Александр Бельский: футбольные матчи на "Газпром Арене" — это уже событие семейное
Александр Бельский
— Александр Николаевич, вы возглавляете Федерацию футбола Петербурга и входите в исполком Российского футбольного союза. В Минспорта активно обсуждается ужесточение лимита на легионеров в РПЛ. Как вы относитесь к этой мере?
— Я считаю, что лимита на легионеров в разрезе сегодняшней ситуации в стране быть не должно. Мы не должны потерять интерес к футболу. И слава богу, что в период тех ограничений, которые введены ФИФА в отношении нашей страны, у нас появляются достаточно неплохие, качественные игроки из-за границы, на которых интересно смотреть. А наши футболисты должны развиваться и тянуться. Это касается в первую очередь того, каким образом мы воспитываем наше подрастающее поколение. И когда мы говорим об ограничении лимита, это просто автоматически повысит стоимость наших игроков, но не улучшит качество футбола в РПЛ.
Считаю, что любое введение ограничений ведет к тому, что наш футбол станет менее зрелищным. А все-таки мы говорим о том, что стадионы в стране, в отличие от Петербурга, заполняются еще не на 100%. Это первое. А второе — основными спонсорами являются букмекерские конторы, в которых в основном ставки идут, конечно, на футбол как спорт номер один в мире, в том числе и в России.
— Вас как главу петербургской футбольной федерации расстраивает то, что в "Зените" перестали играть местные воспитанники? Весь акцент на бразильцев, а новых Аршавиных, Кержаковых, Денисовых особо не видно. Даже если воспитанники и играют, то единицы и по 10 минут максимум.
— Они не выдерживают на сегодняшний момент конкуренции. Конечно, я этим расстроен, но это не говорит о том, что нужно снизить лимит. Это говорит о том, что мы должны наиболее эффективно работать на другом уровне, воспитывая своих ребят, и смотреть, каким образом мы их интегрируем уже непосредственно в большой футбол. Как показывает практика, в том числе если мы обратим внимание на "Барселону", там тоже достаточно большое количество легионеров, но если появляется талантливый игрок, такой как Ямаль, он начинает играть и в 18 лет, показывая абсолютно мировой уровень. Поэтому, конечно, появятся и будут появляться такие игроки и у нас в футболе.
Мы много что для этого сейчас делаем. Вводим новые форматы, переформатируем само взаимодействие в детском и юношеском спорте. Смотрим, каким образом можно отсматривать ребят, оценивать их игру на всех уровнях — не только в лиге А, но и в лигах B и C. К нам перешел из СШОР "Зенит" в Федерацию футбола один из лучших специалистов в нашем городе по детскому и юношескому футболу — Евгений Наумович Шейнин. Его воспитанники — Игорь Денисов, Александр Кержаков. Это школа, воспитавшая таких ярких футболистов, именно питерских, которые заиграли на мировом уровне. Я считаю, что у петербургской футбольной школы достаточно большой потенциал.
— Многие любители футбола жалуются на малое количество крытых футбольных манежей в Петербурге. По воскресеньям почти все занято турнирами и тяжело проводить тренировки для детей из-за большой загруженности. Видит ли федерация такую проблему и может ли на нее повлиять?
— Видит, мы занимаемся. Мы по этому поводу уже разговаривали в том числе и с правительством, и с губернатором Санкт-Петербурга. Сейчас мы разрабатываем отдельную программу развития футбола в нашем городе. Появятся у нас и крытые стадионы. Но если говорить о турнирах, мы их проводим в выходные дни. У детей — у меня самого ребенок занимается футболом — тренировочный процесс проходит в будни. В основном это период с 5−6 часов вечера — в это время стадионы редко сдаются в аренду, так как люди еще находятся на работе. Соответственно, это время занято под детские спортивные школы.
Но действительно проблема недостатка футбольных площадок в городе есть. Мы стараемся ее решить, в том числе и через формат территорий, выделенных под спорт, и которые на сегодняшний момент инвесторы еще не реализовали. А таких земельных участков, которые выделены городом, у нас около 50. Мы обратились в правительство Санкт-Петербурга с просьбой рассмотреть возможность открытия новых спортивных площадок на этих территориях.
— И широко обсуждаемый вопрос о пиве на стадионах: как вы относитесь к возможности его возвращения?
— Этот вопрос давно обсуждается. У меня по этому поводу неоднозначное мнение. С одной стороны, мы видим, что пиво есть практически на всех площадках мировых, европейских. На чемпионате мира, который проходил у нас, также было разрешено продавать пиво. Мы прекрасно понимаем, что это дополнительные спонсоры, которые могут появиться, в том числе и у футбола.
Но если мы говорим про формат, который сейчас есть в Петербурге, то футбольные матчи на "Газпром Арене" — это все-таки уже событие семейное, этот досуг приобретает немного другой формат, немножко меняется формат зрителя на стадионе. Сейчас приходят целыми семьями, и, конечно, мы должны учитывать, что там находится достаточно большое количество детей. <…> На сегодняшний день это вопрос дискуссионный, я даже не готов на него ответить "да" или "нет".
— Перейдем к другим темам. Вы неоднократно высказывались в пользу ввода платного въезда в центр города. Когда, по вашей оценке, он может появиться? Обсуждается ли такое решение сейчас во властных кругах?
— Обсуждается на федеральном уровне, пока решение не принято. После того как оно будет принято, мы будем уже разговаривать о такой возможности на региональном уровне. Но то, что касается платного въезда в город, я высказываю свое личное мнение. Да, конечно, если будет проводиться эксперимент, я бы настаивал на том, чтобы Петербург был в него включен. Потому что есть мировой опыт, который показывает, что ситуация может очень серьезно измениться в связи с платным въездом в центр города. Это тоже логистическая история, но почему она важна для Петербурга?
Петербург — город-памятник, и это нагрузка на наши здания. Их ремонт, если мы говорим о памятниках архитектуры, а это почти каждая улица и каждый дом в центре, — это уже не просто ремонт, а реставрация. Это огромная нагрузка на бюджет. И конечно, для нас важно эту нагрузку снизить. Я уже не говорю об экологической ситуации, потому что с точки зрения тех вредных веществ, которые оседают в центре города на уровне 20−50 см от дорожного полотна, — там практически вся таблица Менделеева… Поэтому вопрос важный. Он, конечно, дискуссионный, обсуждаемый. Но для больших мегаполисов, как показывает мировая практика, это неизбежно.
— Среди самых обсуждаемых тем у петербуржцев — платные парковки и дифференцированные тарифы. Для многих их ввод стал неожиданным и показался даже излишне строгим, так как повышение было сразу в разы. Считаете ли вы такой подход эффективным и не лучше ли было бы, например, ввести постоянные фиксированные тарифы вместо дифференцированных?
— Нет. В связи с чем это сделано: в первую очередь это логистическая история. Мы говорим о регулировании транспорта. Мы хотим ограничить количество машин, которые въезжают в центр города и идут транзитом через него. В Центральном районе, по-моему, трафик уменьшился на 12%, а в Адмиралтейском — на 10%. Поэтому именно дифференцированный подход и нужен. Мы почему не ввели это с самого начала? Потому что не было возможности администрировать — для этого нужно было создать определенные программные продукты. Они сейчас созданы, и город их реализует.
— С 1 сентября вступил в силу закон о "наливайках". Как вы оцениваете эффект от уже введенных мер и планируются ли в Петербурге новые ограничения по продаже алкоголя вблизи многоквартирных домов?
— Пока нет, не планируются. Мы наблюдаем за тем, как реализуется этот закон. Какие для нас маркеры важные? Количество обращений от жителей, которые жаловались на работу так называемых наливаек, уменьшилось в разы. Сейчас мы видим, что у нас пропали магазины, которые переделывались в кафе, либо же магазины вместе с заведениями, которые "разливают", где был один вход.
Решения приняты. Да, есть те бары, которые пострадали, в том числе и бары атмосферные, которые считались своего рода брендом Петербурга. Но мы с коллегами говорили и всегда говорим о том, что здесь вопрос именно атмосферы, а не места, где он находится. В первую очередь, если говорить об этом законе, мы заботились о жителях нашего города. Те ограничения, которые мы сейчас ввели, достаточно эффективно работают. А некоторые бары действительно смогли переформатироваться.
— С 1 января после трехлетнего моратория и внесения значительных изменений вступил в силу закон о Комплексном развитии территорий (КРТ). Когда, по вашим оценкам, реально начнется реализация программы реновации в Петербурге?
— В ближайшей перспективе я этого не вижу. Как какой-то дальний горизонт можно рассматривать, но я даже больше верю в Комплексное развитие территорий, которые являются промышленными сейчас. То есть там — возможно. А что касается работы закона на застроенных жилых кварталах, то пока я не вижу там никакой коммерческой составляющей. Поэтому если коммерческой составляющей нет, то вряд ли кто-то примет решение о том, чтобы идти и реализовывать эту программу.
Потому что мы прекрасно понимаем, что здесь еще встает дополнительная нагрузка для застройщика: расселение, снос, вывоз мусора за собой. Это достаточно серьезная нагрузка, учитывая, что у нас есть ограничения высотности. Соответственно, мы не можем строить здания по 20−25 этажей, чтобы реализовывать эту программу так, как это, например, делается сейчас в Москве.
— Тем не менее горожане высказывают множество опасений, что могут лишиться квартир, в которых десятилетиями живут, что они лишатся развитой инфраструктуры, зеленых дворов и получат современные квартиры в так называемых человейниках. Как будет контролироваться, что все проведено в соответствии с интересами жителей?
— В законе закреплены две основополагающие вещи. В первую очередь, это так называемые дома-молчуны (где в установленный срок не состоялись общие собрания собственников по вопросу о включении в программу КРТ — прим. ТАСС), в которых по умолчанию исключена возможность вообще попадания в территорию КРТ.
В остальных случаях решение будет принимать каждый дом сам, исходя из тех условий, которые будет предлагать застройщик, желающий эту территорию осваивать. А второе — это география расселения: она должна быть в том же муниципалитете либо в смежных муниципалитетах. Поэтому куда-то далеко люди уехать не смогут. А то, что касается "человейников", повторю: невозможно это при тех ограничениях, которые сейчас есть в районах, которые могут подпадать под КРТ.
— Какие наиболее значимые законопроекты планируются к принятию в весеннюю сессию, заключительную для нынешнего созыва?
— Основные вопросы у нас, конечно, будут связаны с помощью ребятам, которые находятся в зоне специальной военной операции, их семьям. Ребята возвращаются, и у нас очень много вопросов, связанных с их адаптацией здесь, сейчас. Да, есть большие государственные проекты, чтобы вовлекать их в работу в том числе и органов власти. Но мы понимаем прекрасно, что не все ребята, которые возвращаются, готовы, например, идти работать в органах власти. Их нужно адаптировать, и в этом смысле только государственные учреждения не справятся. Здесь, конечно, должны быть и волонтерские, и некоммерческие организации. Поэтому для них будут создаваться определенные льготы, чтобы они могли быть вовлечены в процесс.
Также планируется рассмотреть изменения в городской закон о квотировании рабочих мест для инвалидов. Предлагается установить, что в случае трудоустройства одного инвалида из числа ветеранов СВО у работодателя исполнение квоты будет считаться кратным двум рабочим местам для трудоустройства инвалидов. Это не только упростит работодателям порядок выполнения квоты, но и предоставит дополнительные социальные гарантии ветеранам СВО на трудоустройство.
