Все новости

Потеря Волоколамска: как рождалась легенда о Панфиловской дивизии

Алексей Исаев — о боях под Москвой, которые вошли в учебник для командиров Советской армии
Солдаты Красной армии под Волоколамском, 1941 год Sovfoto/Universal Images Group via Getty Images
Описание
Солдаты Красной армии под Волоколамском, 1941 год
© Sovfoto/Universal Images Group via Getty Images

80 лет назад, 27 октября 1941 года, советскими войсками был оставлен город Волоколамск. До Москвы оставались уже считаные десятки километров и отход от Волоколамска расследовался — отвечать на неприятные вопросы о причинах пришлось командующему 16-й армией Константину Рокоссовскому и командиру 316-й стрелковой дивизии Ивану Панфилову. Впрочем, потери других городов на подступах к столице (Можайска, Малоярославца и других) также подвергались проверке. Имелись в истории Московской битвы прецеденты трибунала и расстрела, например за оставление города Рузы.

Несмотря на потерю Волоколамска, действия 316-й стрелковой дивизии получили самую высокую оценку командования. Сурового и жесткого командующего Западным фронтом Георгия Жукова сложно назвать щедрым на похвалы человеком, но именно он написал представление к присвоению дивизии гвардейского звания: "В период Волоколамской операции 316-я стрелковая дивизия отважными и умелыми действиями в течение 20–27 октября 1941 года отбивала атаки трех пехотных дивизий и танковой дивизии фашистов. В ожесточенных боях дивизия уничтожила у противника до 80 танков и несколько батальонов пехоты". Так дивизия Панфилова стала 8-й гвардейской стрелковой, войдя в первую десятку соединений советской гвардии. Жуков, правда, ошибся: танковых дивизий у немцев под Волоколамском было даже две.

Позднее, уже после войны, в 1958 году, действия 316-й дивизии под Волоколамском вошли в учебник "Бой стрелковой дивизии". Издавался он с сугубо практическими целями обучения командиров Советской армии в разгар холодной войны. Примеры в нем подбирались без оглядки на легенды и мифологию Великой Отечественной и Второй мировой. Собственно, в массовом сознании панфиловцы скорее ассоциируются с более поздними событиями — боями в районе разъезда Дубосеково в ноябре 1941 года.

Окопы, узкий фронт, опыт — то, чего не было

Сформированная в Казахстане 316-я дивизия была переброшена под Москву с северо-запада. После катастрофы под Вязьмой вместо прорыва блокады Ленинграда соединению пришлось спешно занимать позиции на Можайской линии обороны под столицей.

При слове "линия" возникают образы глубоких противотанковых рвов, бетонных дотов и лабиринта окопов. В случае с Волоколамском всего этого попросту не было. Как не без доли юмора выразился Панфилов в разговоре с Рокоссовским, части сели "на колышки" — вместо развитой линии обороны под Волоколамском частично остались только ее наметки. В землю были вбиты деревянные колышки и натянута бечевка в тех местах, где должны были идти траншеи. Копать себе окопы пришлось бойцам 316-й дивизии самим.

Иван Панфилов (слева) с офицерами своего штаба в деревне Гусенево Волоколамского района, 1941 год Михаил Калашников/ТАСС
Описание
Иван Панфилов (слева) с офицерами своего штаба в деревне Гусенево Волоколамского района, 1941 год
© Михаил Калашников/ТАСС

Второй плохой новостью был широкий фронт обороны, противоречащий всем уставам и наставлениям. К сожалению, такая ситуация была типична для лета и осени 1941 года. В этот момент панфиловцам, можно сказать, все же повезло: двигавшиеся на Волоколамск немецкие танки повернули по приказу из Берлина на северо-восток, на город Калинин. Это дало лишние несколько дней на работу кирками и лопатами. У большинства тех, кто вступал в бой на Можайской линии обороны в октябре 1941-го, этого времени не было.

Главной же отличительной чертой этого сражения было то, что у бойцов и командиров 316-й стрелковой дивизии отсутствовал боевой опыт. Например, командир 1075-го полка, принявшего первый удар, полковник Илья Капров сражался лишь в боях с иррегулярными формированиями, басмачами в Средней Азии. Тем временем по другую сторону фронта находились немецкие танковые и пехотные дивизии с опытом "блицкригов" 1940 и 1941 годов. Это был опыт войны нового времени, подвижной и насыщенной техники. Тем важнее, что, помимо оборудования позиций, панфиловцы совершили несколько вылазок вперед — на запад — в неизвестность. Это принесло первые важные уроки — врага можно бить.

Слаженность соединения

Натиск на советскую оборону под Волоколамском начался 16 октября 1941 года, но действительно крупномасштабное наступление пришло на рассвете 25 октября, с предшествующей артиллерийской и авиационной подготовкой. После двух часов артобстрела и бомбежки позиции панфиловцев атаковали части немецкой 2-й танковой дивизии, достаточно свежей (была в резерве до начала наступления на Москву) и опытной: за плечами у нее была Франция и Греция. Помимо танковой дивизии германское командование задействовало в атаке на Волоколамск подошедшие с запада пехотные части. Главный удар наносили танки с десантом пехоты.

С самого начала немцев встретила грамотно построенная оборона: минные поля и опорный пункт противотанкового полка с 76-мм пушками. Мало кто знает, что помимо дивизии Ивана Панфилова "гвардию" за те октябрьские бои получили два истребительно-противотанковых полка. Успех в обороне был обусловлен тем, что военные называют взаимодействием: слаженная работа пехоты, противотанкистов и артиллеристов. Не хватало в этом "концерте" только танков — необходимость парировать прорывы на других направлениях оставила армию Рокоссовского практически без военных машин. Высокая оценка командующего фронтом Жукова была связана в том числе с этим: отражение танковых атак противника без помощи своих танков.  

Сам Рокоссовский приехал на командный пункт дивизии в Спасс-Рюховском. После нескольких часов боя деревню пришлось оставить. Однако искусство войны заключается в том числе и в выборе актуального времени, чтобы отступить, сохранив силы для продолжения боя. Немцы прорываются на станцию Волоколамск. Однако после им приходится взять суточную паузу на разминирование дорог. В свою очередь панфиловцы вновь занимают оборону. Из окружения выходит к своим батальон легендарного Баурджана Момыш-Улы (впоследствии герой повести Александра Бека "Волоколамское шоссе").

Крестьянские дома, сожженные под Волоколамском, 1941 год Аркадий Шайхет/ТАСС
Описание
Крестьянские дома, сожженные под Волоколамском, 1941 год
© Аркадий Шайхет/ТАСС

Судьбу Волоколамска, однако, решил прорыв немцев 25 октября на соседнем участке — от Можайского шоссе к Рузе. Парирование этого прорыва поглотило резервы фронта, предназначавшиеся первоначально для Волоколамска и даже уже спешившие на всех парах на помощь Рокоссовскому. Их развернули на новое направление буквально в последний момент.

После тяжелого боя с танками выдержать 27 октября удар немецких пехотных дивизий с запада панфиловцам было уже крайне проблематично. Они дали бой, но совершить чудо не смогли. В документах немецкого пятого армейского корпуса отмечается: "После упорного боя удается в полдень занять Волоколамск". По советским данным, немцы ворвались в город в 13:30, а к 16:00 27 октября Волоколамск оказался полностью в руках противника.

Тем не менее оставление этого города трудно назвать катастрофическим — 316-я дивизия сохранила боеспособность и организованно заняла оборону к востоку от города. Легенда сложилась, хотя тогда этого еще не осознавали. Новички без боевого опыта держали удар, наносили врагу потери, занимали и обустраивали новые позиции. Накапливался бесценный опыт, который выковал гвардию.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru