Все новости

Сергей Бодров — старший: я мало хвалил сына

Сергей Бодров - старший Александра Мудрац/TACC
Описание
Сергей Бодров - старший
© Александра Мудрац/TACC

В последние годы Сергея Бодрова — старшего практически невозможно застать в России. Он работает в Америке: снимает фильмы и пишет  сценарии. После долгого перерыва Бодров согласился на российский проект. Он называется "Калашников", Бодров выступит в качестве одного из сценаристов и сопродюсера. Кроме того, в марте стало известно, что он стал президентом Международного кинофестиваля "Зеркало" имени Андрея Тарковского, который пройдет летом в Иванове. 

В интервью ТАСС создатель фильмов "Кавказский пленник" и "Монгол", дважды номинант на "Оскар" рассказал, какое будущее ждет мировой кинематограф, стоит ли гнаться за премией Американской киноакадемии, поведал про "неудачника" Джорджа Клуни, вспомнил о том, как отговаривал своего сына Сергея Бодрова — младшего от работы в кино, порассуждал о необходимости памятника Даниле Багрову и оценил способности внуков. 

—  Если бы вы только знали, как я не люблю давать интервью... 

—  Как раз с этого и хотела начать беседу. Прошлым летом у вас был юбилей, но найти вас в Москве никак не получалось. 

—  Да, не сложилось. Наверное, я был где-то далеко. Прилетел в Москву только в конце июля. 

— Помню, что добраться до вас не получилось. Давайте сейчас попробуем компенсировать. Вы  живете на две страны? 

— Ну как на две. Не та пропорция. Примерно три четвертых и одна четвертая.

— Но основное время проводите все-таки в России? 

— Нет, в основном это работа в Лос-Анджелесе. 

— Над чем работаете? 

— Последний фильм — фэнтези "Седьмой сын" для Universal Pictures с Джефом Бриджесом и Джулианной Мур. И с Алисией Викандер, которую я нашел и которая потом получила "Оскар" за фильм "Девушка из Дании". Большой творческой радости, честно говоря, такие картины не приносят, но ты имеешь возможность работать с людьми, которых любишь. У меня была фантастическая команда. Картину показывали и в России, заработала, кстати, много денег. 

— Понятно, что дальше? 

— Дальше — писал сценарии, продавал их. Что-то не получалось, что-то вполне. Сейчас в Москве буду делать фильм "Калашников". Хочу помочь этому проекту. Хорошая история. Михаил Тимофеевич (Калашников) — легенда, все знают про придуманный им автомат, но мало кто знает про самого изобретателя. А судьба у него была интересная.

— Вы там автор сценария? 

— Я один из сценаристов и сопродюсер. Вместе со мной работали Анатолий Усов и Алексей Бородачев. Материал был непростой.

— Теперь вас с Россией связывает и фестиваль Тарковского. Будете просто свадебным генералом или есть мысли, как его развить? 

—  Свадебным генералом я никогда и нигде не был. Программа, на мой взгляд,  складывается интересная, фестиваль будет доступен для всех жителей города. Приглашение принял сразу.

Андрей Тарковский, бесспорно, один из самых выдающихся  режиссеров мира. А Иваново — удивительный город. Нигде не видел такого патриотизма. Жители действительно гордятся и любят свой город. А губернатор разбирается и любит кино. Что редкость!

— А что-то связанное именно с Америкой планируете? 

— У меня есть давнишний проект, который называется "Самсон". Это библейская история, но написал книжку Владимир Жаботинский. Он родился в Одессе в семье юристов, получил хорошее образование, увлекся политикой. Это все начало XX века. У него была такая идея: евреям, чтобы выжить в России, надо ассимилироваться с русскими. Но потом начались погромы, убийства, он сказал: "Извините, я ошибся, мы не будем ассимилироваться, нам надо бороться, нам нужно собственное государство". Он умер, не увидев это государство, скончался в Нью-Йорке. Мало кто знает, что Жаботинский был потрясающим писателем. Он говорил и писал на двенадцати языках, в 1927 году опубликовал книжку на русском языке "Самсон". Это его история о библейском герое. 

— Ее и будете экранизировать? 

— Да. Она очень парадоксальная, неожиданная, совсем не библейская. Там любовь, кровь, предательство, смерть. Замечательные характеры. Самсон совершает ошибки. И погибает, защищая свои принципы. Книжка и правда удивительная. Я как-то шел по Сретенке, зашел в книжный магазин (очень их люблю), увидел эту небольшую книгу. Открыл и минут 40 читал. Не мог оторваться. Потом потратил много времени и денег, чтобы доказать: студия Paramount Pictures потеряла права на эту книгу — в 1949 году они снимали фильм "Самсон и Далила". И доказал, что прав у них нет. Потом начал искать родственников Жаботинского. Попадались какие-то самозванцы (смеется). Они были Жаботинские, но не те. И с пятого раза мы нашли его внука и внучку. Внук — бывший военный летчик, внучка — тоже интересный человек. Мы с ними подружились, начали разговоры о картине. Она пока не состоялась, потому что очень долгий кастинг идет. Кто сыграет героя? У меня есть мысли, но актер пока занят. Поэтому проект затянулся. 

