техническим культурам. Но серьезнее всего пострадали овощи. Особенно на одном из предприятий в Павловском районе — порядка 1,2 тыс. га овощей выбило практически под ноль, а это — сырьевая база для его консервного завода. В итоге у предприятия миллиардный убыток. Администрация края, разумеется, не осталась в стороне — нельзя было допустить, чтобы один из ведущих производителей овощных консервов в крае, в России простаивал целый сезон. Мы оперативно включились в работу по оказанию финансовой помощи предприятию.  Были выделены средства в размере 100 млн рублей, чтобы оно могло пересеять овощи, а также закупить сырье в соседних регионах. Также помог Сбербанк в части реструктуризации действующих кредитов комбината и его дальнейшего дофинансирования. 

— Если говорить про свеклу, про подсолнечник, кукурузу — те культуры, которые предназначены в переработку, хватит ли урожая, чтобы загрузить мощности кубанских заводов?

— По сахарной кукурузе проблем нет — в этом году мы произвели 218 млн условных банок консервированной кукурузы. Это, кстати, наш рекорд, такого никогда в истории края не было. По сое и подсолнечнику тоже хорошие объемы. По подсолнечнику, например, мы 80% перерабатываем — экспортируем не сырье, а уже масло, то есть продукцию с добавленной стоимостью. Конечно, очень большая конкуренция: предприятия Кубани могут перерабатывать подсолнечник на масло суммарно в объеме 2 млн т. Но даже с учетом закупки сырья в других субъектах перерабатываем в год 1,5 млн т. Запас еще есть.

По сахарной свекле скажу так — без сахара не останемся. В этом году в сезон отработали все 16 сахарных заводов края, произведено порядка 1,2 млн т сахара — это около четверти всего российского сахара. Конечно, планировали больше, даже рассчитывали побить прошлогодний полуторамиллионный рекорд, но по урожайности недобрали. Говоря о свекле, отмечу, что главные планы и задачи у нас — это развитие собственной селекции. Весь посевной материал по этой культуре у нас импортный. Объективно мы очень зависимы от зарубежных поставок. В октябре этот вопрос вновь обсуждался в Министерстве науки и высшего образования РФ. В итоге было решено профинансировать улучшение материально-технической базы селекционной станции в Краснодарском крае, где можно проводить работу по селекции сахарной свеклы.

— Кубань производит более 80% риса в России. Какие планы по развитию этого направления?

— Основная наша задача в этой части — ежегодно стабильно получать 1 млн т риса. В 2016 году, когда мы получили урожай больше 1 млн т, им было засеяно 134 тыс. га. В этом году в связи с ремонтом Крюковского водохранилища площадь снизилась до 117 тыс. га, и даже несмотря на неплохую урожайность собрать 1 млн т риса не удалось.

Кстати, раньше в крае рисом засевали большие площади несколько лет подряд. Рисовые чеки использовались бездумно, люди гнались за сиюминутной прибылью. Поля, естественно, засорились. Сейчас идем по пути восстановления системы научно-обоснованного севооборота в рисовых чеках. В этом году был принят краевой закон, в рамках которого внесены корректировки, касающиеся плодородия, определены нормы объемов посевов.

Также ученые работают над повышением качества зерна, чтобы оно подходило для производства крупы. Селекционеры из кубанского ВНИИ риса вывели и продолжают выводить различные сорта риса, их сейчас широчайший ассортимент. Также селекцией занимаются и сами производители. Поэтому сейчас из-за рубежа мы завозим только длиннозерные сорта, остальной рис — свой.

В следующем году планируем засеять 132 тыс. га, это научно обоснованная цифра. И рассчитываем выйти на тот самый 1 млн т. И работаем над снижением издержек — наш рис должен быть конкурентоспособным.

По переработке — сейчас у нас порядка тридцати заводов. Мы производим 87% рисовой крупы в России из своего и покупного зерна.

— Краснодарский рис активно экспортируется. Кто его закупает и почему именно у России, Кубани, а не в тех странах, где его исторически выращивали, — Китай или Индонезия, например?

— Раньше был большой экспорт в Турцию, потом он прекратился. Сейчас туда восстанавливаются экспортные поставки. Также много закупает Казахстан. Кроме того, широко расходятся семена нашей селекции — и в Турцию, и в Казахстан, во все республики бывшего Советского Союза. Наша крупа востребована, потому что у нас качественный, самый экологически чистый рис в мире. Количество обработок препаратами находится на самом низком уровне — за счет естественных природных условий он и так вырастает, как нужно. Подкармливаем немного, защищаем от вредителей, но это мизер в сравнении с другими странами.

А вот китайский, рис из Индонезии или Малайзии — там его с одной площади получают по два-три урожая в год. Чтобы вырастить и защитить такой урожай, требуется больше обработок средствами химзащиты и удобрений. У нас же, как я уже сказал, принят закон о севообороте, который этого не допускает.

Кубанское вино

— Виноград и виноделие  визитная карточка Краснодарского края. Насколько легко хотя бы в краснодарских магазинах найти качественное местное вино? И сколько оно будет стоить? 

— Я покупаю вино в фирменных магазинах наших производителей, от 150 рублей за бутылку.

— Разве за такую цену можно купить хорошее вино?

— Да, оно может столько стоить. Себестоимость производства бутылки вина на крупных заводах: именно самого вина — 72 рубля, и сама бутылка — 25. Затраты на логистику минимальны. Дальше цена зависит уже от наценки в торговых сетях. Вина у нас сейчас от белых легких, которые можно пить как лимонад, и до супер-терпких, выдержанных красных и, образно говоря, "тяжелых". Но я не уверен, что если купить бутылку итальянского вина за 1000 рублей, то оно будет лучше, чем наше — то, которое стоит 150.

— А говорят, что немало вина в России производится из виноматериалов?

— Я скажу за Краснодарский край — про это, может быть, и можно было говорить десять лет назад. Сейчас ситуация совсем другая.

Элементарный пример: из 1 кг винограда получается одна бутылка вина, мы собираем больше 200 тыс. т винограда — это 200 млн бутылок хорошего, первоклассного вина. Есть и те, кто производят из виноматериалов, но основные наши предприятия выращивают свой виноград.

Опять же, если бы наше вино было плохое, то мы бы не вышли на экспорт. Мы сегодня экспортируем вино и в Японию, и Европу, в такие страны, как Франция, Швейцария. Всего 14 стран. Они берут наши вина, причем из-за качества. В этом году кубанское вино получило в Англии высшую, платиновую награду.

Как вы думаете, в Англии легко получить хорошую награду? В той стране, которая, к сожалению, не очень дружественна нам (в политическом плане — прим. ТАСС). Там смотрели беспристрастно, значит, что на самом деле кубанское вино сегодня — высочайшего качества.

— Есть ли какие-то особенности у вин урожая 2018 года? Насколько активно интересуются отраслью инвесторы  много ли тех, кто строит свои небольшие винзаводы?

— Первые 40% собранного винограда были идеальны, но после того, как пошли дожди в конце сентября, когда собираются технические сорта (винные — прим. ТАСС), ягода напиталась влагой и сахаристость снизилась с необходимых 25% до 22–23%. Тем не менее, урожай очень даже хороший — больше 200 тыс. т. Ни один регион России столько не производит.

Характеристики вина зависят и от места произрастания, и от года. Из последних лет у нас одни из самых лучших — вина 2016 года.

Сейчас отрасль активно привлекает инвесторов, появился большой интерес. У нас очень большая конкуренция, даже внутри края — порядка 15 мощнейших заводов. Каждый понимает: если он испортит свою репутацию, на ее восстановление потребуется несколько лет, а за это время и обанкротиться можно.

Создан первый винный кооператив, в котором около 100 собственников. Уже несколько виноделен открыты, причем они не только производят вино, но и работают с туристами — направление аграрного, винного туризма сейчас развивается. На наши виноградники сейчас даже из Европы приезжают посмотреть. А раньше мы сами ездили туда смотреть, как устроены, приглашали специалистов, чтобы работали у нас. Сейчас мы уже самостоятельно все делаем, в прошлом году запустили свой собственный питомник европейского уровня, поэтому больше 50% саженцев уже закладываются на кубанских виноградниках.

