Все новости

Три месяца эпидемии коронавируса в Бразилии: от "выдумки" до "главного вызова поколения"

Президент Бразилии Жаир Болсонару (в центре) во время встречи со сторонниками, 24 мая 2020 года
© REUTERS/Adriano Machado
Ровно три месяца назад, 26 февраля, на следующий день после окончания карнавала, сопровождавшегося массовыми гуляниями по всей стране, министр здравоохранения Бразилии собрал пресс-конференцию, на которой было объявлено о первом заразившемся коронавирусом

Как и во многих других странах, так называемый нулевой пациент привез инфекцию из-за рубежа, вернувшись в Сан-Паулу из рабочей поездки в Италию. Сегодня этот мегаполис, в агломерации которого проживают свыше 21 млн человек, стал эпицентром распространения коронавируса в крупнейшем государстве Южной Америки, а сама Бразилия превратилась в новый очаг заболевания. Отгородиться от него поспешил даже Вашингтон, запретив въезд иностранцев, посещавших это латиноамериканское государство в течение двух недель до прибытия в США. Это при том, что в самих США число случаев заражения и летальных исходов среди инфицированных более чем в четыре раза превышает бразильские показатели.

Ранее хозяин Белого дома Дональд Трамп и члены его администрации несколько раз публично предупреждали о возможности прекращения авиасообщения с Бразилией, характеризуя сложившуюся там эпидемическую ситуацию как "серьезную". Но даже эти слова коллеги и кумира Жаира Болсонару, казалось, не доходили до слуха бразильского лидера, и он продолжал игнорировать официальные цифры и рекомендации собственного Минздрава. Глава республики, до последнего отказывавшийся от ношения защитной маски, до сих пор участвует в массовых акциях своих сторонников, пожимает им руки, с удовольствием фотографируется в обнимку и берет на руки детей.

В одном из первых своих комментариев относительно опасности пандемии Болсонару и вовсе счел ее надуманной: "Очевидно, что проблема есть, небольшая. Как мне представляется, вся эта история с коронавирусом — в большей степени выдумка. Все совсем не так, как разносят по миру СМИ". Вводимые региональными и местными властями (их решения на этот счет имеют приоритет над федеральными предписаниями) ограничения и запреты на работу бизнеса он называл "преступлениями", обвиняя губернаторов в попытках подорвать национальную экономику и извлечь из этого политическую выгоду на президентских выборах 2022 года.

Впрочем, в одном из более поздних обращений к нации в телеэфире политик смягчил риторику, назвав эпидемию "главным вызовом поколения". Однако своими последующими действиями и высказываниями Болсонару дал понять, что соотечественники должны преодолеть этот вызов "по-мужски", а тех, кто заразится, полагал он, можно будет вылечить с помощью противомалярийного лекарства хлорохина. В этом его позиция расходилась с подходами к борьбе с пандемией двух ушедших в отставку глав Минздрава, предпочитавших профилактическое социальное дистанцирование и самоизоляцию использованию препарата с недоказанной, по мнению ученых, эффективностью и серьезными побочными эффектами.

"Столько всего положительного"

COVID-диссидентство Болсонару лишь осложнило его непростые отношения с представителями законодательной и судебной власти и еще больше настроило против него прессу, и без того не слишком жаловавшую резкого в своих высказываниях президента. Вдобавок весь мир облетели кадры с кладбища Манауса, столицы штата Амазонас. Его работники, не справляясь с резким ростом числа умерших, стали рыть траншеи для захоронений.

Другим свидетельством масштабов человеческих потерь стали сделанные с разницей в один месяц с высоты птичьего полета фотоснимки кладбища в Сан-Паулу: на первом из них сотни свежевыкопанных могил, на втором — только холмики да таблички с именами покойных. Болсонару назвал первое фото "страшилкой" и заявил, что, если это правда, то "ее нельзя было делать достоянием общественности".

Заступаясь за главу государства, на алармистское освещение СМИ ситуации с коронавирусом в стране пожаловался один из его ближайших соратников, глава Секретариата по делам правительства, генерал армии Луис Эдуарду Рамос. "В утренних новостях гробы и трупы, в обед опять гробы, вечером снова гробы, трупы и число умерших. <…> Никто не говорит, что нужно это скрывать, <...> но ведь есть столько всего положительного", — посетовал чиновник.

Вместе с тем цифры официальной статистики и динамика последних недель не внушают оптимизма. По данным Минздрава, на вечер понедельника количество заразившихся составляло 374 898 человек (второе место в мире после США), 23 473 заболевших умерли.

Официальных прогнозов относительно возможного числа жертв инфекции Минздрав не делает, но ранее в ведомстве говорили о том, что ситуация в стране стабилизируется к июлю, в августе начнется постепенное замедление темпов распространения инфекции, а в сентябре произойдет спад. На прошлой неделе эксперты министерства сообщили, что в 2/3 муниципальных округов страны зафиксировано хотя бы по одному случаю заражения коронавирусом. И, как признался в понедельник и. о. главы Минздрава генерал армии Эдуарду Пазуэлу, стране еще только предстоит столкнуться с "последствиями [эпидемии] в провинции", жителей которой уже сейчас готовятся госпитализировать в клиники столиц штатов.

Жизнь продолжается

Сами бразильцы переживают происходящее по мере своих финансовых возможностей и политических предпочтений. С одной стороны, позволить себе оставаться дома, к чему призывают с телеэкранов, страниц газет и журналов, могут далеко не все жители страны, где по состоянию на февраль в неформальном секторе было занято свыше 41% трудоспособного населения (в 11 из 27 субъектов федерации этот показатель превысил 50%), а безработными по итогам первого квартала оказались 12,6 млн человек (что, впрочем, на 537 тыс. человек меньше, чем годом ранее).

С другой стороны, те, кто хотел бы продолжать трудиться, не могут это сделать, поскольку во многих городах были закрыты большинство учреждений торговли и услуг, кафе и рестораны, по домам сидят воспитанники детсадов, ученики школ, студенты вузов. Этим не самым обеспеченным работникам федеральное правительство на первые три месяца выделяет по 600 реалов (около €100 по текущему курсу) на кормильца в семье и не исключает возможности продления такой меры финансовой поддержки по истечении этого срока, но уже в размере втрое меньшем.

Если апрельские опросы общественного мнения говорили о том, что 80% населения понимают необходимость оставаться дома и осознают, что кризис ударит по их карману, то заметное в последнее время увеличение числа автомобилей на дорогах и людей (пусть и в масках) в общественных местах свидетельствует об усталости населения от вынужденного самозаключения.

Так, в Сан-Паулу, согласно данным системы мониторинга мобильных устройств, последовать призывам администрации и остаться дома в минувшие выходные решили 57% горожан. При этом, по оценкам начальника управления здравоохранения Эдсона Апаресиду, распространение заболевания в мегаполисе удается держать под контролем.

В Рио-де-Жанейро уровень сознательности оказался на полпроцента выше. В реальности это выглядит следующим образом: деловой центр теперь пустует не только по выходным, закрыты парки и скверы, осиротели футбольные площадки, но у супермаркетов порой выстраиваются очереди посетителей, ожидающих, когда им перед входом в магазин измерят температуру. Пляжи опустели, но многие жители мегаполиса продолжают пробежки и велосипедные прогулки вдоль набережных, а власти смотрят на это сквозь пальцы. Любителям водных видов спорта везет меньше — периодически полиция отлавливает и штрафует серфингистов-нарушителей.

Не до вируса

Но есть и те, кому не сидится дома по другим причинам. В последние несколько недель по выходным в разных городах проходят акции сторонников президента. В Бразилиа они выстраиваются в автоколонны и, сигналя и размахивая желто-зелеными флагами, движутся по главному проспекту столицы в направлении рабочей резиденции, где их уже традиционно встречает лидер нации. Все это сопровождается многочисленными прямыми трансляциями в интернете и публикациями в соцсетях, где политические оппоненты болсонаристов обвиняют главу государства чуть ли не в геноциде.

Поляризация общественных настроений, несомненно, накладывает отпечаток на восприятие непростой эпидемиологической ситуации. Довершает картину острый политический кризис, предсказать исход которого едва ли кто возьмется. Впрочем, отдельные его ответвления ярко демонстрируют реальные приоритеты правительства в условиях пандемии.

Так, в пятницу судья Федерального верховного (конституционного) суда Бразилии (ФВС) Селсу ди Мелу, рассматривающий дело об обвинениях Болсонару в должностных преступлениях, грозящих главе государства импичментом, постановил предать огласке приобщенную к делу видеозапись заседания правительства от 22 апреля. В самом начале этой встречи ее инициатор, координирующий работу правительства глава гражданской канцелярии президента министр Уалтер Соуза Брага Нету сообщил, что целью собрания является обсуждение программы восстановления экономики после пандемии.

Вместе с тем большая часть выступлений и ремарок президента была посвящена необходимости продолжения политической борьбы под усилившимся натиском оппозиции, давлением прессы и общественного мнения, а также тому, как в такой ситуации должны себя вести члены правительства. Некоторые министры призывали "отправить за решетку" политический истеблишмент республики и обещали судебные расправы над губернаторами и префектами за их карантинные мероприятия. О том, что в стране бушует эпидемия, словно бы забыли.

"Под контролем"

Напомнить об этом в понедельник решили чиновники Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), заявившие об "интенсивной" динамике распространения вируса. Они призвали власти крупнейшего латиноамериканского государства быть более аккуратными в вопросах ослабления мер самоизоляции. "Чтобы победить вирус, нужно действовать быстрее, чем он. <...> В противном случае будет очень сложно взять его под контроль", — приводит слова главы ВОЗ бразильский портал UOL ("У-о-эли").

Примечательно, что именно о контроле в контексте эпидемии не так давно вспомнил вице-президент Бразилии Антониу Гамилтон Моурау. "Все под контролем, неясно только, под чьим", — сказал он журналисту, покидая 17 апреля зал, где незадолго до этого состоялась церемония вступления в должность теперь уже бывшего министра здравоохранения Нелсона Тейша, не продержавшегося на этом посту и месяца.

Андрей Улинкин, Рио-де-Жанейро