Все новости

Реабилитация термина. Почему Путин и Трамп называют себя националистами

ШИТОВ Андрей 
Обозреватель ТАСС
Андрей Шитов — об идеологии национализма, этнической составляющей термина и о несуществующих объединяющих символах

На заседании Валдайского клуба президент России Владимир Путин назвал себя "самым правильным, самым настоящим националистом и самым эффективным". "Я хочу, чтобы Россия сохранилась, в том числе и в интересах русского народа", — пояснил он и добавил, что "это не пещерный национализм", который при возвеличивании одного этноса за счет других лишь "ведет к развалу нашего государства".

Буквально через несколько дней о схожей основе своего политического мировоззрения объявил и президент США Дональд Трамп. "Есть такое словцо, как бы вышедшее из моды, — националист, — сказал он на предвыборном митинге в Техасе. — Считается, что использовать это слово нам на самом деле нельзя. А знаете, кто я такой? Я и есть националист! Пользуйтесь этим словом!"

Критики Трампа сразу обвинили его в апологии того самого пещерного национализма, о котором в российском контексте говорил Путин. Это стало удобным поводом перевести на президента-республиканца стрелки за очередные вспышки насилия в стране.

Но на фоне такого политического оппортунизма в США возобновился и осмысленный разговор о том, что на самом деле значит быть патриотом, любить и защищать свою родину и свой народ. Тем более что промежуточные выборы были не только "референдумом" по итогам первых двух лет правления Трампа, но и прелюдией к президентской кампании 2020 года.

Завершились они, кстати, по большому счету "вничью". В ближайшие два года и партия власти, и оппозиция в США будут контролировать по одной палате Конгресса. Все исходят из того, что пикировка между ними только усилится, — как и политическая поляризация в стране. Ожидается и активизация расследований по поводу "сговора" с Россией, приписываемого Трампу.

Конфронтация в Париже

Тот уже после выборов съездил в Париж на международную конференцию. Там его концепцию американского национализма в штыки встретили традиционные союзники США, прежде всего президент Франции Эмманюэль Макрон и канцлер ФРГ Ангела Меркель.

Макрон утверждал, что считает национализм "прямой противоположностью патриотизма".

"Национализм — это предательство патриотизма под лозунгом "Свои интересы — прежде всего; и кому какое дело до других?", — заявил французский лидер. СМИ однозначно восприняли его слова как почти не завуалированный вызов Трампу.

Впрочем, упреки по поводу опасного разгула национализма, звучавшие в контексте памятных мероприятий 11 ноября в Париже, адресовались не только президенту США, но и евроскептикам в самой Европе, а также России и Китаю. Наш МИД назвал подобные домыслы "нечистоплотными политическими спекуляциями".

СМИ США по итогам вояжа Трампа в Париж указывали, что "со своими националистическими воззрениями" он там оказался чуть ли не изгоем. Маялся "в одиночестве", "в изоляции" и в конце концов уехал, не приняв участия в ключевых общих мероприятиях.

Кто претендует на исключительность

Впрочем, Трампу к такому отношению не привыкать. Он и у себя дома изначально считался в политическом бомонде белой вороной.

Барак Обама, Хиллари Клинтон и другие лидеры демократов много раз говорили, что не узнают в его описаниях "свою" Америку.

Он отвечал, что "современная Демократическая партия на самом деле стала совершенно недемократичной", а ее лидеры сродни "глобалистам, которые хотят, чтобы в мире дела шли хорошо, а о собственной стране особо не заботятся".

Между прочим, со стороны в этом заочном споре просматривается некий парадокс. Трамп, будучи националистом, не видит в своем подходе ничего исключительного. Исходит из того, что и другие лидеры точно так же действуют в интересах своих стран, которые в этом смысле ничем не лучше и не хуже Америки.

Домашние оппоненты Трампа именуются глобалистами, а то и интернационалистами (в американском понимании этого слова). Но при этом настаивают на "американской исключительности" и праве Вашингтона на "глобальное лидерство". То есть прямо и открыто ставят себя и свою страну выше других.

