Все новости
Глубокие воды Атлантики.
Глубокие воды Атлантики.
Глубокие воды Атлантики.
Глубокие воды Атлантики.
Глубокие воды Атлантики.

Глубокие воды Атлантики. Как русский подводник спас американцев от ядерной катастрофы

Атомная подводная лодка К-219
© Public domain via Wikimedia Commons
35 лет назад, 3 октября 1986 года, на советской атомной подлодке К-219, несшей службу в Атлантическом океане у восточного побережья США, из-за взрыва в ракетной шахте и последующих процессов вышла из строя система охлаждения ядерного реактора. 20-летний матрос-реакторщик Сергей Преминин предотвратил расплавление активной зоны реактора, вручную опустив компенсирующие решетки. Выбраться из отсека ему не удалось. Он спас от ядерной катастрофы 115 членов экипажа и миллионы американцев

В июле 1987 года за мужество и отвагу Сергей Преминин был награжден орденом Красной Звезды (посмертно). В 1997 году его удостоили звания Героя России. О подвиге Преминина снят французско-германско-британско-американский фильм "Враждебные воды".

ТАСС поговорил с теми, кто знал Сергея. Из родных у него остались 80-летняя мама Валентина Егоровна и старший брат Николай. Настаивать на беседе с родными мы не стали, понимая, что они не в силах снова вспоминать трагические события тех лет. 

"Всегда у них чистота и порядок"

Детство Сергея прошло в деревне Скорняково Великоустюгского района Вологодской области. Односельчанка Татьяна Владимирова хорошо помнит простого деревенского мальчишку.

"У меня чисто детские воспоминания, Сергей на пять лет старше был. Все деревенские, у нас была одна компания, летом катались на велосипедах, ребята возили девчонок на багажниках, строили шалаши, купались, а зимой все вместе заливали каток, горки. Часто ходили из деревни в школу в Красавино, это за два-три километра, автобусы ведь в те времена не ездили. Помню, как-то весной Сергей учил нас, девчонок, грести на лодке — у нас все заливает весной. Жили сообща и никогда ничего не делили. Помню, старшие устраивали за деревней "иллюминацию" — жгли костры, а нас, мелких, брали с собой, картошку пекли и этой картошкой нас кормили", — рассказала Татьяна, ныне учительница школы в Красавино.

Чуть больше воспоминаний осталось у одноклассницы Николая Валентины Долгодворовой, которая жила по соседству с Преминиными. "Сергей бойкий был, бегал тут вместе с братьями, и корову доили, и по хозяйству все успевали. Так паренек крепкий был, деревенский, все выдержит. Русоватый, беловатый мальчишка. Всего трое братьев было — старший Николай, средний Сергей и младший Саша. Так-то все трудолюбивые были. Тетя Валя [мама] их заставляла работать, они и корову держали, и сено косили, чего попросят по соседству — все сделают. Много работы было, так, наверное, некогда было лишка учиться, как успевали, так и учились. Отец Анатолий Ефимович электриком в совхозе работал, мать — на льнокомбинате в Красавино сменами. У нее все было распределено — один сын посуду моет, второй корову доит, третий сено нагребает. Братья сами себе и пуговицы пришивали, и всегда у них чистота и порядок", — говорит Валентина.

Односельчане чтут память Сергея и очень благодарны ему: говорят, после присвоения ему звания Героя России в Скорняково появились блага цивилизации. "Благодаря ему у нас дорога заасфальтирована в деревню и газ проведен к каждому дому, в 2000-х годах сделали. Это все появилось после того, как его наградили посмертно в 1997 году", — рассказала Долгодворова.

К 45-летию со дня рождения матроса в деревне высадили березовую аллею, потом посадили дубы и сосны, сейчас там очень красиво, говорит Валентина. Местные жители следят за порядком, летом косят траву. На день ВМФ односельчане ездят к памятнику Сергея и рубке подлодки, установленным в Красавино.

Из "маленького мужичка" в матроса-реакторщика

Помнит Сергея его первая учительница Надежда Ивачева, ныне директор красавинской школы №15.

"Учился он у меня в начальной школе. Жил за два километра, каждый день проходил эти два километра пешком. Это большой путь для ребенка. Мне кажется, здесь уже и воспитывались у него такие черты, как выносливость, упорство. Маленький мальчик был, трудолюбивый, доброжелательный, не драчун, любил мастерить. Был у нас праздник букваря, у каждого была своя буква, дети называли на нее профессии. Сереже досталась буква "я". "Я хочу быть смелым", — сказал он тогда. Учился он посредственно, отличником не был, не выскочка, не зазнайка, застенчивый. Но это не главное в начальной школе, главное — какие закладываются человеческие качества. Жаль очень, что он не успел создать семью. Мне кажется, он был бы добрым отцом, примером своим детям. Некоторые наши школьники сейчас с восхищением смотрят на его пример", — рассказала директор.

В те годы ей хотелось, чтобы ее класс был самым лучшим. "Молодая была, неопытная, мне хотелось всей душой и сердцем, чтобы они у меня были самые-самые лучшие. Я была строгая учительница, требовала, переживала за каждую оценку, если они не справились или что-то не сделали. Если мы собирали макулатуру, участвовали в соревнованиях, то всегда были первыми. Не говорю, что все ребята по жизни пошли лучшими, но им закладывалось такое", — говорит педагог.

Помнит она Сергея улыбчивым мальчиком невысокого роста. "Маленький мужичок крепкий. Когда Сергей уже учился в речном училище, в СПТУ №3 в Великом Устюге, связи уже были потеряны. Возможно, поэтому он был призван потом на флот [после речного училища], а может, и по другой причине — отбор по росту, по здоровью. Старший брат служил в армии ведь на этой же лодке. Через два года Сергей пришел преемником на место своего брата. Оба брата невысокие, коренастые, крепкие, только Николай больше похож на отца, а Сережа — на маму. Я хорошо знала эту семью, бывала у них. Обычная деревенская семья, работящая", — рассказала учитель.

Флот, особенно подводный, — и тогда был в ряду самых престижных войск страны, и наверняка Сергея направили на эту службу неспроста: сыграли роль и хорошее здоровье, и выносливость, и привычка к труду, и то, каким надежным показал себя на службе старший брат Николай. Тот самый трагический поход был первым боевым дальним походом Сергея — его прикомандировали к К-219 примерно за месяц до выхода лодки в рейс.

"Я справлюсь"

"Преминин пошел в реакторный отсек не потому, что он молодой и выносливый, а потому что обслуживание реактора — это его заведование, — говорит Игорь Британов, в 1986 году капитан 2-го ранга, командир АПЛ К-219. — Сначала с ним был старший лейтенант Беликов, командир группы, которая отвечала за реакторы, а когда Беликов после выхода упал в обморок, пошел один Преминин".

На лодке два реактора, один был заглушен в автоматическом режиме, а потом пропало электропитание, и второй реактор до конца заглушен не был. "Его пришлось глушить вручную, опускать компенсирующие решетки, — рассказывает Британов. — Преминин опускал эти компенсирующие решетки в реакторной. А когда опустил, из-за пожара в соседних отсеках лопнул трубопровод, и в седьмом отсеке поднялось давление. Никто не смог открыть переборочную дверь, и Преминин остался там. Он сделал все, и так уж получилось, что ценой своей жизни заглушил ядерный реактор".  

Капитан 3-го ранга, старший оперуполномоченный особого отдела АПЛ К-219 Валерий Пшеничный после взрыва и пожара оказался в кормовых отсеках, и командир подлодки Игорь Британов поручил ему взять командование на себя.

"Сергей — обыкновенный советский парнишка. Я сам в этот экипаж приехал за семь суток до выхода, другую лодку отправлял. А Преминина прикомандировали со второго экипажа в этот экипаж Британова. Мы пошли не на своей лодке. Она свое отходила, были неисправности, но все равно отправилась в океан на выполнение боевой задачи по охране государственных границ. Произошел взрыв ракеты, последовали необратимые процессы, необходимо было заглушить атомный реактор, а специалисты этого отсека — это три человека: командир Беликов, матрос Преминин и мичман Сергеев, который ранее пострадал от взрыва", — рассказывает Пшеничный.

В отрезанных кормовых отсеках находилось 59 человек. Нужно было не допустить расплавления активной зоны реактора. События в подлодке происходили спустя пять месяцев после аварии на Чернобыльской АЭС, командир и экипаж понимали, что нужно выполнить все инструкции. Первый раз в седьмой отсек пошли Беликов и Преминин вдвоем. Температура в отсеке уже превышала 70 градусов. Они опустили одну решетку, вышли в восьмой отсек отдышаться, и Беликов потерял сознание. Спасательные средства к тому времени были практически израсходованы.

"Британову я доложил в центральный, что остался только Преминин. С Сережей мы переговорили, я спросил его: "Ты сможешь один туда пойти?" Потому что послать даже в сопровождение было некого — только эти трое знали отсек до автоматизма. Преминин сказал: "Я справлюсь. Я все знаю". Мы договорились, что он все сделает и выйдет обратно к нам в восьмой отсек. Но произошла утечка воздуха высокого давления, и люк загерметизировался", — рассказал Пшеничный.

При попытке открыть люк "даже домкраты не выдерживали", вспоминает Пшеничный. "Сережа больше на связь не вышел. Мы посчитали, что он погиб. Видимо, снял маску и задохнулся. В кормовых отсеках было 59 человек, четверо из них погибли, трое — сразу в результате взрыва ракеты", — рассказал Пшеничный.

Потом на лодке пошли необратимые процессы. Командир принял решение выводить экипаж. Сначала с кормы отправили 11 пострадавших от взрыва тяжелых больных, затем оставшийся экипаж был эвакуирован на теплоход "Красногвардейск". Последним покинул лодку командир Британов.

Атомная подводная лодка К-219 Public domain via Wikimedia Commons
Описание
Атомная подводная лодка К-219
© Public domain via Wikimedia Commons

"С родителями Сергея Преминина я потом встретился, все рассказал. Ближе всех знал этого матроса Николай Беликов, его уже нет в живых. Сергей получил звезду Героя. Коля Беликов так и остался без почестей и наград. Дальнейшую судьбу экипажа вы знаете, под следствием были, потом экипаж расформировали, кого на пенсию отправили, кого в запас. Спустя много лет мы пытаемся добиться, чтобы экипаж наградили, восстановили справедливость", — переживает Пшеничный.

Самым большим достижением в этой аварии он считает сохранение жизни экипажу. "Железо можно построить за пять лет, а экипаж так быстро не подготовить. Авария случилась не по вине экипажа, а потому что сроки лодок уже вышли, они свое отработали, отжили. Но мы все равно выполняли боевую задачу, экипажи шли на самопожертвование. Я тогда за три года прошел 17 месяцев под водой, это была шестая боевая служба с аварией. Напряженка была в тот период очень большая, противостояние с Америкой очень большое, поэтому лодки ходили на износ", — уверен капитан 2-го ранга в отставке Валерий Пшеничный.

"Преминин предотвратил тепловой ядерный взрыв, который мог погубить не только экипаж подлодки. От него могло пострадать все восточное побережье Америки", — сказал председатель Клуба моряков-подводников ВМФ, в 1983–1986 годах капитан 2-го ранга, старший помощник командира АПЛ К-219 Игорь Курдин. В последний трагический поход он не пошел, потому что находился на учебе в Санкт-Петербурге.

Все выжившие члены экипажа подлодки К-219, проживающие в Санкт-Петербурге, 3 октября по сложившейся традиции соберутся в Николо-Богоявленском морском соборе.

Наталия Казаковцева​ при участии Юлии Андреевой

Редакция сайта tass.ru выражает признательность за консультационную и организационную поддержку советскому и российскому подводнику, капитану 1-го ранга ВМФ СССР и ВМФ России, действующему председателю Санкт-Петербургского клуба моряков-подводников ВМФ Игорю Курдину.