2 сентября 2019, 07:00
Статья
Вторая мировая война

Рассчитались ли немцы за войну? Польша и Греция еще ждут репараций от Германии

Афины и Варшава оценивают ущерб, нанесенный гитлеровцами, в сотни миллиардов долларов

Рассчитались ли немцы за войну? Польша и Греция еще ждут репараций от Германии
Плакаты с требованием возмещения ущерба, нанесенного Германией во время Второй мировой войны, Варшава

Политические интриги или арьергардные бои самой страшной войны XX века? Спустя 80 лет после начала Второй мировой остаются страны, считающие, что последняя страница в ее истории еще не перевернута. В Польше и Греции суммы репараций, выплаченных Германией, называют мизерными; в Южной Корее уверены, что Япония не рассчиталась с теми, кого принудительно мобилизовала на свои заводы. В первых рядах недовольных — националисты, заявляющие о неучтенных убытках. Берлин и Токио принимают претензии к сведению, но платить по новым счетам отказываются.

Варшава хочет триллион

Громче и чаще всего о необходимости восстановить финансовую справедливость заявляют в Польше. Только в 2018–2019 годах с критикой послевоенных сделок о репарациях выступили премьер-министр, глава МИД и президент этой страны. Политики, принадлежащие к право-консервативной части спектра, уверены: когда решался вопрос с Германией, Польша не обладала достаточным суверенитетом, чтобы потребовать свое у немцев. И только поэтому вынуждена была согласиться с примирительной позицией СССР.

Глава МИД Польши Яцек Чапутович 18 августа заявил, что компенсации, полученные его страной, были "минимальными". "Нас дискриминировали. На свете есть государства, которые потеряли неизмеримо меньше в ходе войны, а репарации им начислили больше. Во всем этом не хватало основополагающей честности". Чтобы придать дополнительный вес своим аргументам, Чапутович упрекнул Германию в отсутствии "орднунга". "Разве это порядок?" — возмутился он в интервью немецким СМИ.

Заявляя о претензиях на деньги Германии, польские политики упоминают ущерб, понесенный их соотечественниками в ходе войны. В Польше его считают беспрецедентным даже на фоне потерь СССР. Подсчет, который в ходу у Варшавы, основывается на относительных цифрах. Война унесла жизни 6 миллионов граждан страны (включая 3 миллиона жертв Холокоста), а это значит, что погиб каждый шестой обладатель польского паспорта. По этому показателю даже советские потери остаются позади.

Варшава поставила себе задачу подсчитать ущерб от действий Германии до последнего цента. В 2019 году сумма была названа. По утверждению председателя комитета Сейма по репарациям Аркадиуша Мулярчика, ФРГ должна полякам €1 трлн. Детали подсчетов не разглашаются, и сам документ, в котором они содержатся, не обнародован. Мулярчик предложил сделать его достоянием публики 1 сентября 2019 года, когда исполняется 80 лет со дня нападения гитлеровской Германии на Польшу.

Как же так? Но мы же расплатились?

В Берлине к этой инициативе относятся с опаской, поскольку хотели бы примирения с Варшавой, но на своих условиях. С этой целью 1 сентября президент ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер прибыл с официальным визитом в Польшу. Глава государства дает понять: Германия признает безоговорочную моральную ответственность за свои преступления, но платить больше не будет. По мнению Берлина, вопрос о финансовой компенсации Польше закрыт с 1953 года, когда сама Варшава отказалась от всех претензий на дальнейшие репарации. В 2017 году по просьбе поляков к спору о деньгах вернулись снова, но со все тем же результатом. Специальная комиссия Бундестага вынесла решение, что оснований для возобновления выплат нет.

"В Германии к предложению пересмотреть размер репараций относятся чрезвычайно негативно. В свое время немцы пошли полякам навстречу — образовали общую с ним исследовательскую комиссию для определения ущерба. Но дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Поляки каждый год повышают свои требования. Компенсация, которую они теперь требуют, — астрономическая. Речь идет приблизительно о 20% ВВП ФРГ", — рассказал в разговоре с ТАСС руководитель Центра германских исследований Института Европы РАН Владислав Белов.

По его словам, вопрос, была или нет Польша справедливо вознаграждена за потери в войне, упирается в критерии. "Часть немецких земель по мирному договору отдали полякам. С финансовой точки зрения оценить выгоду от этого приобретения просто невозможно. Как и потери от передачи бывших польских земель советской Украине. Об это обстоятельство — о финансовую неизмеримость — разбиваются все доводы поляков", — считает специалист.

Заплатить грекам за развалины

По мнению Белова, больше оснований добиваться финансовой компенсации у Германии имеет Греция, которую гитлеровские войска оккупировали с 1941 по 1944–45 годы, заплатив за это всего 115 миллионов дойчмарок. В средиземноморской стране считают эту компенсацию оскорбительно низкой. Ведь принудительный заем, который Третий рейх вырвал у греков перед уходом, был сделан на большую сумму — в переводе на современные деньги от €8 млрд до €11 млрд. Впоследствии эту сумму списали, о чем переживающие финансовые трудности Афины не намерены забывать.

В наши дни тему немецкого долга использует в своей агитации леворадикальная партия СИРИЗА. Ее лидер Алексис Ципрас уверен: чтобы перевернуть черную страницу в отношениях между двумя странами, Германия должна рассчитаться материально. В 2015 году критиковавшего Берлин Ципраса избрали премьером. При его правлении парламент Греции выставил Германии счет: €270 млрд.

Как бы ни была велика эта цифра, среди депутатов нашлись те, кто и ее счел недостаточной. Ультранационалисты из "Золотой зари" хотели бы, чтобы немцы перечислили еще больше: €400 млрд. Греческие крайне правые терпеливо перечисляют свои аргументы: 300 тысяч убитых соотечественников и 1700 уничтоженных деревень. Однако реакция официального Берлина та же, что и в случае с Польшей: решительное нет.

Что, если попросить у японцев?

Помимо Германии, с финансовыми претензиями за преступления Второй мировой сталкивается еще одна бывшая страна-агрессор — Япония. Против Токио выступает в прошлом оккупированная им Южная Корея. В 1965 году стороны уладили вопрос о государственном долге, но остались индивидуальные претензии. Общественное мнение в Сеуле уверено, что бывшие захватчики не расплатились за труд принудительно мобилизованных работников — этнических корейцев. В 2018 году поданные теми иски удовлетворил местный суд. Как рассказал ТАСС ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН Константин Асмолов, с точки зрения Токио речь идет об опасном прецеденте. "Ссылаясь на судебное решение, бывшие работники и их родственники могут тысячами подавать новые иски, арестовывать японскую собственность и патенты. Неудивительно, что в Японии забили тревогу. Однако реакцию Токио преувеличивают СМИ. До настоящей торговой войны между сторонами еще далеко. И все же Страна восходящего солнца держит в уме, что уже выплатила Стране утренней свежести астрономические суммы по договору 1965 года и не должна ничего больше".

Как считает Асмолов, снова на повестке дня вопрос о японском долге оказался из-за позиции президента Южной Кореи Мун Чжэ Ина, в интересах которого использовать антияпонские чувства. "Мирное урегулирование на Корейском полуострове пробуксовывает, дела в экономике идут далеко не так хорошо, как хотелось бы. И в этих условиях президент Мун понимает старую тему о японском долге", — проводит параллель Асмолов.

Политическими причинами опрошенные ТАСС эксперты объясняют и другие претензии, выдвинутые против стран-агрессоров, развязавших Вторую мировую войну, в частности, греческие и польские. Отношения Варшавы и Афин с Берлином далеко не безоблачны. Германия критикует Польшу за отступления от демократии, а Грецию за недостаточный темп экономических реформ. В этих условиях вопрос о том, сполна ли Германия рассчиталась за Вторую мировую, возникает на переговорах снова и снова как ответный аргумент против ФРГ.

Уверенность некоторых из соседей Германии, что долги Третьего рейха — не только финансовые, но и моральные, — не выплачены до конца, надолго останется проблемой для Берлина. Тень гитлеровского прошлого мешает ФРГ принять на себя лидерство в Европейском союзе. И хотя в наши дни Германия стремится навязать соседям не свое господство, а только бюджетную дисциплину, в их глазах это ничего не меняет. Во многих странах ЕС уверены, что по историческим причинам немцы не имеют нравственного права на нажим.

Экономическое усиление Германии в 2000-е и 2010-е годы только подлило масла в огонь. Опасаясь, что за хозяйственным укреплением может последовать и политическое, некоторые страны Евросоюза заранее готовят свои претензии к гегемону. И то, что немцы едва ли пойдут на уступки сразу, не столь и важно — ведь это только стартовая позиция для торга.

Тем более что претензии к немцам полезны и в электоральном смысле, обеспечивая успех на выборах популистам — как левым, так и правым. В Европе многие боятся слишком сильной Германии даже спустя восемь десятилетий после начала войны. 

Игорь Гашков