Все новости
Фрагменты новых книг

Беспрецедентный эксперимент с Пушинкой. Отрывок из книги "Как приручить лису"

© Артем Геодакян/ТАСС
В издательстве "Альпина нон-фикшн" выходит книга о том, как советские ученые попытались одомашнить лисиц. ТАСС публикует отрывок о Пушинке, первой лисе, которая поселилась в доме с людьми

Наверное, многим хоть раз приходила в голову мысль, что было бы здорово завести домашнюю лису, выгуливать ее с важным видом, отвечать удивленным прохожим: "Да нет, что вы, она не кусается, можете погладить". В конце концов, лисы — близкие родственники собак, а те стали друзьями человека много тысяч лет назад, так почему бы не попробовать? Судя по археологическим находкам, наши предки тоже так думали, но приручить лисиц им так и не удалось.

Советского биолога Дмитрия Беляева это не остановило. Он хотел понять, как вообще происходит одомашнивание, а лисы казались подходящими кандидатами для эксперимента. Правда, провести его было не так-то просто: хотя Сталин уже умер, его любимчик "народный академик" Лысенко все еще считался авторитетом, а ученые-генетики благодаря его стараниям были в опале. Первое время Беляев скрывал свою истинную цель, рассказывая, что на благо народного хозяйства выводит животных с ценным мехом.

Подходящих лисиц Беляев искал по всей стране, а эксперимент проводили в Институте цитологии и генетики в новосибирском Академгородке, куда ученого позвал противник Лысенко Николай Дубинин. Животных отбирали всего по одному признаку — дружелюбию. Самых мирных зверей скрещивали, из потомства выбирали лисят, которые были больше всего расположены к людям, затем скрещивали уже их.

Понадобилось всего несколько поколений, чтобы добиться заметных успехов: выведенные лисы виляли хвостами, как собаки, ели с рук и играли с людьми, в отличие от сородичей, которые человека сторонились. Лис все еще до конца не одомашнили, но за каких-то 60 лет — мгновение по меркам эволюции — ученые проделали, казалось, невозможное. В книге "Как приручить лису (и превратить в собаку): Сибирский эволюционный эксперимент" Людмила Трут, начинавшая помощницей Беляева, вместе с американским биологом и историком науки Ли Аланом Дугаткиным рассказала в подробностях, как это было.

Обложка книги "Как приручить лису (и превратить в собаку): Сибирский эволюционный эксперимент" Издательство "Альпина нон-фикшн"
Описание
Обложка книги "Как приручить лису (и превратить в собаку): Сибирский эволюционный эксперимент"
© Издательство "Альпина нон-фикшн"

Людмила давно задумывалась об ограничениях, накладываемых строгим научным подходом на методику сбора данных, которую применяли она и ее команда. Эта строгость дала ей очень много. Но, если они хотят по-настоящему понять, какого уровня эмоциональной отзывчивости и социабельности способны достичь ручные лисы, нужно позволить одной из них жить полноценной домашней жизнью, в тесном окружении человеческих существ. Вести совершенно собачий образ жизни. Если эти лисы и вправду сделались вполне собакоподобными, то они должны проявлять характерные для собак признаки привязанности к людям. "Элитные" лисы выражали свою склонность к контакту с человеком, но при этом до сих пор не делали различия между отдельными людьми. Они одинаково радостно приветствовали всех и каждого. Что произойдет, если взять лису к себе домой?

С этим смелым предложением она пришла к Беляеву. В одном из уголков зоофермы стоял маленький домик. Людмила задумала поселиться в нем с одним из "элитных" животных и посмотреть, как будут развиваться их взаимоотношения. Идея понравилась Беляеву, и он немедленно распорядился предоставить ей этот домик.

Лисицу, с которой Людмиле предстояло жить, она выбирала тщательно. Людмила решила, что роль "Евы" в этом эксперименте исполнит одна из самых дружелюбных "элитных" самок: из ее потомства предстояло выбрать лису, которую возьмут в дом. Кандидатур было предостаточно, но и опыт предстоял очень смелый. Спешка в этом деле могла навредить. Погрузившись в свои записи, Людмила сопоставляла все сведения, имевшиеся об "элитных" лисах: уровень гормонов стресса, особенности поведения и т. д. Отобрав несколько кандидатур, она отправилась на ферму, чтобы еще раз пронаблюдать за каждой из этих лис. Наконец она сделала окончательный выбор.

Эту лису звали Кукла. Она не только принадлежала к небольшой группе самок, способных к спариванию (но не к вынашиванию потомства) дважды в год, но и отличалась другими особенностями. Когда Людмила подходила к ее клетке, Кукла мгновенно оживлялась, принималась неистово вилять хвостом и радостно взвизгивать. "Она так и просится ко мне", — думала Людмила. Правда, для взрослой лисы Кукла была мелковата. В своем выводке она была самой маленькой, так что Людмила подумывала, не выбрать ли животное более крепкого телосложения. В конце концов она все-таки решила прислушаться к своему внутреннему голосу, и кандидатура Куклы была утверждена.

В качестве отца будущего потомства выбрали самца по кличке Тобик, ровесника Куклы. Спаривание прошло успешно, и спустя семь недель, 19 марта 1973 г., Кукла принесла четырех здоровых лисят, по двое каждого пола. Людмила пришла посмотреть на них, когда у лисят только открылись глаза. Над детенышами уже склонилось несколько работниц фермы, любовавшихся ими так, будто это были их собственные дети или внуки.

Внимание Людмилы сразу же привлекла очаровательная маленькая лисичка, похожая на пушистый шарик. Ее так и прозвали — Пушинка. Понаблюдав за ней несколько дней, Людмила убедилась, что Пушинка необычайно расположена к человеку. Она так быстро и прочно сошлась с людьми, что казалась самым лучшим кандидатом для участия в опыте. Когда об этом узнали работницы, они со спокойной совестью начали играть с Пушинкой и баловать ее, радуясь от всего сердца.

Спустя несколько недель, когда Пушинка окрепла и уже начала озорничать, сотрудник фермы Юрий Киселев сделал необычное предложение. Ему так полюбилась юная Пушинка, что он был готов взять ее к себе домой, пока Людмила не начнет свой длительный эксперимент. Подумав, Людмила решила, что это никак не нарушает ее планы; совсем наоборот, такой опыт мог показать, получится ли у Пушинки установить персональную связь с человеком, с которым она будет жить бок о бок. Пушинка прожила дома у Юрия с 21 апреля до 15 июня 1973 г. Лисица отлично приспособилась к такой жизни и не доставляла никаких хлопот. Юрий даже выводил ее на прогулку на поводке. Ее выпускали побегать на задний двор, и она возвращалась домой, когда Юрий подзывал ее свистом. Ни одна лиса раньше так себя не вела. Когда на ферме работницы подзывали животное, сбежавшее от них на прогулке или во время осмотра, оно никак на это не реагировало. Поймать удравшую лису удавалось только после долгой погони, да и то не всегда — парочке зверей удалось сбежать с фермы. Необычное поведение Пушинки говорило о том, что Людмила не ошиблась с выбором и впереди их ждут новые открытия.

Пушинка уже показала им так много чудесного, что Людмила решила не спешить с началом эксперимента и проверить, сможет ли ее избранница вернуться в лисье сообщество после двух месяцев, проведенных с Юрием. Не изменятся ли после этого ее отношения с сородичами? Известно, как трудно бывает дикому животному, прожившему какое-то время среди людей, вернуться к типичному для своего вида образу жизни. Предоставлялась прекрасная возможность увидеть, как будет вести себя в этой ситуации Пушинка и какой прием ей окажут другие лисы.

В целом возвращение Пушинки в общество себе подобных прошло довольно гладко, взаимоотношения с сородичами были нормальными, за исключением одной замечательной детали. Часто бывает, что подросшие щенки во время игр ведут себя агрессивно по отношению друг к другу. Пушинка в этом случае всегда искала защиты у сотрудников фермы. Она пряталась в ногах у человека, чтобы тот заслонил ее от нападавшего. Это было еще одной новой чертой в поведении. До сих пор лисы улаживали свои конфликты без вмешательства посторонних.

Поскольку главной целью опыта, задуманного Людмилой, было узнать, насколько близко поведение Пушинки приблизится к собачьему при очень тесном контакте с человеком, она решила, что можно разрешить работницам выгуливать ее на поводке, как это делал Юрий. Пушинка очень любила эти прогулки. Живя с Юрием, она показала себя такой послушной, что ее стали выпускать побегать без поводка. Пушинка ходила по пятам за работницами фермы, пока те кормили лис и чистили клетки. Глядя на это, Людмила опять изменила первоначальный план эксперимента. Пушинке исполнялся один год в самый разгар сезона размножения. Людмила решила подождать еще немного и взять ее в дом уже беременной, чтобы выяснить, как Пушинка в таком состоянии будет привыкать к новой жизни и как будет проходить социализация ее потомства. И вот 10 февраля 1974 г. Пушинку свели с "элитным" самцом по кличке Джульбарс, и в конце концов, 29 марта 1974 г. она вместе с Людмилой поселилась в маленьком домике на краю фермы. Так начался беспрецедентный в истории этологии эксперимент.

Счастливое семейство

План Людмилы состоял в том, чтобы проводить вместе с Пушинкой большую часть времени, почти круглые сутки. Чтобы иметь возможность побыть с семьей, она попросила свою давнюю подругу и помощницу Тамару вместе с одной студенткой университета иногда замещать ее. Так за Пушинкой был установлен круглосуточный надзор. А если и Тамара, и студентка-помощница были заняты и прийти не могли, их подменяла дочь Людмилы Марина или кто-нибудь из сотрудников института. Каждый, кто был на дежурстве, должен был вести ежедневные записи обо всех деталях поведения Пушинки.

Свой первый день в доме Пушинка провела беспокойно, бегая из угла в угол и отказываясь от пищи. Это заставило Людмилу понервничать. Она ожидала, что адаптация пройдет легко и быстро, как в доме у Юрия. Может, все дело в том, что лиса была беременна? Людмила немного успокоилась, когда Пушинка прикорнула под боком у Марины и ее подруги, пришедших на "новоселье". На следующее утро лиса выглядела спокойнее. Когда Людмиле понадобилось на минутку отлучиться из дома, Пушинка ждала ее у двери, "как будто она была нашей собакой". Но внезапно ее настроение резко изменилось, она снова стала беспокойной, опять отказывалась от еды. За весь день лиса съела только немного сырого яйца. Людмила предложила одно из ее любимых лакомств — цыплячьи ножки. Пушинка спрятала их в углу комнаты — поведение, хорошо знакомое владельцам собак. Она не сидела в своем гнезде и почти не спала.

На третий день все повторилось — Пушинка почти не ела и не спала. Это был повод для серьезного беспокойства. Лиса безостановочно бегала по дому, не возвращаясь в гнездо. При этом Пушинка искала общества Людмилы, и по всему было видно, что она чувствует себя комфортно в ее присутствии. Когда Людмила села за стол и принялась работать, Пушинка подошла и легла на диванчик, стоявший возле кровати. Наконец-то она немного успокоилась. Людмила обрадовалась, когда на исходе еще одного дня, проведенного без еды, на четвертую ночь в новом доме, Пушинка спокойно запрыгнула на кровать и свернулась клубком у нее под боком. Когда ночью Людмила проснулась, Пушинка подобралась к ней поближе и уткнулась мордой в ее лицо. Людмила положила руку ей под голову, и лиса обхватила ее передними лапами, совсем как ребенок, обнимающий мать. Казалось, что теперь она, наконец, чувствует себя как дома.

Однако утром следующего дня обнаружилось, что Пушинка опять эмоционально взвинчена, Людмила даже записала в дневнике наблюдений, что лиса "словно на грани нервного срыва". Прошло уже почти пять дней, а Пушинка продолжала отказываться от еды. Встревожившись, Людмила поспешила к ветеринару, работавшему на ферме. Пушинке сделали инъекцию глюкозы и витаминов. Подумав, что все это может быть вызвано разлукой с партнером, Людмила привела в дом Джульбарса. Он явно обрадовался Пушинке, но не встретил с ее стороны симпатии. Пушинка с визгом погнала его по дому, даже несколько раз укусила. Джульбарса сразу же увели.

Новости обо всех этих событиях обеспокоили Дмитрия Беляева. Он пришел в домик посмотреть на Пушинку, и его приход чем-то успокоил ее. В этот день она впервые устроила себе дневной отдых, как и полагается нормальной лисе. Пока Людмила работала за столом, она улеглась у нее в ногах и выглядела вполне довольной. Ночью Пушинка наконец-то хорошо поела. И хотя привыкание к жилью прошло болезненнее, чем ожидалось, с того дня Пушинка уютно устроилась в доме, крепко спала, у нее был здоровый аппетит. Их взаимная привязанность с Людмилой становилась все крепче. Когда Людмила садилась поработать, Пушинка укладывалась у нее в ногах; еще она обожала совместные игры и прогулки по окрестностям фермы. Любимая игра состояла в том, что Людмила прятала себе в карман что-нибудь вкусненькое, а лиса старалась спрятанное утащить. Еще Пушинке нравилось, играя, покусывать Людмилу за руки, всегда очень мягко, как это делают щенки домашних собак. И точно так же, как домашние собаки, Пушинка любила лежать на спине с поднятыми лапами, призывая Людмилу почесать ей живот. Ночь она проводила в своем гнезде, но иной раз могла забраться спать на кровать хозяйки. Вечерами, после дневного отдыха, Пушинка становилась особенно озорной и приставала к Людмиле, чтобы та поиграла с ней. Лиса гонялась по полу за мячиком, подставляла живот для чесания или подбегала к Людмиле, держа в пасти косточку. Гуляя во дворике, Пушинка иногда забегала с мячом в зубах на горку, отпускала мячик и мчалась за ним, пока он катился вниз по склону. Эта игра повторялась снова и снова. Иногда Людмила оставляла ее во дворе одну, но Пушинка всегда возвращалась, когда хозяйка ее звала. Совсем как собака.