Все новости

"Готов трудоустроить Кокорина и Мамаева". Как бизнесмен открывает производства в тюрьмах

Максим Максимов Личный архив Максима Максимова
Описание
Максим Максимов
© Личный архив Максима Максимова

Предприниматель Максим Максимов из Самарской области рассказал ТАСС, как запустил бизнес в исправительных колониях и чем может помочь бывшим футболистам Александру Кокорину и Павлу Мамаеву.

Предпринимательская жилка

— Крайне необычно брать интервью на территории колонии строгого режима. Что вас привело "за решетку"?

— Конечно, бизнес на территории колоний я открыл не сразу. Еще со школы я занимался мелким предпринимательством в стиле "купи-продай". Будучи уже студентом, при помощи знакомых открыл маленький магазин по продаже аксессуаров для смартфонов. Потом с партнерами создали сеть фототерминалов по печати фотографий из популярного портала по обмену фотографиями и видеозаписями Instagram в самарских торговых центрах и продали порядка 50 единиц по всей России и Казахстану. Было еще несколько бизнес-проектов. А нынешний бизнес возник из-за забавного спора: родители как-то в шутку предложили построить им дачу.

— Восприняли как вызов?

— Я подумал, почему бы и нет? Понимая, что стройка — это сложный бизнес, я решил начать с малого, а именно — с производства керамзитобетонных блоков, одного из наиболее доступных и практичных видов стройматериалов. Эти блоки применяются в строительстве домов — малоэтажных, многоэтажных, частных. Для запуска требовались большие вложения, поэтому в 2015 году я разработал бизнес-модель, чтобы участвовать в гранте от местных властей, защитил его перед комиссией и получил 500 тыс. рублей на строительство собственного производства. Средства пошли на открытие линии на заводе в городе Златоуст — крупнейшего в России предприятия по производству вибропрессующего строительного оборудования. Начав с 500 блоков в день, постепенно увеличили выпуск до 3,5 тыс. блоков в сутки. Как говорится, ничто не предвещало беды.

— Что пошло не по плану?

— В конце 2016 года, прямо перед Новым годом, нам сообщили, что в срочном порядке необходимо наше оборудование вывозить из-за возникших проблем на самом заводе. Я судорожно начал искать какие-то помещения, куда можно переехать. И тут случайно, через знакомых, мне предложили "открыться в колонии", находящейся в поселке Управленческий, в 30 км от Самары.

— Как восприняли?

— Сначала отнесся скептически. Работа с заключенными первоначально меня настораживала. Но потом я взвесил все "за" и "против". Главный положительный фактор, который повлиял на мое решение, — отсутствие арендной платы. Сыграл на руку и период, когда было меньше всего заказов, — зима. И я понял, что и поиск нового помещения может затянуться, и аренду мне, скорее всего, не потянуть. Поэтому все-таки решил заехать в исправительную колонию строгого режима ИК-6, пообщаться, а там уже посмотреть.

— Что-то новое для себя тогда открыли?

— Да, что труд людей все-таки облагораживает. И то, что контингент хороших работников может быть другим. Добавлю, что сама территория была поделена на две части. В одной, жилой зоне, содержались осужденные. Во второй, промышленной, они ходили на исправительные работы, вели правильный образ жизни, пытаясь заслужить досрочное освобождение. Я решил, что игра стоит свеч.

— С чего начали?

— Понятно, что тогда у людей лишь в общих чертах было понимание, как производить блоки. И даже стоял один маленький станок по производству блоков. Мне повезло, что уже имелся пул рабочих, с которыми стартовать было проще. Поэтому недолго думая я перевез свое оборудование и в феврале уже запустился.

— Дело сразу пошло?

— Да, достаточно быстро. В течение года наращивали мощности, приблизившись к цифрам, которые были на заводе. Мы закупали новое оборудование — дорогостоящие станки для формования и пропаривания блоков — и доросли с 2017 года по нынешнее время до четырех полноценных линий с оборудованием. Сегодня наша компания "Завод керамзитобетонных блоков №1" выпускает порядка 150 тыс. единиц стеновых и 300 тыс. штук перегородочных блоков в месяц. И не хотим останавливаться, намерены нарастить мощности на 20–30% за счет введения в эксплуатацию осенью дополнительной линии. Собственно, за счет такого роста начали запускать работу и в других колониях. Это позволило и улучшить логистику, существенно снизив цены на доставку, так как последующая колония находилась в черте города.

— В зимнее время тоже работаете?

— Все время работаем. Исключения — январские праздники. Людей не выводят в промзону, цеха закрыты. То же самое 23 Февраля и 9 Мая. В эти дни мы простаиваем, но потом компенсируем издержки увеличением мощностей.

— Какие планы по расширению?

— Планируем начать делать тротуарную плитку, бордюрные камни различных размеров и еще несколько видов продукции для строительства сооружений и благоустройства дворов. Хотим в течение полутора лет занять большую долю рынка в Самаре. Сегодня наш оборот составляет около 50 млн рублей в год. Кроме того, вся продукция сертифицирована и дается гарантия на десять лет.

— Кто ваши клиенты сегодня?

— Мы работаем почти со всеми строительными организациями Самары, а в самой в области строек не так много. Начали еще поставку в Ульяновскую область, так как там закрылся керамзитный завод.

— В итоге дачу родителям построили?

— Да, из моих блоков. Всякий раз вспоминаем и смеемся, что так спонтанно и на фоне одного вопроса выросло целое производство.

Социальный бизнес

— Как вам работается с осужденными?

— Стабильно. Если смотреть по ценообразованию, рабочая сила здесь чуть дороже, потому что есть фактор оплаты ФСИН (Федеральная служба исполнения наказаний — прим. ТАСС): мы платим за выпущенную продукцию плюс заключенным зарплату. Но у нас есть стабильность именно в работниках, можем всегда рассчитывать, что произведем нужное количество блоков при любых обстоятельствах — рабочие сами в этом заинтересованы. За каждый произведенный блок осужденным начисляется плата. Но эти деньги мы не выплачиваем в денежном эквиваленте, а все это переводим в сигареты, чай, конфеты, сгущенку. Это некая мотивация. Сделали недельный план — получили конфеты шоколадные, рулет. А если не выполняют, то предусмотрена система санкций — минус четыре пачки сигарет на бригаду, например. Некурящих нет. Кроме того, они еще получают официальную зарплату от ФСИН, которая идет на погашение долгов по искам от потерпевших.

— На ваш взгляд, труд помогает осужденным переосмыслить свои преступления, покаяться?

— За счет труда и влияния трудящихся масс, как мне кажется, они осознают свои преступления. Плюс благодаря заработкам они выплачивают возмещения по искам потерпевшим. Общая сумма погашенных исков за последние два года работы с нами — больше миллиона рублей.

— Можете вспомнить пример, когда преступники "вставали на путь истинный"?

 Самый яркий пример – это наш бригадир Виталий. В 23 года под влиянием плохой компании он совершил преступление, сломав себе жизнь на 20 лет. У него не было строительного образования, зато имелось желание работать, поменять свою жизнь в лучшую сторону. Мне его рекомендовали, сказав, что он быстро обучается, хорошо срабатывается с коллективом, умеет грамотно выстраивать работу. И я решил назначить его на ответственный пост. И не пожалел — он полностью оправдал доверие.

 А кто вообще выстраивает иерархию на производстве?

— Раньше я занимался вопросами формирования штата и подбора должностей, сейчас все это делает бригадир. Я веду бизнес с бригадиром, а он дальше иерархию выстраивает. Всего в колонии ИК-6, где у нас основное производство, содержится около 700 осужденных, из них в производстве заняты примерно 70 человек.

— Сегодня вы чувствуете при общении с осужденными какой-то дискомфорт?

— Честно говоря, раньше было некомфортно. Казалось, что при прямом взаимодействии с ними и сам буду перенимать что-то негативное. Но потом эти предрассудки ушли, сейчас никакого дискомфорта не испытываю. И более того, мы готовы и дальше работать с ребятами, после их освобождения, обеспечив трудоустройство в нашу компанию.

— Такие примеры уже есть?

— У нас сегодня работает парень-погрузчик, он детдомовец, бывший заключенный. Мы ему снимаем комнату, платим зарплату, и он обучает людей. Также есть водитель, вы его, кстати, сегодня встретили в первом цеху, это тоже бывший заключенный, он два года назад освободился, получил водительские права и работает уже два года, планирует завести семью. У нас много таких хороших примеров. Это говорит о том, что люди могут начать жизнь заново.

 Кокорина и Мамаева тоже трудоустроите? Сами футболом интересуетесь?

— Конечно, готов трудоустроить Кокорина и Мамаева. Наблюдал за этой историей с их проступком, но сам не являюсь фанатом футбола. Я люблю все-таки сам заниматься спортом, не смотреть за процессом. А что касается наших героев — можем для них также организовать футбольный клуб. Как сами перевоспитаются — пусть обучают ребятишек азам игры.

 Если говорить о государственной поддержке: какие инструменты здесь считаете наиболее эффективными?

 Современному бизнесу сегодня нужны качественные информационные решения. Одним из таких я вижу Бизнес-навигатор МСП (онлайн-ресурс, разработанный Корпорацией МСП для предпринимателей и тех, кто хочет открыть свое дело — прим. ТАСС). Он позволяет в одном месте найти всю необходимую информацию для предпринимателей, желающих масштабировать свое дело. О портале я узнал в момент его запуска и стал одним из тех, кто принимал участие в его тестировании. Так, введя в разделе "Господдержка" строительную отрасль, я увидел все существующие льготные программы, в том числе и по лизингу оборудования. Кроме того, узнал о кредитных программах для предпринимателей. Одной из таких я планирую в скором времени воспользоваться для пополнения оборотных средств и открытия производства в Ульяновской области, также на территории колонии.

Беседовали Наиль Шахвалиев, Юлия Ермилова 

Теги