Кубанские яблоки

— Эксперты говорят, что Россия сможет обеспечить себя своими яблоками только лет через десять. Кубань — один из лидеров в этом направлении. Как развивается садоводство в регионе? Сможете всю Россию обеспечить яблоками?

— Садоводство — самая ведущая, динамично развивающаяся отрасль, играющая важную роль в развитии региона. Потребность страны в яблоках — а это основные выращиваемые у нас фрукты — 2 млн т в год, в России производится только 900 тыс. т. Из них Кубань дает 300–500 тыс. — это 40%. Думаю, в этом году будет больше.

Наша задача — удвоить производство за десять лет на Кубани. Конечно, задача амбициозная, но мы видим, что она в принципе выполнима. Это видно по темпам закладки садов. В 2015 году мы закладывали около 700–800 га садов, сейчас — 2,5 тыс. га. Это не предел, нужно увеличивать.

Для этого мы вкладываем в это направление серьезные деньги. В частности, губернатором Вениамином Кондратьевым было принято решение о создании новой краевой программы "Малый сад", по которой крестьянско-фермерские хозяйства (КФХ) могут получить компенсацию до 90% на создание сада до 3 га. Такой поддержки ни в одной отрасли нет. Люди увидели экономику, господдержку, отношение власти. Например, недавно подписали трехстороннее соглашение с Россельхозбанком и компанией "Южные земли" на закладку садов на 4 тыс. га плюс строительство инфраструктуры. Это колоссальный проект для нас, очень интересный с точки зрения объемов производства.

— Но садоводство — не только яблоки...

— Да. У нас, например, есть КФХ в Лабинском районе, которое выращивает голубику. Фермер в 2016 году для реализации этого бизнес-проекта получил краевой грант. Сам проект оказался успешным и будет расширяться.

Орехи тоже перспективны. В 2017 году мы заложили питомник в Динском районе, сегодня он производит саженцы грецкого ореха, фундука. Также ореховые сады появились в Абинском районе — там заложили порядка 100 га грецкого ореха. Это направление очень востребовано, потому что большую часть этой продукции мы пока завозим из-за рубежа.

Щербиновский район и другие территории на Азовском побережье хороши для косточковых, поскольку благодаря морскому климату там нет возвратных заморозков. А это главная беда, например, для абрикосов: если возвращаются заморозки во время цветения, то урожая не будет. С другой стороны, Щербиновский район сейчас — это зона социального напряжения, поэтому будем там развивать малые формы хозяйствования, садоводство, как бы банально это ни казалось.

Вообще, когда мы разрабатывали для Краснодарского края программу развития садоводства, мы дали задание нашему институту садоводства (ФГБНУ СКФНЦСВВ), и он разработал полностью карту зонирования — какая территория для какой культуры необходима. Потенциал у региона очень большой.

— Сейчас формируется бюджет и основные планы на 2019 год. Что важного планируется в крае в сельхозотрасли?

Очень важный проект — запуск производства детского питания для малышей до шести месяцев. Дело в том, что сейчас только 5% этой продукции производится в России, которая контролирует качество и безопасность, а весь остальной рынок — это продукция, настоящий состав которой фактически неизвестен.

Сейчас Кубань готова изготавливать качественный продукт. Для нас, как, в принципе, и для всей России, это новое направление, мы понимаем, что конкуренция здесь высока. Мы сегодня сами производим 90% ингредиентов для детского питания. Уже есть инвесторы, которые готовы взяться за этот проект. Может быть, в следующем году еще не начнем строительство, не запустим производство, но фундамент для проекта уже есть.

Также есть целый ряд проектов по направлениям молочного и мясного скотоводства, по расширению садов и виноградников, чайных плантаций, по перерабатывающим предприятиям…

Решаем немаловажный вопрос о том, чтобы защищать свою знаковую продукцию авторскими правами. Чтобы под нашим брендом выходили кубанский молодой картофель, клубника, краснодарский чай, кубанское вино и остальное, но, так сказать, "примазаться" к узнаваемому бренду было нельзя.

Беседовали Сергей Леваненков, Карина Сапунова