Все новости

О предстоящем саммите и будущем преемнике. Что говорил Путин в интервью NBC

Президент России предложил искать приемлемые для всех компромиссы, выразил надежду на сотрудничество с Вашингтоном в киберпространстве и космосе, а также допустил возможность обсуждения обмена заключенными
Журналист телекомпании NBC Кир Симмонс и президент России Владимир Путин Максим Блинов/пресс-служба президента РФ/ТАСС
Описание
Журналист телекомпании NBC Кир Симмонс и президент России Владимир Путин
© Максим Блинов/пресс-служба президента РФ/ТАСС

МОСКВА, 14 июня. /ТАСС/. Российско-американские отношения достигли низшей точки за годы, поэтому стороны рано или поздно должны были договориться о новом саммите. Об этом заявил президент РФ Владимир Путин американскому телеканалу NBC в преддверии встречи с американским коллегой Джо Байденом.

В интервью, текст которого был опубликован в понедельник на сайте Кремля, российский лидер предложил искать приемлемые для всех компромиссы, выразил надежду на сотрудничество с Вашингтоном в киберпространстве и космосе, а также допустил возможность обсуждения обмена заключенными.

Путин также ответил на вопросы об отношении к оппозиции и обвинениям в убийствах, о международной повестке и о том, что важно для него в сменщике на посту президента. ТАСС собрал ключевые и самые яркие высказывания российского лидера.

'Константин Прибытков/ТАСС/Ruptly/Reuters'

О встрече с Байденом

"Это должно было состояться рано или поздно".

Об отношениях с США

"У нас отношения двусторонние деградировали до самой низкой планки за последние годы, а все-таки есть вопросы, которые требуют сверки часов, определения каких-то позиций взаимных, для того чтобы вопросы, представляющие взаимный интерес, решались эффективнее в интересах как Соединенных Штатов, так и России".

О стабильности и предсказуемости

"Это самая главная ценность <...> в международных делах. <...> Мы со стороны, как я считаю, наших американских партнеров как раз этого и не видели в предыдущие годы".

"Давайте вместе сядем, будем разговаривать, искать решения, искать компромиссы, приемлемые для всех сторон, - вот так достигается стабильность. Она не может быть достигнута навязыванием одной точки зрения, "правильной" точки зрения <...>. Так же стабильность не достигается".

О Трампе и Байдене

"Я и сейчас считаю, что <...> господин Трамп - человек незаурядный, талантливый, иначе он не стал бы президентом США. Он яркий человек, он может нравиться кому-то, может не нравиться".

"Президент Байден, конечно, кардинальным образом отличается от Трампа, потому что он профессионал, он почти что всю жизнь свою сознательную в политике. <...> Это другой человек".

О словах Байдена, что у Путина нет души

"Насчет души - это в церковь, пожалуйста". "У него хорошая память, наверное. Я не исключаю [что это было сказано в разговоре], но я такого не помню".

Об обвинениях в кибератаках

"Я вам скажу: и это, и то, и тот сказал, и этот сказал, а доказательства-то где? На такие бездоказательные обвинения я могу вам ответить: можете жаловаться в международную лигу сексуальных реформ".

"Это просто превращается в какой-то фарс, бесконечный фарс. <...> Это же разговор в пустоту, в пользу бедных совсем".

О Black Lives Matter

"Я удивлен, почему до сих пор нас не обвинили в том, что мы спровоцировали движение Black Lives Matter, тоже хорошая была бы линия атаки. Но мы не делали это".

"Мы поддерживаем борьбу афроамериканцев за свои права, но мы против любых видов экстремизма, которые мы иногда тоже, к сожалению, наблюдаем сейчас".

О соглашении по кибербезопасности

"Есть основание полагать, что мы можем выстроить работу в этой сфере с новой [американской] администрацией. Надеюсь, что внутриполитические расклады в самих США не помешают это сделать".

"Так же, как мы не хотим милитаризации космоса, мы не хотим и милитаризации киберпространства".

О возможности обмена заключенными

"Что касается возможных переговоров на этот счет - пожалуйста, можно поговорить. Мы, естественно, поставим вопрос о наших гражданах, которые в тюрьме сидят в США. Это предмет для разговора".

О вмешательстве США во внутренние дела

"Надо дать возможность народам всех стран мира спокойно развиваться. Даже если есть кризисные ситуации, они должны разрешаться народом внутри страны, без вмешательства извне. Но мне кажется, что этот призыв к американской администрации, в том числе и сегодняшней администрации, мало чего стоит".

