Все новости
Русские на американской войне: как Россия помогала США, пока те избавлялись от рабства
Русские на американской войне: как Россия помогала США, пока те избавлялись от рабства
Русские на американской войне: как Россия помогала США, пока те избавлялись от рабства
Русские на американской войне: как Россия помогала США, пока те избавлялись от рабства
Русские на американской войне: как Россия помогала США, пока те избавлялись от рабства

Русские на американской войне: как Россия помогала США, пока те избавлялись от рабства

Моряки Российской империи, входившие в военно-морскую экспедицию, отправленную в США в 1863 году
© Buyenlarge/Getty Images
Санкт-Петербург не оставил сомнений в своих намерениях: направил военные корабли в Сан-Франциско и Нью-Йорк. Из европейских правителей, кроме Александра II, Вашингтон не поддержал никто

Начавшаяся в апреле 1861-го, 160 лет назад, американская Гражданская война — не постороннее для России событие. Противостояние между северными и южными штатами разворачивалось при заинтересованном наблюдении со стороны Санкт-Петербурга, демонстрировавшего готовность применить военную силу. Министр иностранных дел Александр Горчаков писал американскому послу так: "Только Россия стояла на вашей стороне с самого начала и продолжит делать это. Превыше всего мы желаем сохранения Американского Союза как неразделенной нации. <…> России делались предложения по присоединению к планам вмешательства. Россия отклонит любые предложения такого рода. Вы можете рассчитывать на нас". Расположенность к Америке имела вескую причину: восьмью годами ранее Соединенные Штаты, единственная из западных стран, негласно выказали поддержку Санкт-Петербургу в Крымской войне 1853–1856 годов. Прежде чем разойтись в XX веке, Россия и США в течение ста лет были полезны друг другу и нередко отстаивали свои интересы сообща.

Дядя Сэм протягивает руку

Враг моего врага имеет шансы стать моим другом. Правило международной политики, которому следовала Российская империя, помогает понять мозаику международных отношений времен ее расцвета. Враждуя с европейскими державами, Санкт-Петербург втайне поддерживал сепаратистов Корсики против французов, сторонников независимости Южной Америки в противовес испанцам и американских патриотов в их затяжном противостоянии с Великобританией. Эта логика закладывала основания для прочного взаимопонимания. Пока отношения Великобритании и США не улучшались, Россия оставалась нужна американцам, а они — ей.

В первой трети XIX века отношения между Санкт-Петербургом и Вашингтоном выходят на уровень, близкий к безупречному. В 1832 году Россия получила от США статус наибольшего благоприятствования в торговле: он был ей предоставлен первой во всем мире. Тесная дружба поощрялась на уровне императора. "По отношению к Соединенным Штатам его величество настроен настолько благожелательно, насколько он вообще может испытывать добрые чувства к стране со свободными общественными институтами", — писал на родину американский дипломат Нейл Браун. И он же называл Николая I "неотразимым", а его рукопожатие — "славной республиканской хваткой".

Голод 1845 года в Ирландии парадоксальным образом содействовал сближению России и Америки. В Новый Свет подались колонисты, принесшие с собой обиду на Великобританию, которая удерживала остров силой, а справиться с его несчастьями не смогла. Окрепшая ирландская община (из нее выйдут, в частности, предки Джо Байдена) сочувствовала всем врагам англичан на свете. Когда в 1853 году Британская империя вступила в Крымскую войну, американские ирландцы на митингах, посвященных политзаключенным борцам за независимость у себя на родине, вспомнили про Россию: стали выкрикивать слова поддержки в адрес русского царя.

Америка рассматривает Крым в бинокль

Содействие России против Великобритании стало неофициальной политической линией и самих Соединенных Штатов. Этот нюанс проговорил президент США Франклин Пирс: "Мы со всей искренностью желаем сохранить нейтралитет, но возможно ли это, ведает лишь Господь". Американцев пугало долгосрочное англо-французское сближение 1850-х: две державы, объявившие войну России, договорились координировать свои действия не только на востоке Европы, но и "во всех других частях земного шара, включая Западное полушарие". Это входило в противоречие с доктриной Монро, по которой США брали обязательство никого не пропускать на свой "задний двор". Одновременно с Россией Америка почувствовала себя под угрозой: в ее интересах было бы скорое поражение Парижа и Лондона в Крыму и завершение альянса между ними.

Выходцы из США приняли участие в боевых действиях. 30 американских врачей трудоустроили в российской армии, сопротивлявшейся вторжению, и 15 инженеров стали помогать прокладывать железнодорожные пути, чтобы разрешить самую главную для России — логистическую проблему на Крымской войне. Почти сразу же разразился международный скандал: вопреки статусу нейтральной державы, США, не дожидаясь окончания войны, поставили России заказанный ею заранее пароход. И тогда же Франция и Великобритания узнали об оснащении российских каперов на верфях в США. Последовал официальный протест обеих держав, который оставили без внимания.

