Все новости

Глава проектного офиса: цифровая экономика должна развиваться с учетом интересов россиян

Владимир Месропян Донат Сорокин/ТАСС
Описание
Владимир Месропян
© Донат Сорокин/ТАСС

Работа по развитию цифровой экономики в России вышла на новый уровень после придания ей национального стратегического статуса. Руководитель проектного офиса по реализации программы "Цифровая экономика РФ" Аналитического центра при правительстве Владимир Месропян рассказал в интервью ТАСС о том, как идет работа по развитию "сквозных" цифровых технологий в России и цифровой трансформации госкомпаний. Он также объяснил, какие вопросы в регулировании оборота данных решить сложнее всего.

— Как идет работа по рекомендациям для госкомпаний по цифровой трансформации? Как идет работа над этим документом?

— Работа над разработкой рекомендаций по цифровой трансформации продолжается, Минкомсвязь совместно с Минэкономразвития проводят "пилоты" в госкорпорациях и компаниях с государственным участием, по итогам которых будут отработаны методические рекомендации.

Документ в первую очередь определит роль, место в компании и полномочия CDO — Chief Digital Officer — руководителя по цифровой трансформации, а также направления деятельности и принципы, необходимые для повышения эффективности управления компанией, модернизации ее бизнес-процессов, в том числе на основе данных.

— Одним из ключевых элементов, вокруг которых строятся мероприятия нацпроекта "Цифровая экономика", являются "сквозные" цифровые технологии. К середине года должны появиться дорожные карты по их развитию. Какие основные параметры будут в них содержаться?

— Если мы говорим про федеральный проект "Цифровые технологии", то дорожные карты — это действительно его якорный элемент. В целом федеральный проект представляет собой набор инструментов поддержки проектов, разработки и внедрения технологий для разных участников рынка — для малых стартапов, для средних технологических компаний и для крупных компаний, внедряющих цифровые решения. Инструменты, обозначенные в федеральном проекте, мы начинаем запускать уже в этом году.

Дорожные карты — это система целеполагания проекта. Именно в них будет написано, кого мы поддерживаем, для чего мы это делаем и какие цели мы перед собой ставим. Разработка дорожных карт, как вы правильно заметили, должна завершиться к июню этого года. Сейчас мы находимся на стадии, когда формируется конкурс по отбору операторов разработки дорожных карт.

— Сколько будет этих карт?

— У нас девять технологических "сквозных" технологий: "большие данные", нейротехнологии и искусственный интеллект, система распределенного реестра (или блокчейн), квантовые технологии, новые производственные технологии, "промышленный интернет", робототехника и сенсорика, технологии беспроводной связи, в том числе 5G. И последнее — это технологии виртуальной и дополненной реальности. И мы хотим увидеть дорожные карты с приоритетами по каждой отрасли.

Оператор каждой дорожной карты — это небольшой центр компетенций, который хорошо понимает отрасль или конкретную технологическую область. Он должен провести грамотно методическую работу по анализу рынка, своду интересов всех игроков — малых компаний, средних компаний, крупного бизнеса, интересов государства и общества. Сейчас как раз мы ожидаем определение этих операторов, которые и займутся разработкой дорожных карт.

— Уже есть примерный список тех, кто может стать операторами?

— На каждую из дорожных карт сейчас уже предусмотрены средства, которые получит оператор, — около 10–11 млн рублей на их разработку. Это не история про серьезную коммерческую консалтинговую работу. Это, скорее, история про то, чтобы кто-то, действительно обладая компетенциями, занялся этой важной и полезной работой для рынка, для отрасли, в целом для страны. В этом смысле я даже не готов давать оценки, кто потенциально может или должен будет взять это на себя. Потому что звучат самые разные сейчас мнения от крупных компаний до небольших отраслевых институтов.

Возьмем, например, Институт системного анализа Российской академии наук. Если мы говорим про искусственный интеллект — безусловно, там большие заделы, большие компетенции. Кто конкретно займется разработкой дорожных карт, условно, по искусственному интеллекту — это открытый вопрос. Для этого существуют конкурсные процедуры, которые должен провести Росатом (является одним из центров компетенций федерального проекта "Цифровые технологии" — прим. ТАСС). На это существует бюджет программы. Решать эти вопросы придется не консалтинговым компаниям из "большой тройки", а центрам компетенций по той или иной технологической отрасли.

— Кого, по-вашему, следует отбирать в качестве операторов?

— Деятельность оператора — это работа вовсе не по лоббированию своих интересов, не по продвижению их в систему национальных приоритетов. Поэтому мы, как проектный офис, хотели бы видеть игроков, которые не связаны с конкретными рыночными проектами. С моей точки зрения, лучше, если бы это были ведущие исследовательские центры или вузы.

Тем не менее мы видим большой интерес со стороны рынка уже сейчас — как от государственных компаний, так и от частных. Это, естественно, технологические компании, которые вошли в учредители АНО "Цифровая экономика". Они уже сейчас выражают готовность предоставить свою аналитику, исследования, проекты в рамках разработки дорожных карт, для того чтобы так или иначе их приоритеты и интересы, хотя бы в части рыночного спроса на потенциальные решения, были учтены при разработке.

Несмотря на это, все будет зависеть от конкурсных критериев, от конкретных решений конкурсных комиссий, которые будут отбирать операторов.

— Когда может быть проведен конкурс?

— В конце января на президиуме правительственной комиссии были одобрены требования к дорожным картам и требования к операторам. После небольшой доработки эти требования должны войти в конкурсную документацию. По моим данным, до конца февраля — начала марта должен быть объявлен сам конкурс. Мы будем тщательно следить за тем, чтобы требования, которые были одобрены на президиуме правительственной комиссии, были все учтены в конкурсной документации.

— Когда будут объявлены результаты конкурса?

— Результаты конкурса по отбору операторов разработки дорожных карт планируются в конце марта — начале апреля. Тогда мы должны уже выйти на конкретную работу — определить операторов и приступить к разработке дорожных карт.

В целом мы ожидаем, что у нас останется минимум три месяца непосредственно на работу над дорожной картой, и в конце июня мы представим первый драфт как минимум на рассмотрение президиума правительственной комиссии. Дальше, я думаю, дорожные карты будут утверждаться решением непосредственно правительственной комиссии по цифровому развитию у премьер-министра РФ Дмитрия Анатольевича Медведева.

— В рамках нацпроекта "Цифровая экономика" одной из тем на повестке дня является "интернет вещей". Как планируется использовать данные с датчиков в целях государства? Будут ли собираться в одном месте данные со счетчиков ЖКХ?

— Безусловно, тема "интернета вещей" и в целом вопрос использования оборота данных из различных источников, в том числе с датчиков в ЖКХ, дорожно-транспортной инфраструктуре, промышленности, энергетике, — огромная тема, которая красной нитью проходит в нескольких направлениях национальной программы. Здесь в первую очередь необходимо определиться с регуляторикой. Это самый сложный и самый объемный вопрос, которым занимается лично вице-премьер Максим Акимов.

Речь идет о режимах оборота данных: пользовательских данных, данных "интернета вещей", любых других данные, которые образуются в процессе работы, например, государственных информационных систем.

— Вопрос регулирования каких данных будет решить сложнее всего?

— Самое сложное, безусловно, — решить вопрос с оборотом больших пользовательских данных, или так называемых общедоступных данных. Пока мы до конца не определились с подходом, этот вопрос отправлен на доработку.

— А как обстоят дела с регулированием оборота данных "интернета вещей"?

— На данный момент мы пытаемся в программе определить подходы к правовому регулированию: что считаем допустимым в плане обработки данных, когда обработка данных с многочисленных датчиков не нарушает права и интересы граждан, не приводит к какой-то дискриминации. Это очень важно.

Я как гражданин Российской Федерации хочу иметь право на голос и мое личное мнение, в случае если я пойму в какой-то момент, что бизнес получает доступ, например, к моим пользовательским данным, к многочисленным данным в интернете или к данным моих гаджетов. Я хотел бы, чтобы в этой сфере соблюдались интересы простых граждан

Мы очень серьезно занимаемся этим вопросом и сейчас находимся на этапе определения концептуальных подходов.

Однозначного решения по вопросу регулирования сейчас нет ни у кого. Мы в прошлом году встречались с представителями бизнеса — у них нет консенсуса по этому поводу. Мы общались и с представителями научной общественности, которая тоже не может сказать однозначно, какой из подходов лучше.

— Но если ввести очень жесткие ограничения для компаний по использованию данных, это может затормозить развитие ряда проектов цифровой экономики.

— Представители науки говорят о том, что в первую очередь необходимо все-таки соблюдать интересы граждан, исключить всякую дискриминацию при обработке данных и уже только потом заботиться о технологическом развитии. В то же время мы не хотели бы, чтобы регулирование, которое мы можем в спешке принять, основываясь на глубоко гуманистических идеях, остановило бы в принципе развитие технологий в нашей стране. Это если говорить в целом об обработке данных.

Беседовали Екатерина Казаченко и Анастасия Крутень