Все новости

Фильм "Зеленая книга" на пути к "Оскару": путешествие по стране расовых стереотипов

Тамара Ходова — о том, что в желании угодить зрителю можно зайти слишком далеко

Ветеран американской комедии Питер Фаррелли, который на пару с братом Бобби снял такие картины, как "Тупой и еще тупее" и "Я, снова я и Ирэн", на этот раз решил сделать фильм самостоятельно. И не просто фильм, а комедию про сегрегацию в Америке в начале 60-х.

Фильм "Зеленая книга" основан на реальных событиях и рассказывает историю американца итальянского происхождения Тони "Болтуна" Веллалонги (Вигго Мортенсен) и афроамериканца Дона "Дока" Ширли (Махершала Али). Когда клуб "Копакабана", где Тони работает вышибалой, закрывают на ремонт, он нанимается водителем и решателем проблем к джазовому музыканту Дону. Они отправляются в концертное турне по Югу США в 1962 году. В пути они пользуются так называемой Зеленой книгой, в которой указаны безопасные места для афроамериканцев, где они могут пообедать, остановиться на ночлег или воспользоваться другими услугами, например подстричься.

Картина не получила широкой рекламы в России, но на Западе ее уже успели одарить целой россыпью наград и номинаций: она стала победителем Международного кинофестиваля в Торонто (лучший фильм там выбирают зрители), попала в десятку лучших картин 2018 года по мнению Национального совета кинокритиков США, взяла три "Золотых глобуса", стала лучшим фильмом по версии Гильдии продюсеров США и вот теперь номинирована на "Оскар". Хотя в категорию "Лучший режиссер" Фаррелли не включили. Работа актеров не осталась без внимания: Мортенсен и Али были номинированы на десяток премий, в том числе и на "Оскар".

Неудивительно, что "Зеленая книга" так понравилась зрителям в Торонто, — это очень, как принято говорить, "зрительская" картина. Она постоянно стремится развеселить, обаять, умилить, в общем, понравиться любой ценой

Что касается ее шансов взять "Оскар", то индикатором успеха может служить награда Гильдии продюсеров США, которая чаще всего совпадает с тем, кому уходит "Оскар" за главный фильм. Хотя бывают и исключения. В прошлом году награды совпали: и продюсеры, и академики назвали лучшим фильмом "Форму воды" Гильермо дель Торо, а вот в 2017 году продюсеры отдали свой главный приз картине "Ла-Ла Ленд" Дэмьена Шазелла, а академия — фильму "Лунный свет" Барри Дженкинса.

Да и в целом "Зеленая книга" прекрасно вписывается в оскаровский нарратив: она злободневная, но не слишком, и картинка приятная. Ну и не стоит забывать, что "Оскар" уже второй год пытается избавиться от ярлыка Oscar’s so white, однако с этим все сложнее. Несмотря на такое обилие наград, в Америке фильм подвергся обвинениям в расизме — не всем пришелся по вкусу легкий тон, который взял Фаррелли, в этом болезненном вопросе.

Фильм следует сюжетной канве классического road movie, и главное здесь, конечно, отношения между героями, которые, преодолев притирку и какое-то определенное количество невзгод, из взаимного недоверия и непонимания постепенно перерастают в крепкую дружбу. Для наибольшей наглядности Фаррелли обрисовывает происходящее широкими яркими мазками: сначала Тони настолько брезгует чернокожими, что выкидывает в мусор стаканы, из которых они пили у него дома, а ближе к концу уже готов поделиться с Доном своей любимой курочкой из KFC.

Образы героев строятся на радикальном противопоставлении друг другу. Тони — этакий неотесанный итальянец с бедных улиц Бронкса, врун, болтун, плут, но примерный семьянин. Он настолько фактурен, что его физическое присутствие на экране практически осязаемо: он постоянно что-то ест (не идите на фильм на голодный желудок, иначе это невыносимо), вытирает жирные пальцы, курит, корчит рожи. Его оттеняет нарочито спокойный и изящный Дон с одеялом на коленях, который не может взять в руки жирную курицу без перчаток. Все бы это выглядело карикатурно, если бы не мастерство Али и Мортенсена. Последний настолько растворяется в персонаже, что примерно секунде на второй ты вообще забываешь, что это он, и видишь на экране исключительно Тони Болтуна.

Cажая Тони за баранку и позволяя Дону отдавать приказы с заднего сиденья, Фаррелли переворачивает расовые стереотипы с ног на голову. Прием очень прямолинейный, но его подарила режиссеру сама жизнь, и он докручивает его до конца. Фильм дает несколько примеров глухоты и предубежденности, которые существовали в Америке всего 50 лет назад, но в целом ничего страшнее ситуации, когда Дону не разрешают отужинать с его белыми товарищами, в фильме не происходит.

Для режиссера важнее всего моральный выбор, который делают герои; на примере двух людей Фаррелли показывает, как возможно преодолеть предрассудки, но все-таки не без некоего лукавства: фильм отказывается серьезно исследовать тему расизма, который в наше время никуда не ушел, просто приобрел другие формы

Этот вопрос — минное поле, и Фарелли отказывается играть в сапера, он предпочитает воспарить над проблемами и взять из всей этой ситуации лишь яркую фактуру. Режиссер часто перевирает или игнорирует исторические факты, чтобы не омрачать лишний раз ход сюжета. И это право Фаррелли и его выбор, но от всего этого попахивает лицемерием, поэтому полностью отдаться легковесному обаянию фильма не выходит. На экране только не хватает кота Леопольда, который бы поправил свой лиловый бант, улыбнулся и сказал: "Ребята, давайте жить дружно".

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru