Сергей Толстогузов: мы впервые строим энергетику Дальнего Востока по законам бизнеса

- Сергей Николаевич, когда говорят о Дальнем Востоке, всегда больше вспоминают о проблемах. Ваша компания работает только здесь, вы с этими проблемами бьетесь постоянно. Нет ли ощущения, что труд этот сизифов?

- Ни в коем случае. Мы вместе с нашей материнской структурой "РусГидро" видим огромный потенциал этих территорий. Да, развитие экономики Дальнего Востока - это очень большая, долгая, сложная, но в то же время крайне интересная задача. Да, проблем действительно хватает. Огромные расстояния, суровый климат, наводнения, обветшалость общей инфраструктуры, а порой и полное ее отсутствие, малонаселенность. Список можно продолжать. Но так ведь было всегда - и в советское время, когда наши отцы и деды продирались сквозь тайгу и на вечной мерзлоте строили тепло- и гидроэлектростанции. И они понимали, и мы понимаем, что Дальний Восток - это и богатейшие недра, и неосвоенные запасы нефти, газа, угля, золота, других полезных ископаемых.

Что касается нашей отрасли, энергетики - здесь тоже все предельно ясно. Возможностей для развития традиционной энергетики здесь масса. Освоенность гидропотенциала рек - не более 4%. А ведь здесь можно развивать и генерацию, основанную на других возобновляемых источниках энергии. Тут такой плацдарм для работы,  что хватит на десятилетия.

- Но ведь этот потенциал и в советское время не очень-то смогли раскрыть…

- Развитие Дальнего Востока, в том числе в сфере энергетики, никогда не велось в коммерческой парадигме. Всегда превалировали задачи другого порядка - обороноспособность, защита рубежей, жизнеобеспечение поселков и городов. Банально - чтобы люди там без света и тепла не замерзли. Энергообъекты строились зачастую в спешке, едва успевая за развитием индустрии и ростом городов. Кроме того, размещение энергообъектов и применяемые технологии были ориентированы на экономику и промышленность того времени. Большинство предприятий, под которые строились энергообъекты, сегодня либо не существуют, либо работают по другим, более новым технологиям.

Существующая энергосистема создавалась под совершенно другую экономику региона. Кроме того, имеют место характерные особенности, которые вносят значительные искажения в работу энергосистемы. Наиболее эффективные объекты генерации - ГЭС - расположены в Амурской энергосистеме, а основные потребители - в Приморском и Хабаровском крае. В результате этого возникает необходимость транспортировки мощности в размере 3-4 ГВт на несколько тысяч километров. Отсюда - высокие потери в сетях, большой объем резервирования, пережог топлива, следовательно,  высокие удельные расходы. И целый "букет" других проблем, доставшихся нам в наследство.

Сегодня мы вместе с "РусГидро", по сути, впервые в истории страны пытаемся развивать энергетику Дальнего Востока, следуя технологической логике и законам бизнеса. Понятно, что сами по себе привлекательные условия для инвестиций и развития здесь не возникнут. Это будет долгая работа, мы в самом начале пути. Но строить новую энергетику в ДФО нужно именно на принципах возвратности инвестиций, прозрачности и предсказуемости правил игры и долгосрочности тарифного регулирования. Пускай новые проекты и будут иметь более длинный срок окупаемости, чем в европейской части страны. Пускай участия государственного и целевого капитала здесь будет намного больше, чем в более обжитых регионах. Думаю, Дальний Восток - это экономический район, где можно будет отладить многие инструменты долгосрочного инвестирования.

- Раз уж вы смотрите на все с коммерческой точки зрения, то скажите правду - хватит ли у компании денег на решение этих задач?

- Без внешней поддержки раскрыть потенциал Дальнего Востока не получится, это совершенно очевидно. Вообще, Дальний Восток пока что сильно не развит в части базовой инфраструктуры - я говорю и о дорогах, в том числе железных, и об авиации, и об энергетике. В годы СССР здесь была построена своеобразная система, со множеством изолированных энергоузлов, со слабыми сетевыми перетоками. С тех пор это хозяйство к тому же сильно поизносилось. В то же время нельзя сказать, что мы сейчас стартуем с нулевой отметки. База есть. Вопрос - как сделать ее эффективнее.

- И вы знаете ответ на этот вопрос?

- Мы над этим работаем в ежедневном режиме. Прежде всего я говорю об оптимизации процессов на всех объектах генерации - это рутина на самом деле, но она дает хорошие результаты.

 Сейчас рассчитываем на оптимизацию долгового портфеля с помощью головного холдинга "РусГидро". Как вы знаете, готовится сделка между "РусГидро" и банком ВТБ, в рамках которой и предусмотрено привлечение средств на рефинансирование наших кредитов. Это высвободит значительную часть средств, которые сейчас уходят на обслуживание кредитов. Думаю, до 5-6 млрд руб. ежегодно. Это сопоставимо с общим объемом капитальных и текущих ремонтов холдинга.

С другой стороны, серьезно работаем над снижением расходов на топливо, доля которых в себестоимости энергии по нашим тепловым станциям доходит до 70%. В этом нам сильно помогает газификация регионов Дальнего Востока. За счет газа появилась возможность диверсифицировать топливную корзину, особенно в самых "больных" точках.

К примеру, обе ТЭЦ в Петропавловске-Камчатском теперь работают на газе, а не на мазуте. Продолжается газификация Владивостокской ТЭЦ-2. Новые газовые энергоблоки работают на Южно-Сахалинской ТЭЦ-1, ранее газовый блок заработал на Хабаровской ТЭЦ-3. Соответствующие работы проведены и на других станциях в Хабаровске. В этой же логике выстроена и программа строительства ВИЭ-генерации в изолированных районах, куда мы ежегодно вынуждены завозить тысячи тонн дизельного топлива.

- Программа развития ВИЭ предполагает введение порядка 170 новых объектов солнечной и ветровой генерации. Она окупится?

- Безусловно. Это одно из наиболее коммерчески эффективных направлений нашего развития. Тут все очевидно - ставим в пару к дизельной станции солнечную батарею или ветрогенератор и получаем ощутимую экономию топлива. А значит, сокращаем объемы его поставок в данную точку. К примеру, восемь СЭС в Якутии уже сейчас позволяют нам экономить до 61,6 тонн дизельного топлива в год. Вроде бы немного. Но когда программа будет реализована и мы введем 120 МВт ВИЭ-генерации, тогда сможем экономить около 46,47 тыс. тонн дизельного топлива, или 1,29 млрд руб., в год. По-моему, неплохо.

- У "РАО ЭС Востока" не только большой кредитный портфель, но и довольно высокая задолженность потребителей - порядка 23 млрд руб. Этот гордиев узел в принципе можно разрубить?

- Да, потребители недоплачивают повсеместно. Причем в основном долги копятся в секторе ЖКХ и от населения из-за всяких посредников - управляющих компаний, ТСЖ и тому подобное. Мы считаем, что нужно серьезно менять сбытовое законодательство. В перспективе - переходить на предоплату за тепло и свет. Пока же этого нет, мы не только взыскиваем долги через все доступные нам механизмы, но и стараемся переводить потребителей на прямые расчеты с нашими ресурсоснабжающими компаниями.

О четырех тепловых стройках

- Как продвигаются приоритетные проекты компании? Счетная палата РФ недавно заявила о существенном отставании от сроков.

- Эти четыре стройки с самого начала находятся под таким контролем, что мы совершенно спокойны. Детально их рассматривают Сбербанк, Минэнерго, Счетная палата, независимые аудиторы. Система контроля вообще беспрецедентна для России - такого просто никогда не делалось. Мы уже привыкли работать в таких условиях, хотя не могу сказать, что привыкание было легким. С огромным уважением отношусь к проверкам аудиторов, они очень полезны и заставляют нас всегда оставаться в тонусе. В данном же случае мы с "РусГидро" уже объясняли, что цифры, озвученные СП РФ, отражают только принятые согласно бухгалтерским документам работы и оборудование: готовность всех объектов на плановом уровне, особенно если учесть такой технический аспект, как оборудование. В графике идет строительство второй очереди Благовещенской ТЭЦ, в этом году запустим объект. В Якутске мы уже установили на фундаменты газотурбинные установки, так что там тоже все движется по плану. К зиме тепловой контур главного корпуса будет полностью замкнут, и работы по подключению оборудования можно будет проводить даже в самые суровые морозы. Более сложные стройки - в Советской Гавани и на Сахалине. Но там и сроки сдачи - 2016-2017 годы. В отличие Благовещенска там мы строим тепловые станции фактически с нуля, в чистом поле. Отсюда и другие объемы работ.

- Сколько уже направлено на проекты из тех 50 млрд руб.?

- Более 43 млрд руб.

- Сметная стоимость четырех приоритетных проектов на Дальнем Востоке в итоге составила 87,792 млрд руб. Почему так много?

- Изначально было понятно, что стоимость строительства четырех станций превысит объем выделенных бюджетных средств, так как объективно новые стройки - дорогое удовольствие. Но вы должны понимать, что, когда решение о докапитализации "РусГидро" было принято, по этим станциям еще не было проектно-сметной документации. Не были определены земельные участки, не прошли конкурсы по отбору генподрядчиков и производителей оборудования. Другое дело, что без этих 50 млрд невозможно было бы стартовать. Это наиболее серьезная часть всей суммы финансирования. Бюджетные средства идут на закупку основного оборудования и оплату обязательств перед подрядчиками по самым ответственным этапам строительно-монтажных работ.

- Больше всего в итоге подорожал проект Сахалинской ГРЭС-2 - более 34,7 млрд руб. Почему?

- В ходе проектно-изыскательских работ предварительные стоимости проектов несколько скорректировались. Например, по Сахалинской ГРЭС-2 Минэнерго приняло решение использовать в качестве топлива уголь, а не газ. Это наряду с законодательным запретом на использование открытого водозабора и вынужденным применением сухой градирни вызвало существенное удорожание проекта. Но, опять же, удорожание условное - просто мы в процессе разработки всей документации определили реальную стоимость этой ГРЭС.

- Кстати, а что будет с действующей Сахалинской ГРЭС? Назначенный врио губернатора Сахалина Олег Кожемяко выступил против ее закрытия. Удалось погасить этот конфликт?

- Никакого конфликта не было. Губернатор попросил нас сформировать особую стратегию развития инфраструктуры для Поронайского района в соответствии с новыми планами: правительство Сахалина на ближайших к действующей ГРЭС площадках планирует строительство большой теплицы, птице- и свинофермы для круглогодичного обеспечения жителей Поронайска и ближайших населенных пунктов овощами и свежим мясом. Все это потребует значительных энергетических мощностей, в том числе от Сахалинской ГРЭС, расположенной в районе. Жизнь станции можно будет продлить как минимум лет на десять. Хочу отметить, что ГРЭС и сейчас поддерживается в рабочем состоянии, а ее ресурсы еще до конца не исчерпаны.

- Чтобы закончить тему с этими станциями, поговорим об эффектах. Как они повлияют на экономику регионов?

- Только положительно. Во-первых, это 553 МВт электрической и 875,2 Гкал/ч тепловой мощности. Современной и эффективной. Новые мощности по теплу за исключением Сахалина не менее важны для регионов, чем по электричеству. Особенно это важно для Якутска и Благовещенска; в последнем некоторые микрорайоны стоят неподключенными к теплосетям из-за ограниченных возможностей действующей ТЭЦ. А новая ТЭЦ в Советской Гавани наконец-то позволит жителям поселка Майский получать горячую воду круглый год, а не как сейчас, только в осенне-зимний период.

Во-вторых, это новые рабочие места для жителей этих регионов. Уже сейчас на стройках работают более 5,5 тыс.ч человек. А потом там появятся рабочие места для специалистов, которые будут эксплуатировать новые станции. Угольная ГРЭС на Сахалине создаст спрос на местный уголь, что подстегнет и дальнейший рост в этой отрасли.

Наконец, еще один эффект - резервы по электрической мощности. Несмотря на вроде бы небольшой объем вводов, даже эти мегаватты создадут энергетическую базу, необходимую для реализации масштабных инвестиционных проектов. От второй ветки БАМа до развития портовых терминалов, судоремонтного центра и производств по переработке рыбы и морепродуктов. Иными словами, энергетика выступит фактором роста других отраслей и появления новых рабочих мест. Разумеется, это окажет воздействие на налоговые поступления в бюджеты территорий.

О спросе и потенциале

- Новые тепловые станции в основном пойдут на замещение выбывающих мощностей. А что с перспективным спросом?

- Из 4,4 ГВт новой генерации, которую, по нашим оценкам, необходимо построить, более половины - 2,5 ГВт - пойдет на замещение устаревших объектов. Только 1,4 ГВт - на покрытие перспективного спроса. Но мы не исключаем, что мощностей может потребоваться больше.

- За счет чего?

В основном новые мощности потребуются в рамках ОЭС Востока, а также в Якутии, на Колыме и Чукотке. "Роснефть", к примеру, может построить комплекс Восточной нефтехимической компании, это до 200 МВт мощности. Газотранспортная система "Сила Сибири" может предъявить спрос на 600 МВт для своих перекачивающих станций и объектов газохимии. А за счет территорий опережающего развития, которые сейчас создаются на Дальнем Востоке, крупных промышленных проектов будет еще больше.

- Уже есть понимание, какой объем мощности потребуется для обеспечения ТОРов?

- Подтвержденный объем потребления по уже утвержденным проектам ТОР составляет 350 МВт. Но, думаю, потребности будут больше.

- И за счет чего будет покрыт этот потенциальный спрос?

- Есть проекты, прописанные в инвестпрограмме "РАО ЭС Востока". Определенные объемы мы сможем получить дополнительно за счет снятия сетевых ограничений, которые сейчас мешают эффективно использовать генерацию в рамках ОЭС Востока. Наконец, у "РусГидро" есть проекты новых ГЭС - это априори крупные источники генерации.

- А какие проекты из инвестпрограммы "РАО ЭС Востока" вы бы назвали приоритетными?

- Секрета здесь нет. Кроме ТЭЦ "Восточная" во Владивостоке, которую мы сейчас достраиваем, в программе перспективного развития - Артемовская ТЭЦ-2, ПГУ на Владивостокской ТЭЦ-2, ГТУ-ТЭЦ Змеинка и Синяя сопка в Приморье, Билибинская ТЭЦ на Чукотке, вторая очередь Якутской ГРЭС-2 и Хабаровская ТЭЦ-4. По всем этим проектам мы активно ведем проектирование, готовимся к прохождению Главгосэкспертизы, ведем поиск источников финансирования и предлагаем государству механизмы возврата этих вложений в будущем.

Отмечу, что большинство проектов, которые мы реализуем или планируем реализовать, нацелены на повышение надежности энергоснабжения. Скажем, в Хабаровске мы проектируем тепломагистраль ТМ-35. Проект очень локальный, но с его помощью мы сможем закольцевать все три хабаровские ТЭЦ в единую технологическую цепочку. Что, очевидно, повысит возможности для маневрирования. И подобных проектов у наших компаний очень много. Связан такой приоритет с тем, что, как я говорил выше, основной объем вводов нацелен на замещение выбывающих мощностей. От этого нам никуда не деться.

- Каким вы прогнозируете спрос в изолированных энергосистемах Дальнего Востока?

- Как я уже говорил, наибольший рост мы ожидаем в Магаданской области, Якутии и на Чукотке. Идеология развития там другая. Скажем, на Колыме энергосистема уже сейчас избыточна по мощности. А когда "РусГидро" достроит Усть-Среднеканскую ГЭС, профицит вырастет еще сильнее. Раньше мы рассчитывали, что эти мощности потребуются для новых золодобывающих ГОКов и рудников. Но конъюнктура рынка сменилась, и перспективы этих предприятий сдвинулись в более отдаленное будущее. Но мы нашли выход из положения. В партнерстве с японской Kawasaki мы и "РусГидро" ведем работу над проектом строительства водородного завода. Инновационный проект, рынок под него еще не создан - мы можем стать первыми. Наш интерес - загрузка до 510 МВт мощности гидроэлектростанций на Колыме. Для создания такого производства дешевая энергия и чистая вода - главные элементы. Мы готовы все это дать в Магаданской области.

По другим изолированным регионам также будет рост. На Чукотке, к примеру, на 242% - в основном за счет сырьевых проектов.

- А возможно ли этот спрос покрыть за счет интеграции изолированных энергосистем?

- Есть технологические ограничения на передачу энергии по сетям на тысячи километров - их просто бессмысленно строить.

Так что изолированные энергорайоны в ДФО никуда не денутся и будут развиваться по своим правилам.

В то же время частичная интеграция возможна. В той же Якутии, где сейчас три изолированных энергорайона. В "Магаданэнерго" разработан проект энергомоста, способного соединить энергосистему Колымы с изолированным Чаун-Билибинским энергорайоном Чукотки. Там будет дефицит после вывода Билибинской АЭС. Экономический смысл в этом есть, хотя проект не дешевый.

- Сколько в целом нужно денег для реализации программы развития "РАО ЭС Востока"?

- Это будет зависеть от возможностей привлечения средств и обеспечения их возвратности. Исходя из этого будем определять и защищать перед государством и советом директоров "РусГидро" наиболее приоритетные проекты модернизации действующей и строительства новой генерации, тепловых и распределительных сетей. Наверное, какие-то проекты можно будет профинансировать за счет целевых средств, но в целом к проработке финансовых моделей новых строек мы подходим с коммерческих позиций.

Ключевой предпосылкой для реализации проектов становится их экономическая эффективность - пусть и с более долгим сроком окупаемости, чем в европейской части России. Все они должны в процессе эксплуатации формировать объем необходимой валовой выручки, способный окупить расходы на строительство - пусть и в более долгосрочной перспективе. К сожалению, сегодня, в условиях тотального тарифного регулирования на Дальнем Востоке, гарантировать такие стабильные денежные потоки бывает очень сложно. Тарифы здесь сегодня обоснованы не экономически, а социально, и не позволяют говорить о возвратности и доходности инвестиций. В этих условиях новые стройки не начать и инвесторов, особенно из-за рубежа, не привлечь.

Энергоемкость экономики ДФО - 0,43 человека на киловатт, это ниже районов Центра, Урала и Сибири на 22%. А протяженность ЛЭП в перерасчете на численность населения - в 2,4 раза выше. Поэтому макрорегион заведомо оказывается в невыгодном положении. При этом тарифы здесь - на 100% регулируемые, но в них нельзя закладывать доходность. Без решения этой проблемы окупаемость любых проектов на Дальнем Востоке останется сомнительной. Поэтому первое, о чем мы говорим, - надо менять в ДФО систему тарифообразования. И переходить к долгосрочному тарифному регулированию. Иначе энергетику Дальнего Востока придется развивать исключительно на государственные инвестиции.

Яркий пример прямого инвестирования бюджетных средств в нашу отрасль - 50 млрд руб., которые в 2012 году были внесены в капитал нашей материнской компании "РусГидро" на строительство четырех новых тепловых электростанций. Стройки в Якутске, Благовещенске, Советской Гавани и на Сахалине, которые мы совместно ведем, - хороший пример партнерства с государством.

- Власти вас слышат?

- В целом мы находим понимание. Хотя предложение Минэнерго о плавном повышении тарифов с фиксированной индексацией на срок до пяти лет не сильно изменит ситуацию. Нужно фиксировать тарифы лет на 20, это минимум.

Кроме того, некоторые проекты можно было бы строить с помощью долгосрочных договоров на поставку мощности - в ценовых зонах рынка они доказали свою эффективность. И еще хорошее направление - прямые договоры с крупными потребителями по принципу "бери или плати".

- А что с экспортными проектами?

- Тут идеология такая. Во-первых, приоритетными для нас являются нужды внутреннего потребителя. Во-вторых, напрямую ни "РусГидро", ни компании "РАО ЭС Востока" экспортом электроэнергии  сейчас не занимаются. Это бизнес холдинга "Интер РАО". Мы готовы работать в партнерстве. Сейчас на экспорт идут излишки, не востребованные внутренним рынком. Но потенциал огромен, до 6 млрд кВт∙ч ежегодно. По нашим прогнозам, до 2020 года электропотребление в ОЭС Востока может возрасти с текущих 32 до 38 млрд кВт∙ч в год. С учетом того, что часть мощности нам нужно обязательно резервировать, максимальный объем экспорта к 2018 году из этой энергосистемы может составить всего 4,9 млрд кВт∙ч. Иными словами, в будущем наращивать экспорт, по крайней мере из ОЭС Востока, нам будет мешать недостаток генерирующих мощностей. Нужно будет серьезно вкладываться в модернизацию действующих мощностей, в сети, в конце концов, нужно будет строить специальные экспортно ориентированные станции.

- Таких рисков, очевидно, лишен проект энергомоста с Сахалина в Японию?

- Да, это чисто экспортный проект, полностью завязанный на энергосистему Сахалина. На первом этапе мы могли бы поставлять по подводному кабелю до 500 МВт ежегодно. Это, конечно, небольшие объемы, но их можно было бы полностью вырабатывать на острове - конечно, при условии полной достройки второй и третьей очередей новой Сахалинской ГРЭС-2. Но для роста поставок до 2-4 ГВт ежегодно надо будет не только строить на острове крупную станцию, работающую только на экспорт, но и связывать изолированную энергосистему Сахалина с материковой.

- "РАО ЭС Востока" активно работает над созданием партнерств с иностранными компаниями, в частности азиатскими. Чего вы хотите достигнуть?

- Прежде всего нам интересно партнерство технологическое. Компании из АТР обладают множеством компетенций и производят широкий спектр энергооборудования. Конечно, сотрудничество с российскими производителями для нас как для российской госкомпании всегда будет приоритетом. Но в целом в этом плане мы открыты миру. Особенно технологическое партнерство касается проектов ВИЭ-генерации: к сожалению, большинство оборудования в этой сфере в России пока не производится.

Кроме того, нам интересно и привлечение азиатского, да и не только, финансирования. Так, ТЭЦ "Восточная" во Владивостоке строится на кредиты Европейского банка реконструкции и развития и Европейского инвестиционного банка. Это уникальная сделка, признанная лучшей в энергетическом секторе Центральной и Восточной Европы. Схемы сотрудничества могут быть очень разными, но основной подход - экономическая эффективность.

- Чего вы ждете от ВЭФ?

- Президент России заявил, что развитие Дальнего Востока - это национальный проект на весь XXI век. Без энергетики этот национальный проект не реализовать. Мы готовы ответить на все вызовы, которые встают перед нашей отраслью. И рассчитываем, что форум поможет нам лучше справиться с этой задачей.