— Актер российский?

— Нет, он из Великобритании. Мне кажется, это не русская история, она международная. Сейчас еще думаю, что надо делать сериал про самого Владимира Жаботинского. Это большая история. Причем делать ее надо в Израиле. 

— Вы много снимали в Америке, ваши фильмы номинировали на "Оскар". Как считаете, русским режиссерам как следует относиться к этой премии? 

— Спокойно. Когда ты полон сил и молод, амбициозен — это не так плохо, конечно. Интересно получить "Оскар". Я был два раза номинирован за две свои, как мне кажется, вполне приличные картины — "Кавказский пленник" и "Монгол". Попасть в пятерку — это очень приятно. И весело. Ты сидишь, открывают конверт, а там не твоя фамилия. Это несколько секунд переживаний.

— Обидно, наверное? 

— В этот момент — да, обидно. На одной из церемоний за мной сидел Никита Михалков, он тоже был номинантом. Он наклонился и сказал: "Сережа, сейчас все обрадуются, что мы с тобой ничего не получили". Ну пошутил так. 

— А он тогда тоже не получил? 

— Тогда не получил. Но у него к тому времени уже был "Оскар", вполне заслуженный. Когда я вошел в банкетный зал после церемонии, то увидел за столом сидящего в одиночестве Джорджа Клуни. "Ты проиграл?" — спросил он меня. Я кивнул. " Садись, — сказал он. — Это стол для неудачников!" Через несколько минут за столом сидела выдающаяся компания. Вот этим "Оскар" и хорош. 

— В общем, не получили и ничего страшного?

— Даже если ты не получил "Оскар", но твой фильм номинировали, открываются все двери. Начиная от Спилберга. Все студии открыты.

Тем Америка и хороша — она любит изобретателей. Хоть что-нибудь ты свое придумал, это сразу в дело. Я был журналистом в свое время, работал в журнале "Крокодил" при советской власти. Тогда самые несчастные люди были — изобретатели. Никто ничего не хотел. Они изобретали, а не нужно это было никому. А вот в Америке они нужны. И то же самое в кино. В Америке поощряют тех, кто что-то придумывает

Вот сейчас многие снимают фильмы на телефон. Я недавно сам снимал одну короткометражку на Гавайях на телефон. И очень удобно. 

— Как думаете, за этим будущее? 

—  Я вам скажу, за чем будущее. Большие зрелищные фильмы, экшен уйдет в кинотеатры. Все человеческие нормальные истории уйдут на телевидение. Будут фильмы, сериалы. И это правильное деление. Сейчас поголовно все хорошие режиссеры, сценаристы уходят на телевидение. Ты только там можешь рассказать большую историю. 

— А что же делать режиссерам, которые работают в жанре авторского кино? Они же хотят участвовать в фестивалях, показывать фильмы на больших экранах. Они не хотят только на телевидение.

—  А кто им мешает? Пока никто. Есть в Европе Канны, Берлин, Венеция. В Америке таких больших фестивалей нет. И скоро будет только два варианта: или ты хочешь делать блокбастеры, или сериалы на телевидении. 

— Да, но ваш "Кавказский пленник" — это драма. А "Монгол" — зрелищное кино. Что вам сейчас интереснее снимать? На каком этапе находитесь? 

— На разных этапах. В Китае застрял в министерстве пропаганды мой "Монгол-2". Сценарий написан, дальше движения нет. Это рассказ о последнем годе из жизни Чингисхана. Последняя женщина, последняя битва, последнее решение о наследнике. Там и экшен, но это такой, условно говоря,  "Король Лир". Чингисхан знает, что умирает, и думает, что делать. И опять история с кастингом. Нужны азиатские актеры. Не все из них говорят на английском. "Монгол" снимался на монгольском и шел с субтитрами. Но это как бы на любителя. В общем, пока мы застряли.

— Вы застряли в Америке с Самсоном, в Китае — с Монголом...

— Да, застряли. Вот сейчас и выбираюсь из этого. 

— А если говорить про продолжения — я так понимаю, что вы против создания фильма "Брат-3". В первых двух частях снимался ваш сын. Вы против самой идеи делать продолжение после его кончины или против предполагаемых авторов, которые собираются этим заниматься? 

— Авторы там — какие-то неизвестные мне люди. Но это их дело. Я не буду, конечно, стоять у них на пути  и кричать: "Не надо такое снимать!" Хотят — пусть делают, у нас свободная страна. Просто считаю, что не стоит такое снимать, потому что первая часть — замечательная.

— Да, но это же снимал Алексей Балабанов. 

— Балабанов делал и вторую часть, мы по этому поводу много спорили. Но все равно — это кино. 

— А не было мыслей самому заняться съемками фильма "Связной" (Сергей Бодров — младший в 30 лет погиб на съемках этой картины в 2002 году во время схода ледника Колка — прим. ТАСС).