Канонического обоснования теории и практики "трампизма" до сих пор нет. В дискуссии о национализме ответ противникам президента в виде журнального эссе дал председатель совета директоров консервативного политологического Клэрмонтского института в Калифорнии Томас Клингенстайн. По его убеждению, Трамп в конечном счете выражает волю народа и делает ровно то, для чего его в 2016 году и выбрали. 

"Американцы, многие из которых сохранили и здравый смысл, и патриотизм, голосовали за него, чтобы он, как и обещал, ставил Америку на первое место или, согласно его лозунгу, "возвращал Америке величие", — подчеркивается в публикации. — При этом под Америкой подразумевались не одни только белые люди. Иными словами, мотивом для избрания Трампа были патриотизм и защита собственной культуры, а не расизм".

"Экзистенциальная угроза"

"Экзистенциальную угрозу" для США автор эссе видит в концепции "мультикультурализма", которая "подменяет американских граждан так называемыми гражданами мира и "дробит на "племена" общество, чей поразительный успех заключается в ассимиляции их всех в единый народ". При этом принципиально важно, что традиционное для Америки понимание справедливости как равенства всех людей перед законом подменяется политкорректными преференциями для социальных групп, считающихся жертвами прежнего угнетения.

Заслуга Трампа, на взгляд комментатора, заключается в том, что он еще в 2016 году разоблачил и всю концепцию, и ее "механизм принуждения — политкорректность".

Возвращая соотечественникам веру в традиционные ценности и культуру, он, "как бы странно это ни прозвучало, объяснял нам, как вести достойную жизнь", утверждает Клингенстайн.

У либералов считается аксиомой, что "сила — в разнообразии". Автор же утверждает, что на самом деле сила — в преодолении разнообразия и формировании на его основе единого народа. Трамп это сознает, как и простые люди, "потому что это вообще не трудно понять — это здравый смысл", — подчеркивается в эссе.

Тут, между прочим, уместно вспомнить о судьбе СССР, хотя американца она, конечно, не интересует и он о ней не пишет. Единый союз был по определению сильнее, чем любая из его составных частей. И неслучайно те, кто демонизирует Путина на Западе, прежде всего приписывают ему замыслы восстановления распавшейся державы.

Клингенстайн, кстати, считает, что по накалу социальной поляризации сегодняшняя ситуация в США "сравнима с той, которая существовала перед Гражданской войной" между Севером и Югом, что сейчас речь также идет о судьбе страны. И призывает консерваторов дать отпор мультикультурализму так же непримиримо, как Авраам Линкольн боролся с рабством, — вплоть до введения соответствующих стандартов в вузах США.

Красноречивое признание

Стоит добавить, что силу доводов Трампа признают не только его единомышленники.

Известный идеолог "либерального интервенционизма" Роберт Кейган еще в сентябре писал, что лозунг "Америка прежде всего" "уже победил", поскольку отражает реальные настроения людей. 

Автор констатировал, что среди населения США не слышно громких протестов против "торговых войн Трампа".

Что даже демократы "не обещают в ходе предвыборных кампаний зазвать в страну побольше иммигрантов". Что "американцы не желают умирать за Тайбэй или Ригу, не говоря уже о Киеве или Тбилиси", да и вообще "большинство американцев в обеих партиях согласны с Трампом в том, что старым союзникам Америки надо самим о себе заботиться и перестать уповать на защиту со стороны США".

"Достаточно ясно видно, что Обама был слишком большим интернационалистом для своего партийного электората, — писал Кейган, женатый на небезызвестной Виктории Нуланд. — …Более узкий, односторонний и националистический подход Трампа к внешнему миру, пожалуй, ближе широкой публике, чем более космополитичная чувствительность Обамы".

Международный контекст

А если уж сами американцы "наелись" насаждавшегося их собственными властями "глобализма", то что говорить о других.

Журнал The Economist недавно приравнял избрание Трампа президентом США с победами сторонников Brexit над Дэвидом Кэмероном — в Британии, движения "Пять звезд" над брюссельской бюрократией — в Италии, Виктора Орбана над силами, олицетворяющими Джорджа Сороса, — в Венгрии.

