f v t

Они о нас: 

переехавшие в Москву топ-менеджеры — о России, венчуре и погоде


На Всемирном экономическом форуме в Давосе российская делегация на всех своих сессиях и встречах пыталась убедить иностранных инвесторов в том, что и деловой климат, и условия для жизни в России вполне комфортные и конкурентные. Иностранцев приглашали приехать в Россию и на практике убедиться, что это так. ТАСС побеседовал с теми экспатами, которые уже многие годы живут в нашей стране, несмотря на санкции и политические треволнения. Наши собеседники возглавляют представительства международных компаний, управляют российскими предприятиями и даже запускают стартапы. Топ-менеджеры из разных сфер — транспорта, автопрома, туризма и ретейла — рассказали нам, для чего приехали в Россию, с какими трудностями столкнулись в Москве и что дал им этот город.


Ларс Химмер,

глава российского подразделения марки Volkswagen

О жизни в Москве

Я живу в России уже в четвертый раз. Впервые я приехал сюда дипломатом, потом ушел в бизнес. Сейчас я представляю марку Volkswagen на российском и казахском рынках. Жил я в Москве всегда в разных местах. Сначала, холостяком, жил на Кутузовском. Потом с девушкой, будущей женой, на Тверском. Третий раз, женатые и с детьми, мы жили за городом. И в четвертый наш московский заезд мы нашли отличный домик на окраине города. Знаете, там недалеко Химкинское водохранилище, канал им. Москвы, парк. Очень хорошо там жить.

Впервые я приехал в Москву в 90-е. Был тогда дипломатом, торговым атташе. Помогал датским компаниям, которые хотели инвестировать в Россию или, наоборот, хотели из России уйти. Тогда было не самое благоприятное время для бизнеса, но зато, наверное, самое интересное. Любую задачу было одновременно невозможно и вполне возможно решить. Мне страшно это нравилось. Так что, когда меня позвали обратно, в МИД Дании, я на свой страх и риск отказался.

Каждый год на Новый год я смотрю "Иронию судьбы, или С легким паром". Знаю, вы тоже так делаете.

Что меня впечатляет в Москве, так это диджитализация. Вы пользовались каршерингом? Мне очень нравится, недавно брал машину, ездил по Москве, даже сделал пару селфи. В телефоне у меня есть приложение, которое показывает расписание движения всех трамваев, троллейбусов и электричек онлайн на русском и английском языках. А еще камеры на дорогах. Мы во время чемпионата мира по футболу этим летом взяли машину и поехали на матч в Саранск. И меня ни разу ГАИ не остановили. Раньше останавливали на каждом шагу, а теперь пришло два штрафа, нарушил скоростной режим. Надо будет оплатить.

Я в 1995 году ездил на машине в Нижний Новгород. Нельзя было назвать дорогой то, что местами нам встречалось. Хорошо, что это в прошлом.

Когда я на пять лет уехал из Москвы, я без этого города тосковал. Если слышал русскую речь, сразу подходил к тому, кто говорил по-русски, знакомился. Язык я начал учить еще в институте. Нам на лекциях показывали ваши фильмы. Я еще студентом посмотрел "Битву за Берлин" и иногда пою песню оттуда, помните? "А я в Россию, домой хочу, я так давно не видел маму". Еще мне нравятся ваши поговорки. Я их, правда, немного переделываю. Например, я своим коллегам говорю: "Обещать — значит жениться". Адаптировал выражение под принципы компании.

О работе

В России очень много трудоголиков. Из-за этого у людей теряется баланс между рабочей и личной жизнью. Но для меня трудоголизм — положительная черта, я сам такой же. В Дании после 4 часов дня вы не найдете в офисе ни одного человека. А тут я, начальник, ни разу еще не уходил из офиса последним.

Заниматься в России бизнесом интересно, потому что бизнес здесь бросает из крайности в крайность. Либо рынок очень хороший, либо стремительно падает. Это дает мне возможности непосредственно влиять на продажи. Когда автомобильный рынок из года в год одинаков, что бы ты ни делал, ты вряд ли сможешь что-то в нем изменить. А здесь я могу проявить себя с профессиональной стороны. Изменил что-то в стратегии — и сразу вижу по продажам, например, Tiguan, правильным было решение или нет. Я прежде работал в головном офисе Volkswagen — это как работать на громадном супертанкере. Там если и есть изменения в прибыльности на процент, ты все равно никогда в жизни не найдешь в этом проценте эффект именно от твоей работы. В России же я работаю на маневренном скоростном катере — результаты управления чувствуются сразу.

О семье

Мы с женой познакомились в Москве, мне было тогда около 25 лет. Я работал в посольстве, и в подвале посольского здания мы открыли мини-бар. Я там по средам вечером был барменом. Двери бара были открыты всем датчанам, которые жили в Москве. Их было немного, мы все дружили и старались помочь друг другу. В баре было неважно, посол ты или продавец в магазинчике. Моя будущая жена в тот год работала в Москве по трехмесячному контракту. Она как-то узнала про бар и однажды в среду пришла к нам. Я ее увидел и сразу влюбился.

Жена раньше вела небольшой бизнес в Москве, но потом отказалась от этого. Занимается сейчас детьми и собакой, таксой, — и, слава богу, мной тоже. Я ей говорю: "Знаешь, если бы я не мог быть твоим мужем, я бы тогда мечтал быть твоей таксой". Как вы поняли, наша собака проживает чудесную жизнь и купается в любви.

Первое свидание с женой было у нас в Англии, а потом мы начали встречаться и переехали в Новосибирск. Там было очень романтично. Но погода, правда, там сложная. Весна и осень проходят за две недели, а в остальное время либо очень холодно, либо очень жарко. За день температура в Новосибирске могла поменяться на 20–25 градусов. Выходя из дома, я всегда проверял температуру, чтобы понять, в зимнее одеваться или в летнее.

О жизненных ценностях

Вы меня спрашиваете, не надоело ли мне жить вдали от родины. Нет, не надоело. У меня нация такая. Современные датчане — это же в прошлом викинги, помните? Они же путешествовали тысячелетиями. Моя родная страна очень маленькая. У нас по сути и нет ничего, кроме людей. Но есть душа, сила воли и мозги. Наш великий писатель, Ганс Христиан Андерсен, тоже очень много путешествовал. Он и сказал, что "путешествовать — значит жить" — to travel is to live. Я думаю, это правильная мысль.

Не всем понравится наша жизнь. Мы с женой когда-то договорились, что жизнь на чемоданах нам подходит. И понеслось. Первая наша дочь родилась в Москве, второй ребенок, сын, родился два года спустя, когда мы уже жили в Хорватии. И младшая дочка родилась еще спустя два года, в Латвии. Старшей дочери сейчас 16 лет, она успела пожить в шести странах и сейчас уже уехала от нас на учебу в Данию, поскольку на данном этапе для учебы полезна будет стабильность, и для нашей дочери это возможность наконец пожить в родной стране, впервые в жизни. А вот младшей — 11 лет, она с нами проехала уже четыре страны, но ей непросто. Она хотела бы большей стабильности. Но у детей нет выбора. Они даже местные языки не успевают учить. В каждой новой стране учатся в англоязычной школе. Только начинают понимать местный язык, а нам уже и переезжать пора.

Даже не знаю, как себя лучше звать — викинг, номад или "гастарбайтер". Но мы точно "люди мира". Не знаю, куда нас дальше занесет жизнь, но, если нужно будет еще куда-то поехать, я буду только "за".

Я пожил уже в восьми странах и постарался выучить девять языков. Если мне придется поехать в новую страну, буду учить новый язык. Без языка ты не поймешь страну, а если ее не понимаешь — зачем тогда ехать? Я знаю, что никогда не буду русским, хорватом или бразильцем, но если не пытаться вникнуть в культуру страны, то можно с самого начала просто оставаться дома.