— Нет. Сценарий, который написал Серега, очень сильный. Был поражен, когда его прочитал. И сказал своему сыну: "Слушай, не снимайся, не режиссируй. Пиши! Смотри, какой ты написал сценарий!" И он тогда ответил: "Ну вот, меня отец впервые в жизни похвалил..."

И до сих пор чувствую свою вину — действительно, я мало хвалил сына

Он знал, как поставить этот сценарий. Я его читаю часто. Очень хороший.

— Насколько помню, там же в основе реальная история? 

— Да. Сережа снимался у Режиса Варнье в фильме "Восток-Запад", к нему подошли ребята из Дагестана. Бандиты. Но такие, нормальные люди. И он с ними подружился. Они начали рассказывать свои истории. Сережа понял их суть, переработал их рассказы.

— Не обидно, что сценарий просто лежит? 

— Вдруг кто-то возьмет и испортит? Зачем? Это надо найти второго Алексея Балабанова. Сложный сценарий, не для каждого. Сережа понимал, как с ним работать. 

— Чтобы закрыть тему. Сейчас обсуждают установку в Москве  памятника Сергею Бодрову в образе Данилы Багрова из "Брата". Как к этому относитесь? 

— Отношусь положительно. И правильно, что это памятник не ему, а герою, который, конечно, связан с Серегой. Обсуждается это уже очень давно. Идея должна как-то созреть. Думаю, все состоится в итоге, потому что правильное дело. Видел эскизы, они вполне нормальные. Стоять будет на одной из улиц, как я понимаю. 

— У вас получилась династия: Сергей Бодров — старший, Сергей Бодров — младший... Понятно ли, пойдут внуки, дети Сергея, по вашим стопам? Есть способности? 

— Внучка Оля, ей 20 лет, очень способная, внуку Саше — 16, тоже вижу способности. Оля закончила школу с золотой медалью, танцевала с десяти лет. Поступила в ГИТИС. Она работяга. И однозначно способная. И не потому, что она моя внучка, просто вижу это. Будет ли у нее будущее в нашей профессии — не знаю. Саша тоже способный, очень смешной. Снимал клипы, они между собой разыгрывали забавные истории. Это еще когда были детьми. Сейчас пока не решили, чем точно будут заниматься.

— Вы на них в этом смысле не давите? 

— Ни в коем случае. Сами будут решать. Сами выбирать. Зачем давить? Это не нужно. Я уже давил на своего ребенка, на своего сына. Он в 12 лет пошел в театральную студию. Я говорю: "Хочу посмотреть". Он: "Нет, не приходи". Потом ему было 14. Говорит: "Хочу быть актером". Я ему тогда сказал: "Только через мой труп. Для мужчины это самая ужасная профессия, очень сложная. Ты зависим, ты не выбираешь, выбирают тебя". Если бы он мне сказал: "Да я все равно буду актером и перешагну через твой труп", я бы его, конечно, поддержал. Но Сережа тогда задумался. И когда ему было лет 16–17, он сказал, что, может быть, пойдет во ВГИК на сценарный. Я ответил: "Зачем тебе идти на сценарный, я тебя научу за неделю писать сценарии. Это не сложно". И он сам написал сценарий. Очень хороший. Школьный, про жизнь. Любопытный. 

— Но все-таки одну из главных ролей в "Кавказском пленнике" Сергей в итоге сыграл... Сняли родительский запрет?

— Сережа к тому времени уже закончил исторический факультет МГУ. Защитился. Даже с отличием. И попросился ко мне работать. Я сказал: "Да, очень хорошо, будешь ассистентом. Езжай в Дагестан, ищи мне актеров". И он приехал через три недели, все нашел, все показал. А мы искали актера на главную роль. Был Олег Меньшиков, а второй парень никак не находился. И я поделился с Сергеем. И он предложил: "А попробуй меня". Я как-то не был сторонником ситуаций, когда режиссеры снимают своих детей. А тут посмотрел на него и подумал, что он похож на героя. А это важно, этому не научишь. Он был просто вот таким парнем. И мы прорепетировали немножко дома. А когда начались пробы — все стало понятно. 

— С другой стороны, может и хорошо, что у Сергея не было профессионального образования? Такую естественность не сыграешь.

— Да-да-да. Естественность.

Я люблю работать с непрофессиональными актерами. Просто надо угадать, что он сможет. Люблю и с детьми работать, потому что они замечательные

— Может быть, внукам все-таки дадите шанс? В "Калашникове", в "Самсоне", ну где-нибудь? 

— В "Калашникове"  — да. Там уже не постеснялся и зарезервировал для Ольги небольшой эпизод. 

— Сергей цитировал такие ваши слова: "Кино — это страсть, и если ее нет, то нужно либо дождаться, либо забыть о ней навсегда". Это ваша фраза? 

—  Не знаю, не помню. Очень длинная фраза, я короче объясняюсь (смеется). Конечно, должна быть страсть к кино. Есть режиссеры, которые снимают с холодной головой. Но я думаю, что нужна эмоция. Страсть. Или боль. Просто делать фильм ради денег или успеха — не имеет никакого смысла. 

Беседовала Наталья Баринова