Все новости
Борьба с "Исламским государством"

Удары из подполья. ИГ дает знать о себе в Афганистане, Сирии и Ираке

© AP Photo
Исламистская группировка оказалась жизнеспособнее, чем можно было рассчитывать

Спрятаться в труднодоступных районах, создать подполье, вернуть сдавшихся в плен боевиков. "Исламское государство Ирака и Леванта" (ИГ, террористическая организация, запрещена в России — прим. ТАСС) вновь собирается с силами на Ближнем и Среднем Востоке. Теракт, совершенный боевиками ИГ в Кабуле 17 августа, стал самым кровопролитным для Афганистана с начала года: 63 погибших. В Сирии и Ираке радикальные исламисты также не сложили оружия: атакуют конвои, удаленные деревни и транспорт, перевозящий нефть. С начала года на счету у сторонников халифата уже более четырех сотен вылазок.

Драка разбойников

Опаснее всего удары ИГ в Афганистане, откуда президент США Дональд Трамп намерен вывести 14-тысячный контингент американских войск. Вашингтон приготовился уйти, заключив с движением "Талибан" (запрещено в России — прим. ТАСС) мирную сделку. ИГ такое развитие событий крайне выгодно. Конкурентов-талибов, готовых пойти на соглашение с американцами, в ИГ называют предателями исламского дела, благодаря чему активно переманивают их разочаровавшихся сторонников в свои ряды.

"Игиловские командиры с нетерпением ждут, когда договор подпишут. И не без основания рассчитывают уговорить недовольных перейти к себе на службу. По поступающим данным, в ближайшее время часть талибов переметнется на сторону ИГ в восточной части страны, где позиции халифата особенно сильны, — в провинциях Нангархар и Кунар", — рассказал ТАСС востоковед, эксперт Центра изучения современного Афганистана Андрей Серенко. По его словам, последуют и другие переходы.

Усиление ИГ именно на востоке особенно опасно, ведь через этот регион проходит приблизительно половина афганского наркотрафика, доходы от которого достаются радикальные исламистам. Ранее этими средствами пользовались талибы, теперь деньги все чаще оседают в карманах ИГ.

Летом 2018 года столкновения талибов и ИГ завершились поражением сторонников халифата, но после возобновления американо-талибских переговоров прошлой осенью ситуация переменилась. Игиловцы отбили у талибов свои прежние базы на севере, поблизости от Туркмении, а кроме того, укрепленный анклав в пещерах Тора-Бора, где в 2001 году от американских спецназовцев скрывался основатель "Аль-Каиды" (запрещена в России - прим. ТАСС) Усама бен Ладен. Для талибов, прежних союзников "террориста номер 1", возвращение Тора-Боры имеет принципиальное значение: лабиринт из пещер стал символом их движения. Однако, несмотря на все усилия, вытеснить игиловцев со знаменитой на весь исламский мир базы не удается.

Отчасти так происходит потому, что сторонники халифата применяют к врагам тактику морального террора. "После своих операций игиловцы выкладывают фотографии и записи, на которых обезглавливают талибов, причем своих жертв обряжают в такую же униформу оранжевого цвета, как в прошлом заложников из Европы и США", — делится подробностями Серенко.

Халифат не исчез, он только скрылся

В Афганистане "Исламское государство" ведет борьбу на трех фронтах: боевом на востоке, где под их властью оказалась часть территории, партизанском в северных провинциях и подпольном — в столице страны Кабуле. В Сирии и Ираке игиловцы сосредоточились исключительно на диверсионной деятельности. После военного поражения у ИГ в этих странах больше нет собственной территории. Однако остались вербовочные сети, тайные базы и спящие ячейки сторонников.

Как и в случае с Афганистаном, сторонники халифата извлекают выгоду из желания американцев свести свое присутствие на Ближнем Востоке к минимуму. В 2018 году, когда группировку считали разгромленной, Дональд Трамп распорядился вывести большую часть контингента США из Сирии. У занявшей бывшую территорию ИГ коалиции курдов и арабов оказалось недостаточно сил, чтобы установить прочный контроль над ней. Поэтому систематической работы по уничтожению игиловской инфраструктуры так и не провели.

Оставшиеся на свободе боевики пользуются свободой рук. Опаснее всего их действия в лагере для временно перемещенных бывших исламистов Аль-Хол. Воспользовавшись недостатком средств, выделяемых на охрану, игиловцы установили внутри него свои порядки. Палаточный город, где проживают до 70 тысяч человек, превращается в кадровый резерв для ИГ. 

Там, где у курдских, сирийских или иракских властей не хватает войск, ИГ чаще всего и готовит свои атаки. Обычно под удар попадают транспортные артерии, безопасность которых нельзя гарантировать по всей их протяженности, и удаленные населенные пункты.

По данным доклада ООН, опубликованного в августе, лидеры ИГ собираются с силами, чтобы "возродить группировку на ее бывших иракских и сирийских землях". Эксперты организации сочли необходимым сделать прогноз. "Передышка не продлится долго, возможно, прекратится еще до конца 2019 года", — говорится в документе.

В августе 2019-го с предупреждением выступили эксперты Пентагона. По сведениям опубликованного ими доклада, "несмотря на исчезновение халифата в территориальном смысле этого слова, ИГ в Ираке укрепил свою способность вести боевые действия, а в Сирии начал свое восстановление". Пентагон оценил численность боевиков ИГ в обеих странах весьма высоко: от 14 до 18 тысяч человек.

Новый халиф?

Уход ИГ в подполье сопровождался слухами о смене лидера: место Ибрагима Аль-Бадри, известного как Абу Бакр Аль-Багдади, возможно, занял его ближайший сторонник, шариатский судья Абдалла Кардаш. Информацию об этом террористы распространили через свой информационный ресурс Amaq. По этим сведениям, новый главарь не станет называться халифом: скорее, он получит право руководить радикальными исламистами как заместитель своего предшественника. Судьба бежавшего "повелителя правоверных" остается неясной: возможно, он страдает от проблем со здоровьем, поэтому делится частью власти.

Однако многое указывает на то, что основатель халифата стремится замести следы. На аккаунтах джихадистов в социальных сетях смена власти не вызвала особенного интереса, что насторожило наблюдателей, следящих за радикальными исламистами. Действительно ли рычаги управления перешли к Кардашу и кто в наши дни находится во главе Исламского государства, так и остается загадкой.

Игорь Гашков