В Санкт-Петербурге по достоинству оценили жест американцев. Сначала Николай I, а затем сменивший его Александр II направляли в Вашингтон благодарственные послания с формулировкой "за слова поддержки и ободрения и за щедрую помощь".

Русский флот прикрывает Сан-Франциско

Разразившаяся спустя пять лет после Крымской американская Гражданская война предоставила России возможность ответить США симметрично: выступить с позиции вооруженного нейтралитета, явно благоприятного только для одной из сторон. Геополитическая ситуация за краткий срок не успела измениться. Противниками России по-прежнему оставались Великобритания и Франция. Вероятность нового конфликта не исключалась. В 1863 году предоставился повод: восстание в Польше, пытавшейся отделиться вместе с землями Украины и Белоруссии, получило поддержку Лондона и Парижа. В Санкт-Петербурге стали опасаться "Крымской войны — 2".

Подобно тому, как в 1853 году Россия уничтожила турецкий флот в гавани Синопа, так и англичане или французы могли бы ответить тем же: атаковать российские корабли без предупреждения в их портах приписки. По этой причине часть кораблей заранее решено было вывести в открытое море. Родился план — переправить их в Америку. Александру II эта идея понравилось: с одной стороны, держать флот в боеготовности, а с другой, оказать содействие США, в дружбе с которыми тогда никто не сомневался.

Уже было известно, что интересы Америки и России вновь совпали вдоль тех же силовых линий. Как и России, США угрожали Великобритания и Франция, хотя напрямую в ход войны они не вмешались. Тем не менее ожидалось, что могут это сделать из-за зависимости от поставок хлопка, связывавшей их с Югом. Тем более что войска Парижа и Лондона уже располагались поблизости: участвовали в мексиканской гражданской войне 1861–1865 годов.

Прибытие в 1863 году русских судов в Сан-Франциско и Нью-Йорк свело вероятность иностранного вторжения на нет и лишило южан выгодной возможности для атаки на калифорнийское побережье. Воодушевленные этим, северяне устроили командирам флота — адмиралам Попову и Лесовскому, одному на Тихоокеанском побережье, другому на Атлантическом — торжественный прием.

Русский Иван заходит слишком далеко

Пока русские моряки доказывали Америке свою добрую волю, еще один российский военный — без распоряжения из Санкт-Петербурга — делал то же самое на свой страх и риск. Полковник Иван Васильевич Турчанинов, избранный на свой пост солдатами-северянами, дослужился до бригадного генерала, проявив себя до этого в битвах при Чикамоге и Чаттануге. Воодушевление Турчанинова внутренней американской войной не знало границ, поставив его на край конфликта с боевым руководством. Мало того что Турчанинов стал Джоном Турчиным, а его супруга превратилась в полкового врача мадам Нэйдин Турчин, но и урожденного американца генерала Бьюэлла, которому он подчинялся, русский обвинил в бездеятельности и тайном сговоре с южанами, с которыми того объединяло открытое владение рабами. Бьюэлл в долгу не остался. Турчина отдали под военный суд за грабежи при взятии города Афины в штате Алабама. Спас офицера президент Линкольн, избрав для этого изящный способ. По законам того времени местный армейский арбитраж не имел юрисдикции над генералами. И Турчанинов получил это звание — став первым (и единственным по сей день) выходцем из России, поднявшимся в американской армии настолько высоко. Выйдя — благодаря Линкольну — свободным из зала суда.

В России об участии соотечественника в войне знали, но считали этот поступок нарушением офицерского долга. В Санкт-Петербурге на Турчанинова смотрели как на дезертира, в 1856 году бросившего службу в императорской армии ради возможности начать новую жизнь в США. Многое наводило на мысль, что будущий генерал покинул Россию в раздражении как противник властей. В то время он переписывался с революционером Герценом и даже лично повстречал его в Лондоне. Спустя время Турчанинов к Соединенным Штатам охладел и писал Герцену так:

"Разочарование мое полное; я не вижу действительной свободы здесь ни на волос. <…> Эта республика — рай для богатых; они здесь истинно независимы; самые страшные преступления и самые черные происки окупаются деньгами. <…> Что касается до меня лично, то я за одно благодарю Америку: она помогла мне убить наповал барские предрассудки и низвела меня на степень обыкновенного смертного <…> никакой труд для меня не страшен".

Во время Русско-турецкой войны 1877–1878 годов американский генерал в отставке попросился назад — зачислить его на службу (к слову, Турчанинов воевал еще в Крыму в 1850-е), но получил отказ. В США он прожил до самой смерти в 1901 году, закончив свои дни без средств к существованию. К этому времени и русско-американские отношения тоже вступили в непростые времена.

Игорь Гашков