Другое либеральное издание — The New Statesman — пишет, что сейчас уже "почти все страны Восточной Европы приняли ту или иную форму "орбанизма", лучше отвечающую их традициям и социальным нуждам, чем чуждая доктрина либерализма, навязанная им со стороны в 1990-х годах".

Журнал не исключает даже "великого раскола" Евросоюза на "коренной" северо-запад, сгруппированный вокруг Германии и Франции, и "периферийный" юго-восток, включающий не только Венгрию, Польшу, Румынию, Словакию и Чехию, но и Италию, Мальту и Кипр.

Да и вообще, если мыслить в этом ключе, в истории человечества национализм был и остается скорее правилом, чем исключением, причем здоровый национализм часто противостоял притязаниям на "исключительность" вплоть до мирового господства, откуда бы те ни исходили.

В глобализме, как напомнил недавно на страницах журнала Atlantic один из авторов, упрекали еще Адольфа Гитлера. А националистом был, например, знаменитый индийский пацифист и борец с британским колониализмом Махатма Ганди.

Дружеская встреча

В Париже Трампа "гнобили" (определение газеты Politico) не все мировые лидеры. Путин, например, этого не делал, а, наоборот, приветствовал американского коллегу поднятым большим пальцем руки.

Тот в ответ дружески широко улыбнулся, за что ему в очередной раз досталось от своих и британских СМИ.

При этом пообщаться президентам России и США толком не удалось.

Обстоятельный разговор между ними вновь отложен — теперь до саммита "Большой двадцатки" ведущих мировых держав в Аргентине. И уж, конечно, для этого разговора есть более насущные темы, чем идеология, включая национализм.

Хотя об этом можно и пожалеть. Ведь, как справедливо указывал тот же Кейган, Трамп хоть и необычный президент, "но даже он не в силах создать общественное настроение из ничего". "Теперь, как и всегда, президенты отражают общественное мнение как минимум в такой же мере, в какой его формируют", — констатировал американский аналитик.

Что важно для россиян

Институт социологии РАН только что завершил мегапроект, показавший, что для наших соотечественников сейчас важнее всего социальная справедливость (59% опрошенных); права и свободы человека, демократия (37%); возвращение себе Россией статуса великой державы (32%).

Примечательно, что последний показатель остался таким же, что и при начале исследования в 2014 году, а первые два заметно выросли.

При обсуждении итогов работы руководитель Центра исследования межнациональных отношений ИС РАН Леокадия Дробижева отметила наличие тревожных тенденций. По ее словам, даже на фоне межнациональных конфликтов на постсоветском пространстве в 1990-е годы для 65% россиян естественным было признание равенства людей всех наших национальностей. Теперь этот показатель снизился примерно до 50%.

Леокадия Дробижева напомнила, что в 2012 году в статье для "Независимой газеты" президент страны сформулировал тезис о том, что русский народ является для России государствообразующим. Но этого термина нет в доктринальных документах, причем, на ее взгляд, не только из-за возражений национальных республик, но и из-за "очень опасных заявлений со стороны русских националистов, которые пытались интерпретировать это как абсолютную доминанту русской тематики и "русского смысла" в политике".

Не салатом единым

Кстати, о смысле. Подавляющее большинство населения страны — 84% — "солидаризируются с теми, кто считает себя гражданами России", — сказала Дробижева.

Она отметила, что это будет отражено и "в готовящемся проекте стратегии государственной национальной политики" (в пресс-службе Совета безопасности России мне подтвердили, что сейчас планируется корректировка действующей стратегии; по закону ее положено проводить каждые шесть лет).

Подтверждение единства само по себе радует, но его понятийная основа пока не прояснена. Опросы показывают, что за исключением памяти о Великой Отечественной войне "ни один показатель, кроме салата оливье на праздничных столах, не набирает 60%", — подытожила Дробижева.

"Основа единства не наполнена смыслами", — пояснила она, а без них декларируемые ценности и понятия "могут оказаться беспочвенными, не воспринимаемыми гражданами".

Наверное, к этому предостережению стоит прислушаться. Чтобы осмысленно и по праву повторять слова из преамбулы нашей Конституции: "Мы, многонациональный народ Российской Федерации, соединенные общей судьбой на своей земле".

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru