Все новости

Посмотрите пронзительный фильм "Между рядами" — о любви и трагедии магазинного грузчика

БЕЛИКОВ Егор 
Редактор раздела культуры ТАСС
Это поэтичная драма о тайной жизни гипермаркета, раздумывающая о бессмысленности человеческой жизни

Место: мелкооптовый гипермаркет с большими упаковками по типу Metro. "Добро пожаловать в ночь", — объявляет голос откуда-то с небес. По пластиковому серому полу заскользили маленькие машинки-погрузчики, с помощью которых работяги сгружают с верхних полок стеллажей, что до самого потолка, гигантские ящики-палеты. Новенький среди них — Кристиан (Франц Роговски, которому светит быть популярным не меньше надоевшего уже Тиля Швайгера), молчаливый парень с темным прошлым и татуировками, которые по корпоративным гайдлайнам надо скрывать за рукавами спецовки.

Как выясняется, гипермаркет, особенно по ночам, — это дивный новый мир типа Хогвартса, где всюду волшебство. Тихо катится по пластиковому полу безо всякого звука, точно по велению палочки, погрузчик. На стене комнатки для сотрудников магазина — фотообои, изображение на которых вот-вот начнет магическим образом двигаться. На них — пальмы и океан, такой же настоящий, как море в ракушке. Самое таинственное место — это, конечно, отдел заморозки, где царит арктическая ночь, грузчики там работают в меховых куртках, то есть даже силы природы не властны над этим загадочным краем мертвой рыбы. Наверняка где-то за углом тут есть и Выручай-комната. Хотя вот же она, на парковке, где зарядки для погрузчиков.

Главу отдела, куда распределяющая шляпа (супервайзер) назначила Кристиана, зовут Брюно (Петер Курт), он добрый, как Хагрид. Где-то там за углом — тоже грузчица Марион (Сандра Хюллер, звезда немецкого артхаусного хита "Тони Эрдманн"). Скоро Кристиану нужно будет сдавать экзамен по управлению летающей метлой, то есть погрузчиком, и это, кажется, сложнее, чем во время сессии в школе чародейства.

' YouTube/ПРОвзгляд'

Весь этот супермаркетовый быт столь неожиданно насыщен событиями, что в течение первой половины фильма "Между рядами" можно умудриться даже ни разу не задуматься: а у этих людей, которые, конечно, себе на уме, но очень милые, какие-то не слишком счастливо сложившиеся судьбы, раз они грузчиками работают, да еще и в ночную смену.

Этот фильм, который для чуткого прокатного зрителя запросто и с ходу станет любимым в этом году, показали на Берлинском кинофестивале, но ничем не наградили. Возможно, потому, что ненадрывная искренность не известного до сего времени постановщика Томаса Штубера отчетливо напоминает все тот же фильм-сенсацию "Тони Эрдманн", картину главной представительницы так называемой берлинской школы Марен Аде, которая по историческому недоразумению не получила "Золотую пальмовую ветвь" в Канне. Есть что-то в этом тихом, чуть застенчивом кино и от другой селебрити мира международных киносмотров (то есть не сильно стыдитесь, если вы этих режиссеров пока не знаете, но зато можно вам позавидовать, у вас еще все впереди), финна Аки Каурисмяки, который тоже любит снимать о тихих душевных жителях спальных районов.

Впрочем, оба этих референса говорят исключительно хорошее о фильме "Между рядами", в котором очень поэтично рассказывается о людях, казалось бы, совершенно прозаической функции.

Итак, есть человек, которого никто не замечает, мимо которого проходят, не глядя в его сторону, покупатели, и вообще жизнь его проходит мимо (хотя, с другой стороны, мимо — это вообще куда?). Он, как купон на скидку, напечатанный на задней стороне магазинного чека: вроде и есть на свете, но вряд ли кому пригодится.

Можно было по-интеллигентски поудивляться, что, мол, как на дне живут какие-то склизкие гады, так и в гипермаркете, оказывается, работают не роботы в фирменных спецовках, а люди со своими чаяниями и душевными ранами. А можно было подойти к этому как сбрендивший натуралист, то есть по-документальному, трясущейся камерой запечатлеть существование этих обезьянок из низшей социальной страты. Но, о чудо, режиссер Штубер не опускается до унизительного гуманизма и унылого соцреализма.

Нет, его путь — попытаться ухватить те тончайшие, ранее не виданные на широких экранах ощущения, описать их, но только, конечно, не словами (неспроста Кристиан за весь фильм всего говорит пару десятков фраз — а чего тут скажешь-то?). 

Это, например, грешная романтика круглосуточного гипермаркета, где ты наедине с собой наслаждаешься своим нездоровым консюмеризмом. Импрессионистская живописность ночной автобусной остановки. Запретная красота восхода жареного солнца больших городов, который видят лишь те бунтари, что не ложились спать. Поэзия одиночества на окраинных магистралях

Эта постиндустриальная красота совсем новая, еще не до конца зафиксированная в искусстве. Она из эпохи победившей сферы услуг, и интересно, что ее активнее всего сейчас осмысляют немцы, короли бюргерского потребительства. Вообще эта тема и для Германии, как выясняется из интервью режиссера, имеет политический подтекст: место действия — Южная Саксония, Лейпциг, который был с восточной стороны. Когда снесли стену, то разрушились не только старые порядки, но многие судьбы, в том числе, кстати, и премудрого Брюно, который до того был дальнобойщиком, а теперь в новых экономических обстоятельствах поневоле пересел за руль транспорта поменьше.

Впрочем, куда более важно, что и из гигантского гипермаркета, где всегда светло, Штубер ближе к концу фильма пускает тотальную меланхолию на место очарованию маленького магазинного мира. Он выводит своих героев наружу, в том числе и Кристиана, который узнает больше, чем полагалось знать, о своей тайной возлюбленной Марион. Там же выясняется, что сдавать экзамен по управлению магазинной машиной — это, конечно, очень весело и замечательно, но люди-то действительно зажаты до конца своих дней между торговыми стеллажами, им почему-то приходится считать себя никому не нужной "просрочкой", и в довершение выясняется, что грузчики подъедают пресловутую просрочку прямо из мусорных контейнеров.

Место и Кристиана, и Марион, и Брюно, и настоящих работников гипермаркета, где велись съемки, и других — на окраине человечества, но почему? И почему у человечества вообще должна быть окраина? Эта слепая зона будет только расширяться с технологическим развитием постиндустриальности в пост-пост и мета-мета. Погрузчики научатся снимать ящики с полок без помощи человеческой прослойки, а затем и покупать товары, и тоже без нас. Мегамоллы, гигантские пластиковые коробки на автострадах, последние бастионы на подступах к постиндустриальным городам, падут. Все, что нам останется в мире победившего чистогана, — это наслаждаться видом солнца, еще пока не последний раз встающего над бескрайней парковкой, расстелившейся до самого горизонта.

В прокате со 2 августа. Кроме того, в конкурсе рецензий на этот фильм, который проходит до 20 августа, можно выиграть три кило шоколада.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru