Водитель Брежнева Тупицын: Леонид Ильич действительно иногда сам садился за руль

Владимир Тупицын
— На охоту на этой же машине ездили, или все-таки на другой?
— Иногда ездили на ЗИЛе, но чаще все-таки на иномарке, на темно-голубом Lincoln Continental, который Брежневу в 1973 году подарил Ричард Никсон. Леонид Ильич иногда сам садился за руль, а я находился рядом. Иногда и Рябенко с нами выезжал.
— По воспоминаниям ветеранов ГОНа, Брежнев любил лично сесть за руль ЗИЛ-117. Так ли это?
— Нет, на ЗИЛы он не садился, он любил Lincoln и, например, Cadillac. Еще у нас Rolls-Royce был, помню, как его пригнали в мою смену, в воскресенье. Мне по прикрепленному телефону позвонил Медведев и распорядился: "Володь, готовь Rolls-Royce, скоро поедем". Я подогнал машину, спрашиваю: "Леонид Ильич, вы за руль сами сядете?" — "Нет, давай сам". Так мы доехали до Можайска. Естественно, охрана была, милиция передавала информацию по рации, где-то перекрывали движение. Но я хочу сказать, что при Леониде Ильиче не было такого, чтобы все движение останавливали. Расчищали дорогу лишь локально, местами. Когда Брежнев умер, Rolls-Royce, по-моему, в ЦК отдали.
— Писательница Лариса Васильева в своей книге "Кремлевские жены" вспоминала о том, как однажды ее с мужем на "мерседесе" по Ленинградскому проспекту от Химок к центру обогнал сидевший за рулем Брежнев.
— Это могло быть. Периодически он, действительно, сам садился за руль и ехал, например, до Завидово, на охоту. Сотрудники 10-го ГАИ шли впереди, за ними пятый отдел, и немножко прижимали поток к обочине. Да, это действительно может быть правдой — мы же не знали, кого обгоняли.
"Дары природы"
— Когда вы привозили своего подопечного на охоту, сами в ней участие принимали?
— Нет, никогда. Когда мы ездили охотиться на уток на Московское море (Иваньковское водохранилище — прим. ТАСС), брали в "лидеры" короткий ЗИЛ, и длинный ЗИЛ в "хвост". Привозили Брежнева на море, там он пересаживался на катер и уплывал со старшим егерем Василием Петровичем Щербаковым. А мы ждали Леонида Ильича на берегу. Они постреляют, уток привезут, и мы собирались обратно.
А на вышки Леонид Ильич ездил на полноприводной "Волге" ГАЗ-24-95, на высоком седане с большим клиренсом и раздаткой, который сейчас стоит в Музее ГОНа на ВДНХ. А охрана Брежнева ездила на ГАЗ-469. А после утиной охоты ребята загружали трофеи в "хвост" и мы уезжали.
— А когда на лосей и кабанов охотились, вы тоже Брежнева ждали? Это же долго было…
— Да, порядок был такой. Мы же готовились, других вариантов не было.
— В Завидово после охоты свежевали кабанов или лосей, и разделывали каждую тушу на четыре части. Затем, согласно специальному списку фельды развозили подарки по домам. Вам что-то перепадало после охоты шефа?
— Возвращаясь с охоты, Леонид Ильич интересовался у Рябенко: "Сколько мы сегодня подстрелили?" Тот отвечал, например, так: "Пять кабанов и двух лосей". Брежнев говорил: "Двух кабанов и лося ребятам отдайте", имея в виду 15 человек охраны и троих водителей. Остальное — Громыко, еще кому-то… Рябенко сразу все записывал — кому что, кому срез с задней, кому с передней части, кому ребра. С утиной охоты ребятам перепадало по 3-5 уток. В Завидово все замораживали, упаковывали и на свертках писали фамилии.
Помню, какую вкуснейшую кабанятину нам бесплатно готовили на спецкухне в Завидово. Ее жарили, тушили, было очень вкусно. Называли все это — "дары природы".
Про семью и любовь к детям
— Леонид Ильич не раз отдыхал в Крыму с женой, дочерью и правнучкой Галочкой. Он ее очень любил, обожал с ней возиться. А еще в нашей машине всегда лежали шоколадки для детей. Когда мы приезжали на охоту, особенно на утиную, Брежнев всегда угощал шоколадками детей егерей. Они бегают там, играют, Леонид Ильич подзовет их, подойдут двое-трое, и он каждому вручит по шоколадке.
— А было такое, что он в машине делился с вами фронтовыми воспоминаниями?
— Нет, ни разу. О войне говорить Брежнев не любил. Иногда разве что молодость вспоминал, как "парубковали" (вели свободный холостяцкий образ жизни, развлекались с друзьями и ухаживали за девушками — прим. автора) ночью с другими парнями, парубками, под утро домой приходили.
— А с членами семьи Брежнева, с Викторией Петровной вам доводилось общаться?
— Да, немного. Когда мы приезжали в Крым, продовольственная база в Ливадии всегда организовывала выставку-продажу продуктов. Там были представлены какие-то местные колбасы, консервы. Я возил туда Викторию Петровну на "мерседесе". Иногда с нами ездила Галина, внучку Брежнева Витусю порой тоже брали с собой. Женщины смотрели и заказывали там продукты. Я сам их не сопровождал, поэтому не знаю, как там все было устроено. Наверное, что-то на пробу давали.
— Они с вами здоровались и какое-то общение все-таки поддерживали, пока вы ехали? Или исключительно между собой общались?
— У супруги Брежнева, во-первых, была своя машина. Единственное, где я пересекался с Викторией Петровной, это вот в Крыму. Больше нигде. У нее свои два водителя были, она передвигалась на "Волге". Галина с дочкой Витусей часто ездили на семейной машине, которую специально для семьи выделяла вторая колонна.
— А в Крыму вы где останавливались?
— В двухэтажном домике для охраны, рядом гараж. Мы на первом этаже жили, охрана — на втором. Виктории Петровне присылали из Ростова огурцы, помидоры, она их солила и частенько делилась с нами. Такие вкусные помидоры были!
— Семья всегда вместе с Брежневым на даче жила?
— Да.
— И зять Брежнева Юрий Чурбанов тоже?
— Чурбанов жил с Галиной в Жуковке. Ну, иногда и они приезжали. На Новый год, бывало. В гости к Брежневым приезжали члены Политбюро: Громыко, Андропов… 70-летие Леонида Ильича отмечали в Кремле. Кстати, довольно скромно.
— В Заречье не приезжали?
— Нет, нет. Но юбилей все-таки — поэтому подарки привозили, присылали…
Когда внучка Брежнева во второй раз вышла замуж за Геннадия Варакуту, Леонид Ильич как-то сказал в дороге (я тогда был за рулем, а Медведев рядом сидел): "Надо Гене дать "Чайку". Он как раз поступил в МГИМО, не без помощи Деда (так называло Брежнева за глаза ближайшее окружение — прим. автора), конечно. Ну, хорошо. Гена ее взял, но справиться с "Чайкой" непросто — машина тяжелая, у нее угол поворота своеобразный, и коробка передач непростая, а тут еще зима, снег, сугробы. Москва тогда чистилась не очень. Гена подъезжает в МГИМО на Вернадского, паркуется, буксует, студенты ему помогают, толкают... В итоге он попросил вместо "Чайки" "Волгу-3201". Не помню уже у кого, у Витуси или у Леонида Ильича. "Чайку" у него в итоге забрали, передали бордовую "Волгу".
О религии
— А как Брежнев к религии относился? Он верующий был?
— Я думаю, никак. Ему что Пасха, что Рождество, в храм он никогда не ходил. Думаю, Дед до конца жизни оставался коммунистом — убежденно верящим в светлое будущее.
— Но он же родился еще до революции…
— Я от него никогда ничего связанного с религией не слышал.
Про внимательность и чуткость
— Как рассказывал мне Олег Сторонов, завхоз Брежнева, занимавшийся квартирными вопросами, питанием и отдыхом, генсек всегда помнил, когда у кого день рождения. Девчатам с кухни, например, дарил платочки, букет обязательно, коробку конфет, иногда духи. Мужчинам дарил часы.
— Совершенно верно. Мне Брежнев на день рождения подарил часы "Полет" со своей подписью в нижней части циферблата. Это было в Крыму, поскольку у меня день рождения 7 июля. Мы ехали на море, поднялись наверх по серпантину. Леонид Ильич вышел из машины, улыбается, говорит: "Поздравляю тебя с днем рождения!" Что-то пожелал приятное и с улыбкой вручил мне часы. Я потом долго их носил.
— Кстати, вместе с генсеком во время отпуска дневал и ночевал его личный фотограф Владимир Мусаэльян, который на протяжении 14 лет осуществлял лично-семейные съемки Брежнева.
— Леонид Ильич любил Мусаэльяна, ведь тот его постоянно фотографировал в Крыму, когда к нему по очереди приезжали иностранные делегации стран соцлагеря во главе с Гусаком, Живковым, Хонеккером. Эти лидеры соцстран по 12 дней в Крыму отдыхали, периодически приезжали на дачу к Брежневу, а Мусаэльян эти встречи фиксировал для истории.
Помню, что мы часто ездили к чехам, к Гусаку. Он нам в качестве презента привозил пиво. Гусак оставался для Брежнева самым близким и верным товарищем из всех глав государств Восточной Европы.
Про любимчиков
— А как Леонид Ильич к охране относился — ровно, или у него были любимчики?
— Он очень хорошо ко всем относился, но любимчики у него были. Был у нас такой Валера Жуков — человек от природы недюжинной силы. Вроде посмотришь — обычный такой, но у него руки почти что до колен. Длинные, здоровые, с вот такими кулачищами. И вот Леонид Ильич все время: Валера, Валера…
Жуков был начальником смены выездной охраны, в смене их было пять человек. Был такой случай: Валера в лесу разбил машину, которую приготовили на охоту. Выехал за территорию и с обрыва упал на этой машине, причем так, что чудом не разбился, не упал в море. Дуб рос из скалы, и это Валеру спасло. И все же — машина на списание, Валеру уволили. Леонид Ильич через какое-то время спрашивает: где Жуков-то? А ему говорят, что Валера в отпуске, домой по семейным обстоятельствам уехал. Брежнев говорит: "Ничего, потом отдохнет, пусть приезжает". И восстановили Жукова. Леонид Ильич с большой симпатией и юмором к Валере относился.
Помню, привожу как-то Брежнева на море, а дождь льет стеной! Валера выходит нам навстречу в плавках с зонтом. Говорит: "Леонид Ильич, я вас встречаю!" Брежнев смеется: "Ну, Валера даёт!" Никто себе не мог позволить такой шалости — встречать генерального секретаря в плавках. А Валера мог.
А еще у Леонида Ильича был парикмахер Толик Садофьев. Как-то Брежнев летал в Киев открывать монумент Родины-матери в мемориальном комплексе "Музей истории Великой Отечественной войны". Мне об этом ребята рассказывали. И вот когда летели обратно, Валера Жуков, проходя по проходу мимо изрядно поддавшего Толика (в самолете же наливают!), полушутя ткнул своим кулачищем ему подзатыльник. Вроде пошутил-пожурил, а Толик ударился головой об откидной столик и сломал себе переносицу. Самолет уже идет на посадку. Прикрепленные переполошились: "Ты что делаешь? Кто Деда будет причесывать? Он сейчас после сна — его же надо причесать…" Доктор Косарев тут же раздобыл лед, чтобы остановить кровь, и медицинскую маску. Толик к Деду пришел, тот смеется: "Ты чего нарядился-то?" — "Да вот, ребята неудачно пошутили…".
Пора в путь-дорогу
— В основном ваши маршруты с Брежневым были на охоту в охотхозяйство Завидово, в аэропорт Внуково-2, из аэропорта в Заречье и из Заречья в Кремль, из Первого корпуса Московского Кремля, где находится его рабочий кабинет на дачу в Заречье?
— Да.
— Но Брежнев, я знаю, и по республикам много ездил…
— По Советскому Союзу мы все время передвигались. У нас был вагон-гараж — несколько вагонов, в которые мы загружали машины. Во Владивосток на встречу с Фордом выехала чуть ли не половина гаража, потому что делегация была большая. Мы и Форду готовили машины. Когда приезжали американцы, они привозили свои автомобили, но мы всегда готовили кортежи для гостей. Порой они ходили пустые, но мы все равно готовились. Загружали машины в железные вагоны, накрывали их и отправляли этим товарняком. Это сейчас машины летают самолетами, а тогда поездами, вагон-гаражом, автомобили возили по Советскому Союзу. Так, мы зимой в Сочи, на бальнеологический курорт Мацесту, например, с Брежневым ездили на 20 дней в командировку. Машину грузили в вагон-гараж и отправляли поездом, в вагон входило как раз три машины: ЗИЛ короткий, длинный и "Волга". Сам Леонид Ильич и самолетом летал, и поездом любил ездить.
Перед Симферополем, не доезжая 30 километров, Брежнева встречали на станции Пролетная, и оттуда мы его уже везли на первую дачу в Ливадии. Там в бывшей летней резиденции царской семьи Романовых находится санаторий Минздрава, а рядом — дача Брежнева. За неделю до того, как Брежнев отправлялся в Крым на отдых, в один-два вагона загружали ЗИЛы, "Волги", иномарки: два новых "мерседеса", и два старых, с двойными бамперами и 14-м кузовом, и отправляли на юг.
Первую часть интервью читайте здесь.