О сотрудничестве в космосе

"Я хочу вас заверить, что мы заинтересованы в дальнейшем продолжении работы с Соединенными Штатами по этому направлению и будем это делать, если американские партнеры сами не будут от этого отказываться. Но это не значит, что мы должны локализовать свою работу только с США".

О НАТО

НАТО - "рудимент холодной войны". "НАТО родилась в эпоху холодной войны, но зачем она существует на сегодняшний день, не очень понятно. Был момент, когда говорили о том, что она трансформируется, эта организация, теперь уже как-то об этом подзабыли".

"В период Советского Союза еще Горбачеву - он, слава богу, жив-здоров, спросите у него, - устно, но все-таки было обещано, что не будет расширения НАТО на Восток. Ну и где эти обещания? <...> Правильно, обманули дурачка на четыре кулачка - у нас так в народе говорят. Надо все закреплять на бумаге".

Об отношениях с Китаем

"Мы не считаем, что Китай представляет для нас угрозу. Это дружественная страна".

"Что нам бояться Китая с авианосцами? Кроме всего прочего, у нас огромная граница с Китаем, но она сухопутная. Вы думаете, что они направят свои авианосцы через нашу территорию, что ли? Ну это просто ни о чем для нас".

"Я встречался с уйгурами, когда был с визитами в Китае. И уверяю вас, <...> что они в целом приветствуют политику китайских властей <...>".

О посадке рейса Ryanair в Минске

"Я не то чтобы одобряю и не то чтобы осуждаю. Так случилось". Официальная версия Минска, озвученная в том числе президентом Белоруссии Александром Лукашенко, скорее всего, правдива: "У меня нет оснований ему не верить".

При этом нельзя замалчивать схожий инцидент с самолетом ныне бывшего президента Боливии Эво Моралеса в 2013 году: "Вы мне сказали, что посадка самолета с президентом Боливии - это другой случай. Другой, да, только он просто хуже в десять раз, чем то, что было сделано, если что-то было сделано, в Белоруссии".

О ситуации в Сирии

"При поддержке России Сирия вернула под свой контроль, сирийские власти, свыше 90 процентов сирийской территории. И теперь нужно просто организовать гуманитарную помощь людям вне зависимости ни от какого политического контекста".

Об оппозиции

"Кто вам сказал, что нас пугает оппозиция или меня пугает оппозиция? Кто вам это сказал? Вы знаете, это даже смешно".

О законах об иностранных агентах

"У нас есть такая пословица: нечего на зеркало пенять, если рожа кривая".

О Навальном

На вопрос, был ли приказ убивать Навального: "Конечно, нет. У нас нет такой привычки - кого-то убивать <...>".

"Для меня он один из граждан Российской Федерации, который осужден российским судом и находится в местах лишения свободы, таких много. <...> Никакого эксклюзива никому мы делать не должны, и это неправильно будет, все должны быть в равном положении <...>".

Об обвинениях в убийствах

"Меня это не удивляет. Мы с теми людьми, с которыми работаем, спорим на международной арене, - мы не жених и невеста, не клянемся друг другу в вечной любви и дружбе".

"Я таких обвинений слышал десятки, особенно в период наших тяжелых событий во время нашей борьбы с терроризмом на Северном Кавказе. Я при этом всегда руководствуюсь интересами российского государства и русского народа, и вот эти сентенции по поводу того, кто, как, чего и кого называет, меня абсолютно не волнуют".

О смерти Михаила Лесина

В ответ на упоминание журналистом экс-министра и бывшего советника президента Лесина, погибшего в США в 2015 году: "Он работал у меня в администрации, я к нему очень хорошо относился. <...> Мне, например, до сих пор жалко, что он ушел из жизни. На мой взгляд, очень порядочный, приличный человек".

О преемнике

В России от смены президента ничего не "обрушится в одночасье": "Сейчас много проблем, но ситуация абсолютно другая [по сравнению с 2000 годом]".

"Если я увижу, что какой-то человек даже если критически относится к каким-то сферам моей деятельности, но я увижу, что это человек с конструктивными взглядами, человек предан стране, готов положить на алтарь Отечества не просто годы, а всю свою жизнь, как бы он ни относился ко мне лично, я сделаю все, чтобы такие люди были поддержаны".

При этом никакого иммунитета после ухода с поста Путин не ждет: "Я даже не думаю об этом, это вопросы вообще третьестепенного значения".