Я знаю, как понятно объяснить, чем отличается русская культура от других культур. Возьмем в пример пакет приложений от компании Microsoft. Работа в Дании похожа на работу в приложении Outlook. Все очень быстро, понятно, по делу, и всегда есть конечный адресат. Когда я работал в Швеции, я сравнивал их работу с работой в PowerPoint. Шведы любят сесть за большой круглый стол, обсуждать все сообща — и президент компании, и уборщица, а потом собрать всё в виде короткого и ясного сообщения. Дальше была работа во Франции, а французам важно много и красиво говорить. Конечно, так работает приложение Microsoft Word. Работа в немецкой компании — это работа в Excel. Только факты и цифры. Еще я работал в Ирландии. Там все знают друг друга, на личных связях держится половина бизнеса. Это похоже на Microsoft Access. А сейчас я работаю в России. И здесь нужен весь пакет Microsoft. Тут надо уметь работать с фактами и цифрами, как в Excel, писать, как в Word, визуализировать все, как в Power Point, знать людей, как в Access, и взаимодействовать по особым законам со многими людьми, как в Outlook. Вот почему мне тут нравится. 


Ив Каракатзанис, 

президент Группы "АвтоВАЗ"

О переездах и городах

Мы с семьей приехали в Россию уже второй раз. В первый наш приезд, 2013–2016 годы, мы жили в доме, где было всего три семьи экспатов, а наши соседи жили в коммунальной квартире. Мы выбрали такие условия для жизни сознательно: чтобы понять страну, а тем более управлять российской компанией, нужно жить среди людей и понимать их менталитет.

Вся история моей жизни в России связана с "АвтоВАЗом". Первые три года я работал в российском представительстве Renault и отвечал за запуск производства моделей Logan и Sandero на "АвтоВАЗе". Тогда я проводил в Тольятти одну неделю в месяц. Теперь я провожу почти все рабочие дни в Тольятти и прилетаю в Москву, к семье, только на выходные.

Когда в 2016 году мы узнали, что нам придется переезжать в Румынию, мы были расстроены необходимостью покидать Россию и наших русских друзей. И рады были вернуться сюда в 2018 году. Нам нравится в России, в Москве. Это очень чистый город с богатой культурной жизнью. Она привлекает и своей безопасностью: я знаю, что могу поехать ночью в метро или гулять по улицам и со мной ничего не произойдет. Не каждый мегаполис мира может этим похвастаться.

Еще несколько лет назад объясниться в Москве на английском языке было очень трудно. Помню, в 2013 году мы только-только переехали и решали организационные вопросы: искали жилье, собирали документы. И дочка, ей тогда было 7 лет, попросила бургер на обед. Мы нашли подходящее кафе буквально в километре от Красной площади. Но нас там никто не понимал! В итоге мы просто взяли меню и показывали пальцем на те бургеры, которые хотим. Сейчас стало чуть проще, думаю, свою роль сыграл и чемпионат мира по футболу, который прошел летом. Но все равно в России пока по-английски говорят меньше, чем в других странах.

В первый наш приезд в Россию мы были в нескольких городах Золотого кольца: Владимире, Суздале, Сергиевом Посаде. В этот раз мы обязательно съездим на Байкал, обязательно зимой.

Я как-то ездил на машине из Тольятти до Ижевска, где расположен наш второй завод "Lada Ижевск", а заодно хотелось посмотреть, как живут в регионах, какие там дороги. Вывод такой: дороги в Москве и вне Москвы все еще не на одном уровне.

Я был во многих российских городах, но не спрашивайте меня, что я о них думаю. Это были визиты-командировки, и у меня не было времени изучить их, как это делают простые туристы. У нас с женой трое детей, но с нами в России живет только младшая дочь, ей 12 лет. Она учится во французской школе и продолжает учить русский язык. Мы с супругой тоже работаем над этим.

После Москвы Париж кажется небольшим городом.

О национальных чертах

"Русские не любят работать" — это карикатура, неверное утверждение. Такое же неверное, как представлять всех парижан в матросках, беретах, с багетами в руках и бутылками вина.

Наши друзья сначала не выражали большого энтузиазма, когда мы звали их погостить у себя в Москве. Потом они все-таки приехали и теперь все пишут нам: "Окей, хорошо, но когда мы можем снова приехать к вам?" После чемпионата мира по футболу имидж Москвы и России намного улучшился и все больше людей стремится сюда приехать.

У нас за время жизни в России появились и русские друзья. Вообще с русскими бывает сложно в момент знакомства, когда нужно "разбить лед недоверия". Но через некоторое время формируются искренние и крепкие дружеские отношения, не искусственные и не формальные. Похожим образом ведут себя, к примеру, люди на севере Франции или на юге, на Корсике.

Нас однажды пригласили в гости русские друзья. Мы тогда еще не знали, что приглашение означает не чай или кофе, а настоящее застолье. В гости мы должны были прийти в четыре дня, но предварительно традиционно пообедали дома в два часа. Конечно, нас в гостях ждал стол со множеством еды, это нас сильно удивило, и мы поняли, что обед был лишним. Зато теперь мы знаем, что такое "приглашение в гости".

О работе

Я полностью осознаю свою ответственность перед сотрудниками "АвтоВАЗа", перед людьми и перед самой компанией. Мы по итогам 2018 года — лидеры рынка, и две наши модели — лидеры продаж. Но в автомобильной индустрии идут постоянные улучшения — меняется оборудование, комплектующие, сами машины. Момент апгрейда пропускать никак нельзя. Поэтому мы все работаем не на поддержание результата, а на рост.

У сотрудников "АвтоВАЗа" большой аппетит к знаниям. Они искренне перенимают лучшие практики альянса Renault-Nissan-Mitsubishi, идут на программы обучения, готовы применять новые методы в работе. У нас и англоговорящих сотрудников на заводе становится все больше и больше, люди сами учат язык.

Я знаю такую поговорку: "Русские долго запрягают, но быстро едут". Это отлично, что русские люди возвращают любовь к русским машинам и снова ездят на них.

Каждого журналиста, который берет автомобиль на тест-драйв, мы спрашиваем: "Ну как вам? Нравится? Как едет, как управляется?" И вот, по итогам одного из последних тест-драйвов большинство нам сказали, что машина очень понравилась. И мы, конечно, рады таким переменам.


Александр Исурин, 

президент транспортной группы FESCO

О языках

Когда в 1990-х годах распался Советский Союз, латвийские власти потребовали внести изменения в написание имен, применив правила латышского языка. Так, к мужским именам и фамилиям, оканчивающимся на согласные, добавили "с" на конце, и я стал в документах Александрс Исуринс. Но в жизни я предпочитаю оставаться Александром.

Хорошо ли я знаю русский язык? Была у меня одна история. Я попросил своего секретаря (я жил тогда в Питере) подготовить письмо для контрагентов. Девушка выразила свое понимание и сочувствие: "Понимаю, латыш, вам сложно писать по-русски", и через пару часов прислала мне на согласование это письмо. Я его распечатал, красной ручкой, как в школе, выделил все орфографические и пунктуационные ошибки, поставил "двойку" и отдал ей. Попросил больше так не писать.

На третий год жизни в Питере я начал говорить "поребрик" и "парадная". "Греча с курой" говорить не стал. А вот мой старший сын так говорил, его наша петербургская няня научила.

О переездах

Я родился и вырос в Риге. Там же начал работать в представительстве датской транспортной компании Maersk, потом учился в их студенческой школе в Дании. Это образование похоже на облегченный бакалавриат. По окончании этой школы Maersk пригласил меня в головной офис, в Копенгаген. Это было очень необычное время: в Копенгагене работали люди разного уровня подготовки, разных национальностей, владеющие разными языками. Тебя в любой момент могли отправить в любой конец света — в Уганду, например, или в Малайзию. Благодаря этой работе у меня теперь по всему миру есть знакомые.

Обычно выпускники Maersk так и мотаются по всему миру, редко кто из них возвращается по долгу службы домой. Но у меня случилось именно так — проработав несколько лет в Дании, я перевелся в Ригу. Правда, достаточно быстро снова уехал из дома. В 2001 году я ушел работать к конкурентам, в Mediterranean Shipping Company (MSC), а в 2005 году мне предложили возглавить представительство MSC в России и странах Центральной Азии. И работа эта предполагала переезд в Санкт-Петербург.

Годы жизни в Дании были самыми простыми в моей жизни. Таких, как я, в центральном офисе было человек сто — экспатов слегка за 20 лет, без семей, без забот. Главной нашей задачей было придумать, чем же мы займемся после работы.

Очень хорошо помню день переезда в Питер. Я с утра выезжал на машине, за день должен был пересечь границу и вечером встретить семью в аэропорту Санкт-Петербурга. Машина, в которой я ехал, была забита вещами до потолка, так что в зеркало заднего вида и правое боковое зеркало я не видел ничего. А стоило мне выехать из Риги, отваливается левое боковое зеркало. И вот я еду и размышляю: "Идет дождь, жена с ребенком черт знает где, я сам черт знает где, и зачем мы это все затеяли, сидели бы спокойно дома".

Сейчас у нас практически нет сложностей с тем, что мы живем в России с другим гражданством. Раньше проблем было больше. Например, чтобы получить разрешение на работу десять лет назад, нужно было пройти пять кругов ада. Сначала тебе нужна справка девятой формы, для формы девять — третья форма и так далее. На пятнадцатой инстанции тебе говорят: "А эту справку мы не можем вам дать без формы девять". Круг замкнулся.

О городах

20 лет назад Санкт-Петербург был значительно менее развит по сравнению с Ригой. Мы жили в центре, но до ближайшего супермаркета нужно было ехать на машине. Забудешь купить какую-нибудь мелочь, и начинается приключение. 40 минут едем до магазина, 40 минут — обратно, по дороге теряемся с непривычки, навигаторов нет, мобильного интернета нет. Самолеты в Ригу из Питера не летали, и мы ездили домой на поезде: в 4 утра тебя будят на границе, фонарем светят, мол, вставайте, рассказывайте, кто вы, что вы. То еще удовольствие, в общем.

Сейчас мы летаем к родне в Ригу на выходные. В пятницу вечером из Москвы — туда, в понедельник утром — обратно. Знаю, что у многих москвичей есть дачи в Латвии. С некоторыми из таких дачников мы частенько встречаемся в пятничном самолете. Мне даже кажется, что летом добраться до дачи в Латвии быстрее, чем до подмосковной дачи.

В Питере позвонить по работе до 10 утра — это моветон.

У меня три родных города: Рига, Копенгаген и Санкт-Петербург. Но Питер — самый любимый. Мы с супругой туда приехали еще молодыми и стали там профессионалами, обзавелись друзьями, там вырос сын и родилась дочка. Самое важное в жизни мы сделали в Санкт-Петербурге.

В Питере с ноября по май становится серо в 11, темно в 4 вечера. И "привет".

У меня были предложения по работе, которые предполагали жизнь на два города: Ригу и Санкт-Петербург. Но я решил потешить свое самолюбие, и так мы оказались в Москве.

О Москве

Мне лично нравятся платные парковки, каршеринг, сервисы такси в Москве. Лучше я буду платить за то, что без проблем еду и без проблем паркуюсь, чем абсолютно бесплатно полтора часа искать парковочный карман.

В Москве есть все. В любое время и в любом количестве. Но в Москве нет "Юрмалы" — возможности за 20 минут доехать до моря.

В Москве я как-то поменял дверной замок за два часа, без наличных денег и в выходной день. Тут все работает 24 часа в сутки. Или, например, медицина. Я сделал снимок в воскресение в 11 вечера и с утра в понедельник получил снимок с экспертными комментариями на электронную почту. Мой друг в Риге был шокирован: он записывается на прием за две недели и еще неделю ждет заключение врача.

Только в Москве могут пользоваться популярностью кафе типа "Кофемании", чтобы заплатить бешеные деньги за кофе, сидеть с другими посетителями плечо к плечу, слышать все чужие разговоры и все это в 7 утра. В Питере или в Риге клиентов у такого кафе было бы мало.

В Москве и в Санкт-Петербурге великолепные рестораны. Вот серьезно.

В Москве встречать пенсию не очень хочется. В Питере все классно, но там плохой климат! Так что мы с женой решили, что будем жить пенсионерами в Барселоне. 


Александр Цандекиди, 

генеральный директор "Музенидис Трэвел — Россия"

О Москве

Я живу в Москве со студенческих лет. Сначала этот город не был мне родным. Потом я к Москве привык, а еще позже полюбил ее. Теперь, когда я возвращаюсь в Москву из Греции, я рад тому, что еду домой.

Все началось с развала Советского союза. Мы жили в Грузинской ССР, когда я был ребенком и еще учился в школе. А потом вдруг неожиданно вместо СССР мы оказались в Грузии, новой для нас стране. Вообще на Черном море живет много греков, которые остались там и после развала Союза. Но моя семья решила иначе и уехала на историческую родину. А я поехал в Москву, учиться. И первые несколько лет чувствовал себя в столице достаточно дискомфортно.

Я сначала попробовал поступить в МГИМО, но это оказалось непосильной задачей. Нужно было либо набрать очень высокий проходной балл, либо иметь серьезные связи. Я всегда хорошо учился, но получить 100 баллов из 100 возможных не вышло. А семья у меня совершенно обычная. Они могли помочь только с учебой, со знаниями, и все, что могли дать, — дали. Я сдал тогда экзамены на пятерки, но все равно в МГИМО не прошел. А спустя год я поступал уже в вуз, который сейчас называется "Финансовая академия при правительстве Российской Федерации". На этот раз я также сдал все экзамены на "отлично" и начал учебу на факультете международной экономики. Первые три года было достаточно тяжело: основную часть времени я тратил на учебу.

Москва взрослела вместе со мной. Знаете, я помню времена, когда на МКАДе можно было развернуться с крайней левой полосы. Представляете? Взять и поехать в противоположном направлении.

В Москве теперь везде комфортно гулять, она вся стала прогулочная. Я часто встречаю гостей из Греции, деловых партнеров, клиентов. Едешь с ними на машине мимо Патриарших, и они просят: "Останови!" Мы выходим и идем пешком, гуляем часами. Мне часто говорят, что по-другому представляли себе Москву. А я очень люблю район Замоскворечье. Там, особенно в выходной, в первую половину воскресенья, когда все еще на дачах, очень хорошо, безлюдно и тихо.

О работе

После окончания института я прежде всего попробовал себя в банковском деле. Это было интересно: в 90-е годы какие только проекты не запускались, банков было огромное количество, рынок регулировался плохо, каждый год одни компании банкротились, новые создавались. Я даже немного поработал на первой бирже в России, которая называлась Российская товарно-сырьевая биржа. Затем работал в нескольких частных банках. Но огромный опыт я приобрел, когда пришел на высокую менеджерскую должность в строительную компанию.

В Mouzenidis Group я попал случайно. В моей строительной компании все было хорошо и с работой, и с перспективами. А в один прекрасный день мне говорят: пошли в туризм. И я зачем-то пошел. Бизнес Mouzenidis строился и строится в основном на туризме из России в Грецию. А впоследствии добавились и направления въездного туризма. Мне это было интересно, я занялся финансами российского подразделения. Но очень быстро понял, что на практике туристический бизнес совсем не таков, как мои представления о нем. Некоторое время я пытался перестроить работу в компании, и меня даже звали назад, в девелопмент. Но я, что называется, "уперся рогом". Как потом оказалось, правильно сделал.

В начале 2000-х годов мнения относительно дальнейшего развития компании у руководства московского офиса и основателя и владельца Mouzenidis Russia, Бориса Музенидиса, разошлись. Но у меня с ним видение бизнеса как раз совпадало. И Борис вызвал меня на встречу в Салоники. Потом еще на одну встречу и еще на одну. В итоге ситуация разрешилась кардинальным образом. Старый топ-менеджмент Mouzenidis Russia продолжил свой бизнес без греческой головной компании. А я возглавил вновь открытый Борисом Музенидисом офис в Москве, а потом принял руководство филиальной сетью по всей России. Я люблю свою работу. Мне часто приходится ездить в командировки как за рубеж, так и по российским регионам... А вот в Грузии я вновь оказался только четыре года назад, когда компания открывала там новое туристическое направление, и был рад посетить знакомые места. 