— Главное политическое событие этого года — выборы. Насколько может обновиться депутатский корпус, по вашим оценкам, и в связи с перенарезкой округов придется ли кандидатам приложить дополнительные усилия, чтобы получить мандаты?
— Местами есть сильные изменения. Например, целый район перешел совершенно в другой округ, если мы говорим о Кронштадтском районе, о Кронштадте как о городе: он был в одном округе, сейчас находится в другом. Поэтому, конечно, тому кандидату, который будет идти по этому округу, придется приложить усилия. Это же касается и других округов, где есть изменения.
По территориям, которые появились в результате перенарезки округов, депутатам, конечно, нужно отдельно составлять план работы. Потому что здесь они, считайте, как первый раз заходят, для них это очень важно. И это большая полевая работа, которую придется проводить депутатам: встречаться с жителями, доказывать, что они действительно готовы выполнять те наказы, которые им дают, и что они их действительно выполняют. Доверие жителей может появиться только через полевую работу.
— Когда "Единая Россия" будет готова назвать своих кандидатов по одномандатным округам на выборах в Госдуму от Петербурга?
— Праймериз (предварительное голосование по кандидатурам для последующего выдвижения от "Единой России" — прим. ТАСС) у нас стартует в марте: мы начнем принимать документы. Кандидаты, которые пойдут на праймериз, будут понятны в апреле. Голосование по праймериз будет в мае. Это будет открытая информация, "Единая Россия" об этом обязательно расскажет.
— Как лидер петербургских единороссов, что скажете о привлекательности партии для горожан? Растет ли число заявок на вступление в ряды ее сторонников и проявляет ли молодежь интерес?
— Молодежное направление достаточно мощное. Мы говорим и о Волонтерской роте, и о "Молодой гвардии "Единой России". Действительно, ситуация кардинальным образом изменилась, если мы сравним ситуацию сейчас и пять лет назад, потому что "Единая Россия" доказывает, что является партией дела. И те люди, которые хотят помогать стране в такой непростой ситуации, они, конечно, тянутся ближе к "Единой России".
Если говорить о популярности партии в Санкт-Петербурге, то ситуация тоже очень сильно изменилась. Партия практически приросла больше, чем в два раза. Сейчас это более 50 тыс. членов партии "Единая Россия" и более 30 тыс. — это те, кто на сегодняшний момент являются сторонниками, которые потенциально должны вступить в партию. Это достаточно большие цифры для Петербурга, учитывая, что еще полтора года назад их было около 40 тыс. человек в целом — и сторонников, и членов партии.
— Рассчитывает ли партия усилить свои позиции в заксобрании по итогам предстоящих выборов? Что для этого будет сделано?
— Рассчитывает. Мы всегда перед собой ставим такую задачу. Мы будем говорить о той программе, с которой идем. Опираясь на то доверие партии, которое уже сейчас оказывают жители нашего города, и то, что партия делает не только для города, но и для наших новых территорий, для ребят, которые находятся в зоне специальной военной операции, мы думаем, что результаты "Единой России" должны стать больше в парламенте города Санкт-Петербурга.
— Появятся ли в новом созыве участники специальной военной операции?
— Это определят жители. Но то, что они появятся на праймериз "Единой России", абсолютно точно.
— Недавно было объявлено, что весной "Единая Россия" откроет большое общественное пространство на Невском проспекте. Расскажите об этом поподробнее.
— На Невском проспекте будет большая приемная руководителя партии Дмитрия Анатольевича Медведева и большое общественное пространство по типу такого, как было на Конногвардейском бульваре. Мы хотим сохранить и название этого пространства — "Среда". Весной планируем закончить ремонтные работы. Там мы будем проводить встречи, мероприятия, у нас появится много интересных спикеров — для молодежи, для членов нашей партии и для людей, кому в принципе интересно идти вместе со страной, развиваться и реализовывать те задачи, которые перед нами ставит президент.
Редакция не поддерживает употребление алкоголя. Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью.