Финансовый кризис в Европе: далеко ли до финиша
Внимание участников мировых финансовых рынков сосредоточено сегодня на США. И это понятно – скандал вокруг бюджета, остановка правительства и вынужденный отпуск госслужащих еще долго будут главной темой на газетных полосах. За этой американской суматохой Европа со своими проблемами давно отошла на второй план.
Впрочем, остались ли у Европы проблемы? Итальянский кризис, похоже, благополучно разрешился, и правительству Энрико Летты удалось избежать вотума недоверия. На заседании ЕЦБ было принято решение не менять параметры монетарной политики. А это значит, что в запасе у главы ЕЦБ Марио Драги осталось и возможное снижение ставки рефинансирования (чего нет у США), и другие экстраординарные меры - такие, как выкуп облигаций.
Более того, в последнее время из Евросоюза поступают в основном позитивные данные – ВВП восстанавливается, доходы корпораций растут, доверие потребителей находится на 17-месячных максимумах.
Создается впечатление, что основные проблемы Евросоюза далеко позади – особенно на фоне происходящего в США. Так ли это? Полагаю, что нет.
Ведь не решена главная проблема – все более увеличивающийся государственный долг. По данным Евростата на конец II квартала, всего за год госдолг стран Евросоюза (в процентах от ВВП) вырос с 83.3% до 85.9%. В зоне евро ситуация еще хуже - здесь рост составил 4 процентных пункта, до уровня 92.2%.
Понятно, что «лидерами» в этой гонке госдолга являются так называемые «проблемные» страны – Греция ( 160% ВВП), Италия (130% ВВП), Португалия (137% ВВП), Ирландия (125% ВВП). Самое удручающее, что за годы кризиса никто из еврочиновников так и не понял, что делать с этими странами. Сначала был предложен самый простой и логичный рецепт: для уменьшения дефицита бюджета надо уменьшить государственные расходы. Но прошло пять лет, и оказалось, что такая политика не привела к успеху. Положение стран, терпящих бедствие, ничуть не улучшилось. Ни у Ирландии, которая старалась неукоснительно выполнять все предписания руководства ЕС, ни у Греции, которая больше делала вид, что эти предписания выполняет.
Более того, глядя на плачевное состояние греческой экономики, руководители «тройки» кредиторов (Еврокомиссия, МВФ и ЕЦБ) понемногу начали признавать, что перегнули палку с требованиями по уменьшению бюджетного дефицита.
Теперь у европейских экономистов появилась новая идея – оказывается, государственные расходы надо было не снижать, а увеличивать, чтобы стимулировать экономический рост. Тем более, что уровень государственных расходов в проблемных странах так и не упал, несмотря на все старания чиновников разных рангов.
Данные Евростата говорят, что госрасходы в странах PIIGS (Португалия, Италия, Ирландия, Греция, Испания) за 4 полных года кризиса выросли на 10 процентов.
Получается, что так широко разрекламированная политика «финансовой строгости», мягко говоря, оказалась несостоятельной. Что ж, если больному не помогли горячие компрессы, давайте попробуем лечить его льдом.
На этом примере хорошо видна главная проблема Еврозоны – отсутствие четкого плана и строгого контроля над его выполнением. Что, в свою очередь, объясняется отсутствием единого руководства. Нет, формально у Европы есть Европарламент, а у евровалюты – Европейский центральный банк. Но полномочия этих органов в значительной степени ограничены, и большинство ключевых решений должно быть одобрено на уровнях государств.
Вот и получается - страны объединили свои финансовые системы в одну, но остались в значительной степени независимы как политически, так и экономически. У них по-прежнему свои налоговые и пенсионные системы, штрафы и пособия по безработице. Но при этом – общая валюта и обязанность принимать решения «всем колхозом».
Понятно, что в условиях кризиса это приводит к экономической неразберихе. Так, экономика Германии чувствует себя хорошо, ей не нужны экономические стимулы. Поэтому здесь было бы неплохо поднять ставку рефинансирования, чтобы продолжать держать под контролем инфляцию. А для экономики Испании нужны дополнительные стимулы, поэтому она обрадуется снижению ставки. Одновременно понизить и повысить ставку невозможно. Поэтому чаще всего в Еврозоне принимаются или половинчатые решения, или решения, выгодные только ряду стран. Или вообще одной Германии, как самой богатой и экономически развитой. Кто платит – тот и заказывает музыку. Но эта «немецкая музыка» вовсе не оздоровляет экономику более слабых стран, которым зачастую требуются противоположные действия.
Подобных экономических противоречий – десятки, если не сотни. В условиях роста на них можно было не обращать внимания, ведь это приводило лишь к небольшому перекосу в экономике. Но при кризисе дисбаланс решений приведет к невозможности спасения всех «проблемных» стран.
Этим и различаются кредитные проблемы Евросоюза и США. По ту сторону океана – единоначалие (несмотря на внешние разногласия демократов и республиканцев). По эту сторону - европейские лебедь, рак и щука с невозможностью принимать быстрые и согласованные меры.
Возьмем, к примеру, «валютные войны». Экономика Японии за последний год неплохо восстановилась, во многом за счет агрессивной монетарной политики, приведшей к падению японской иены. За 12 месяцев японская валюта потеряла почти 30%, что очень много для любой из мировых валют. Думаю, что подобные меры в рамках еврозоны просто невозможны. Члены валютного союза будут так долго обсуждать тактику, стратегию, согласовывать детали и принимать решение, что когда все будет готово, нужда в подобных действиях уже отпадет. К тому же не следует забывать и о разных целях – Ирландия была бы не против серьезного ослабления курса евро, в то время как Германию удовлетворят гораздо более скромные цифры. Страны просто не смогут договориться о таргетировании валютного курса.
Этот специфически европейский набор проблем приводит к почти полной неразберихе в экономическом управлении еврозоной. Понятно, что такая ситуация никому не выгодна - кроме, пожалуй, Греции. Шантажируя других участников валютного союза своим членством в общей валюте, обманывая кредиторов с мерами по оздоровлению финансовой системы, Греция просто выторговывает себе один транш кредита за другим. Что только ухудшает финансовую ситуацию, но, конечно же, не приводит ни к какому оздоровлению.
А ведь помимо финансово-экономических проблем существуют и проблемы политические.
По всей Европе начинают набирать силу популисты всех рангов, которые действуют по принципу – «ради победы мы готовы обещать все, что угодно». Партии, находящиеся у власти, в свою очередь тоже начинают давать трудновыполнимые обещания. Все это приводит к тому, что выборы начинают превращаться в соревнование «кто сумеет больше наобещать». А ведь оздоровление экономики требует обратного – комплекса непопулярных и, порой, очень жестоких мер. В результате к власти приходят «чемпионы по обещаниям», неспособные к проведению серьезных антикризисных мер. Подобные процессы наблюдаются во Франции, Греции, Испании, Италии. Пожалуй, лишь одной Германии удается держаться особняком. Ведь на недавних выборах в Бундестаг партия Ангелы Меркель не только не потеряла, но даже наоборот, приобрела голоса избирателей. Видимо, канцлер Германии сумела убедить немецкий народ в том, что финансовая помощь Греции идет во благо немецкой экономике. Что не так уж и далеко от истины.
Хотя в Германии тоже найдется повод для волнений. Ведь недавно образованная партия «Альтернатива для Германии», выступающая за выход страны из еврозоны, набрала 4,7% голосов, что является рекордом для политического новичка. И кто знает, может, на следующих выборах немецкие популисты не только войдут в парламент, но и станут там серьезной политической силой.
Пока же анализ пятилетней истории кризиса в Еврозоне приводит к пониманию, что при создании евровалюты была допущена огромная ошибка. Заключается она в том, что объединение валютных систем в одну было проведено без адекватного политического объединения. И спасти Еврозону от развала сегодня можно лишь путем немедленных политических преобразований, результатом которого должна стать система, единая со всех точек зрения. В том числе, с экономической и политической.
Не думаю, что сегодняшняя Европа готова пойти на подобное, ведь идеи национального суверенитета намного важнее любой единой валюты. Бельгийцы не хотят жить в одном государстве с португальцами, а те, в свою очередь, не торопятся объединяться с ирландцами. И они скорее расстанутся с единой валютой и вернутся к франкам, шиллингам и маркам, чем пойдут на подобное объединение.
В «Золотом теленке» Ильфа и Петрова описана судьба кооперативной квартиры «Воронья Слободка». Как только доверие между соседями пропало, и они начали подозревать друг друга в подготовке к поджогу квартиры, дом тут же и сгорел. Причем подожженный одновременно в шести местах. Похоже, что Еврозона сегодня находится в подобном положении. Доверие друг к другу потеряно, значит, осталось дождаться неизбежного пожара. Или спасительного экономического чуда. Правда, не понятно, какого именно.
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Использование материала допускается при условии соблюдения правил цитирования сайта tass.ru