О семье и о Греции

Все мои родные живут в Греции. Когда я закончил институт, в Грузии не осталось никого, да и в России не осталось никого, кроме меня. Пару раз мы говорили с моими родными — не хотят ли они ко мне, в Москву? Но родители пожали плечами — опять менять дом? Тяжело. И в Греции климат прекрасный, всегда тепло. Там солнце чуть ли не 300 дней в году. Есть статистические данные — из любой точки Греции можно добраться до моря, кажется, в течение двух часов. Как от такого отказываться?

Мы познакомились с женой еще в институте, но в студенческие годы мало общались, были просто знакомыми. А любовь пришла позже. Теперь у нас двое взрослых сыновей, оба учатся в Высшей школе экономики, один — на юридическом факультете, а другой — на экономическом. Интересно вот что: иногда даже я не акцентирую внимание на своем происхождении, но моя жена, русская, всегда помнит, что у нее дети — греки. И ребята относятся к своей национальности с гордостью. Не так давно они решили учить греческий язык, занимаются с репетитором. Наверное, им помогает генетика: очень легко дается учеба.

Я с пониманием отношусь к инициативе российского правительства о поднятии пенсионного возраста. Думаю, мне еще работать и работать. Когда я встречаюсь с Борисом Музенидисом (основатель и владелец компании Mouzenidis Group — прим. ТАСС), мы смеемся, что состаримся в этой компании. Как будто наше будущее предрешено, и нам от этого очень комфортно. Так что я даже не думаю о пенсии.

Я рад, что работаю в греческой компании, хотя и живу в России. У меня двойное гражданство, я говорю каждый день на двух языках и чувствую себя между двумя родинами.

Мы считаем, что никто не покажет страну лучше, чем ее местные жители. А в Греции это мы, "Музенидис Трэвел".

Флориан Янсен,

CEO и сооснователь Lamoda Group

О продавцах и покупателях

В Россию меня привела работа. До своего приезда сюда я мало что знал о жизни в стране. Когда мы вчетвером [с тремя другими сооснователями компании] думали о том, как и где запустить бизнес, поняли, что именно в России должен "выстрелить" такой проект, как Lamoda.

Несмотря на очень развитую IT-индустрию, восемь лет назад в интернете здесь почти не существовало ретейла, специализирующегося на одежде и обуви. В то же время в Германии и Англии люди к тому моменту давно пользовались подобными сервисами и понимали, как они устроены.

Чего ждать от российского клиента, никто не знал, потому что на том уровне, как в Европе, с ним никто не работал. На первых порах люди не до конца понимали, как пользоваться нашей площадкой. Поэтому мы много внимания уделяли обратной связи с клиентами, навигации на сайте. Спустя восемь лет я могу сказать, что в России потребности у людей те же, что и в остальном мире: удобство сервиса, большой выбор, понимание того, в чем преимущество покупок на вашей площадке.

В России женщины — модницы. Они следят за трендами, оценивают их и постоянно обновляют свой гардероб. В интернет-магазине любят "погулять", могут долго присматриваться, изучать ассортимент. Им нужно вдохновение. С мужчинами все по-другому: они не очень любят шопинг и не очень хорошо разбираются в стиле и моде. Им нужны советы, нужно, чтобы кто-то им сказал, подходит им эта вещь или нет.

О личном

Думаю, я люблю выходить из зоны комфорта, адаптироваться к чему-то новому. Я родом из маленького немецкого города с населением 30 тысяч человек. Уехать из него в мегаполис было непросто. Но в итоге я пожил в Лондоне, Берлине, Сан-Паулу и Кейптауне. Можно сказать, что приехал подготовленным к масштабам Москвы.

В первый же год жизни в этом городе я встретил свою жену. Сейчас нашей дочери пять лет, а сыну скоро исполнится два.

Как раз пару лет назад мы переехали из центра Москвы в Подмосковье. Жить в центре классно, когда вы молоды, ничем не обременены, ищете новых приключений и эмоций — используете все бонусы большого города. Но сейчас наша жизнь стала более размеренной, и мы выбрали подходящий для этого дом. Живем практически в лесу.

Когда у нас родилась дочь, я начал усердно учить ее немецкому, жена — русскому. Так что теперь дочка говорит то на одном языке, то на другом, переключается между ними, даже не замечая этого. За этим очень интересно наблюдать. Сейчас она начала учить английский, потому что ходит в британскую школу. Сын повторяет ее путь: следит за взрослыми и понимает оба языка. Что касается меня, то мне обучение русскому дается, конечно, тяжелее.

Я понимаю и учу язык, потому что управляю компанией с пятью тысячами сотрудников, большинство из которых — русскоязычные. Но мои коллеги знают английский и все время говорят со мной именно на нем. Никто не вынуждает меня к такому челленджу — говорить на русском. Так что разговорной практики у меня немного. Честно говоря, я и сам не особо фокусируюсь на этой задаче, хотя занимаюсь с преподавателем.

Иногда мы ходим в кино. Я обожаю кинотеатр на станции "Охотный Ряд". Он очень крутой, серьезно. Мне кажется, что это лучший кинотеатр в мире.

Летом я посмотрел около десяти игр чемпионата мира по футболу. Летал в Казань, когда Германия играла с Южной Кореей. Наши проиграли тогда, вылетели из чемпионата слишком рано, даже до плей-офф не дошли. Мы расстроились, конечно. Но все равно это было классно — и атмосфера в городах, и то, как все было организовано.

За восемь лет жизни здесь я понял, что в Москве можно найти и получить все, что ты хочешь. Хочешь что-то материальное — это можно купить. Хочешь культурно обогатиться — пожалуйста. Хочешь образование, курсы — здесь есть все, что угодно. Ничего не хочешь, хочешь тишины — выезжаешь из Москвы за город, и вот тебе тишина. Только одной вещи нет в достатке в Москве — солнца. За ним приходится часто ездить в другие страны.

В некотором роде я уже тот, кого называют "локал пипл". Я работаю с русскими, моя семья русская, и мы не живем в вакууме — мы общаемся с соседями, коллегами, друзьями. И я вижу много общего между среднестатистическим русским и среднестатистическим немцем.

У русских нет манеры притворяться, что вы лучшие друзья, если это не так. Зато с близкими людьми они очень эмоциональные и открытые.

О бизнесе

Наша компания еще очень молода. Если представить, что компания — это человек, то пока Lamoda — маленький ребенок. Я хочу ее расширять и развивать.

Я инвестировал во множество стартапов, в том числе и здесь. Многие советуют мне не вкладывать деньги в России, опасаясь за их судьбу, но я не разделяю эту философию. Ведь мы уже однажды создали бизнес в этой стране, а значит, можем еще.

Россия как страна для создания бизнеса имеет не самую лучшую репутацию. В том числе и по политическим причинам. Я, к счастью, далек от политики, но считаю, что инвестклимат в России не так уж плох. Если вы молодая компания, у вас хорошая команда и выигрышный проект, то вы можете заработать здесь деньги.

К примеру, в Лондоне построить стартап невероятно дорого, а в России сейчас есть отличная база для создания компаний, развития технологий и экспорта. И я знаю много примеров, где это работает. Например, в Москве отличные сервисы такси. Так что я продолжу рассматривать инвестиции в российские компании.

Сейчас у нас нет никаких планов уезжать из России. У меня много планов по развитию в этой стране, и у Lamoda Group их тоже много.

В материале использованы фотографии: Фотохроники ТАСС (Алена Селезнева, Валерий Шарифулин, Дмитрий Серебряков, Донат Сорокин, Михаил Почуев, Николай Галкин, Сергей Бобылев), Andrey Rudakov/Bloomberg via Getty Images, Pictures Ltd./Corbis via Getty Images, REUTERS/Ralph Orlowski.

А также пресс-служб FESCO, Lamoda Group, Volkswagen, "АвтоВАЗ", "Музенидис Трэвел"


Над материалом работали

{{role.role}}: {{role.fio}}