Все новости

Войны памяти. Почему они захлестнули Америку

Андрей Шитов — о том, как в Вашингтоне пытаются вписаться в новую историческую эпоху и по-ленински делят власть

В США прозвучал публичный призыв к смене национального гимна. Музыкальный редактор портала Yahoo News Линдси Паркер напечатала комментарий о том, что песнь об "усыпанном звездами знамени" кажется "несозвучной" нынешней "все более антирасистской эпохе".

"Последнее унижение"

У нее есть основания так думать. В тексте гимна упоминается, что "наемников и рабов" ничто не спасет от "ужаса бегства и мрака могилы". Американские комментаторы считают, что имелись в виду чернокожие невольники, сражавшиеся на стороне британских колониальных войск в войне за независимость США. В наши дни эти слова почти никогда не звучат; исполнители гимна обычно ограничиваются первым куплетом.

Автор текста поэт-любитель Фрэнсис Скотт Ки был юристом, прокурором столичного округа Колумбия. Поддерживал в суде обвинения против аболиционистов, сам владел рабами. Но в конце жизни часть их освободил, выступал за добровольное возвращение чернокожих в Африку. Памятник ему был 20 июня снесен в Сан-Франциско.

Между тем в Нью-Йорке на школьной выпускной церемонии некая Лиана Моралес отказалась петь оду знамени и заменила ее неофициальным гимном черной Америки: Lift Every Voice and Sing ("Да возвысится и запоет каждый голос"). Газета Wall Street Journal подчеркнула, что жест неповиновения был поддержан остальными выпускниками и администрацией школы. А заодно напомнила, как афроамериканец Колин Каперник, звезда профессионального футбола США, поплатился карьерой за то, что еще в 2016 году начал публично протестовать во время исполнения национального гимна.

Паркер в своем комментарии ссылалась на единомышленников среди профессиональных историков и правозащитников в США. Один из последних предложил заменить "Усыпанное звездами знамя" песней Джона Леннона Imagine ("Представь себе") — призывом к миру, любви и согласию всех людей на земле.

Но это вызвало встречный протест. "Ну вот и национальному гимну каюк", — вздохнула в Twitter известная телеведущая Мегин Келли. А не по годам влиятельный консервативный идеолог Бен Шапиро саркастически заметил, насчет Imagine: "Вот как раз такого национального гимна мы и заслуживаем. Потому что мы павший народ, который с каждым днем все больше отдаляется от Божьей благодати. И нас дОлжно покарать еще и этим последним унижением".

Следствие, а не причина

Все это я к тому, что нынешняя "война с памятниками" в США, кажущаяся со стороны дикой и невообразимой для цивилизованной страны, имеет давнюю предысторию, в которой нет ничего особо загадочного для специалистов. Например, Дмитрий Суслов из Высшей школы экономики недавно хорошо написал о том, что еще со времен Гражданской войны в США общественно-политическая стабильность за океаном опиралась на "неформальный компромисс, позволивший примирить бывших противников и их потомков", — в том числе и путем сохранения каждой из сторон своих героев и своих памятников.

Памятник Эндрю Джексону в Вашингтоне, июнь 2020 года REUTERS/Kevin Lamarque
Описание
Памятник Эндрю Джексону в Вашингтоне, июнь 2020 года
© REUTERS/Kevin Lamarque

Теперь этот компромисс рушится. И дело, разумеется, не в том, что после гибели афроамериканца Джорджа Флойда в результате его задержания полицейскими все в США вдруг спохватились, что "жизнь черных имеет значение". И даже не в президентстве республиканца Дональда Трампа, хотя при нем внутренний раскол американского общества дошел, на мой взгляд, до состояния политической и идеологической "гражданской войны".

Да, белый националист, популист и волюнтарист Трамп — фигура крайне необычная, если и не уникальная в американской истории (его часто сравнивают с седьмым президентом США демократом Эндрю Джексоном, знакомым всем по портрету на 20-долларовой купюре; о том пишут, что он был "Трампом своего времени"; как раз при нем прокурорствовал Фрэнсис Скотт Ки). Но все же, на мой взгляд, правление нынешнего хозяина Белого дома — следствие, а не причина глубинных перемен, происходящих за океаном.

"Объяснить я и сам могу..."

Оговорюсь, что рассуждения на эту тему часто напоминают мне анекдот о политологах, один из которых предлагает: "Давай объясню". А другой отвечает: "Объяснить я и сам могу, мне бы понять..." Но все же расскажу, как я сам для себя объясняю то, что творится в США.

Если предельно кратко и упрощенно, я считаю, что Америка мучительно и запоздало приспосабливается к своей новой роли в мире после прекращения классической холодной войны, распада СССР, а с ним и прежней двухполярной модели мироустройства. Поначалу казалось, что новая модель будет основана на Pax Americana, т.е. безоговорочном доминировании США в мировых делах. Мнилось это прежде всего самим американцам, у которых "головокружение от успехов" породило даже нелепую теорию "конца истории".

На практике, однако, однополярная модель оказалась нежизнеспособной. Попытка США делать вид, будто им "море по колено", обернулась бесконечной чередой кризисов — причем не только во внешней, но и во внутренней политике.

Следствием дерегулирования международных отношений и символом американского вмешательства в чужие дела стали "цветные революции" и военные авантюры в Ираке, Афганистане, Ливии и других местах. А начавшееся еще при Билле Клинтоне в угоду Уолл-стрит банковско-финансовое дерегулирование обернулось такими шоками, что чуть не обрушило американскую и всю мировую экономику. Джорджу Бушу — младшему и Бараку Обаме пришлось спешно "закручивать гайки" назад.

Видя все это, американцы недоумевали: если их страна — "царь горы", то почему воюет почти всегда неудачно?. Почему то радостное чувство неуязвимости, которое охватило их после "победы" в холодной войне, на поверку оказалось мифом и рухнуло вместе с нью-йоркскими башнями-близнецами в результате терактов 11 сентября 2001 года? Почему им приходится жить с пониманием, что их страну повсюду в мире не любят, и ощущением не большей, а меньшей безопасности?

Наконец, самое главное: почему тускнеет домашняя "американская мечта"? Почему не выполняется главный ее пропагандистский тезис — о том, что каждое новое поколение должно жить лучше предыдущего? Ведь известно, что молодое "поколение тысячелетия" в США уже живет и будет жить хуже родителей, и это порождает огромные материальные и морально-психологические проблемы и для "отцов", и для "детей".

Да и в сравнении с внешним миром американская витрина выглядит уже далеко не так завидно, как прежде. Американцы знают и видят, что, например, по состоянию инфраструктуры — от аэропортов до автодорог — их догоняют и перегоняют другие страны и в Европе, и в Азии. А теперь на все это накладывается еще и очевидный провал системы здравоохранения в США в условиях пандемии нового коронавируса.

"Время для репараций"?

Конечно, это факторы стресса для всего американского общества. А особенно сильно страдают — и чувствуют себя обездоленными — самые уязвимые слои, прежде всего небелые. Вот они и бунтуют, создавая почву для злорадных анекдотов о "цветной революции" в США.

Ко всему прочему, их ведь еще и подзуживают. Влиятельнейшая газета New York Times весь прошлый год продвигала так называемый Проект 1619, приуроченный к 400-летию доставки в британские колонии в Новом Свете первых чернокожих невольников. Авторы его доказывают, будто именно от этой даты следует вести отсчет всей истории США, поскольку, дескать, мощь и величие заокеанской республики всегда зиждились на рабском труде.

Один из главных тезисов инициатора спецпроекта Николь Ханны-Джонс сводится к тому, что первопричиной и движущей силой восстания американских колонистов и их войны за независимость от британской короны было стремление к сохранению рабства. "Расизм против черных заложен в самой ДНК этой страны", — утверждала темнокожая журналистка.

Она не историк, и многие эксперты сразу принялись оспаривать и опровергать ее ревизионистский подход. Но профессиональная контратака, как ни странно, провалилась. Проект продолжается по сей день, редакция и другие апологеты его настойчиво продвигают, в том числе и в школьные учебные программы. Ханна-Джонс получила Пулитцеровскую премию за 2020 год по разряду комментариев и на днях напечатала новый текст: "Что задолжали. Настало время для репараций".

Имеются в виду репарации, которые, по мнению автора, Америка обязана заплатить сегодняшним потомкам рабов. Конкретных сумм Ханна-Джонс не называет, но подчеркивает, что речь должна идти о прямых денежных выплатах из казны афроамериканцам, способным доказать, что среди их предков были невольники.

Американский "пылесос"

В условиях пандемии "разбрасывание денег с вертолета" для стимулирования экономики выглядит не такой фантастикой, как обычно. Да и нынешнее массовое помешательство на почве борьбы с расизмом в США нельзя сбрасывать со счетов. Но прежде идея репараций отвергалась основной массой американцев. В конце прошлого года ее поддержали 29% участников опроса на эту тему (75% черных и лишь 15% белых). Черные составляют около 13% населения США.

Вместе с тем в принципе лозунг "Деньги на бочку" — вполне американский. Если уж говорить об истоках процветания и мощи США, то для меня они давно сводятся к "американскому пылесосу", высасывающему со всего мира чужие ресурсы. Поначалу те включали и физическую силу рабов, в наше время — в основном мозги и деньги.

Тягу в этом пылесосе создают, во-первых, жадность, а во-вторых, — свобода: людей прямо и открыто заманивают возможностью работать исключительно на свой карман, без всякой оглядки на общественное благо, и обещают позволить им "все, что не запрещено законом". Это на самом деле мираж. Но увлекает он многих, в том числе и среди тех, кого трудно заподозрить в излишней доверчивости.

Спросите об этом, например, Виктора Вексельберга, Олега Тинькова или Павла Дурова. Вольно им было верить в то, будто Фемида в США и в самом деле слепа.

Зачем выбрали Трампа

Американцы не видят ничего зазорного в жадности и эгоизме — ни на личном, ни на общенациональном уровне. Уверен, что поэтому они и выбрали Трампа своим президентом.

"Хватит с нас красивых слов", — как бы сказали люди. Человек обещает построить на мексиканской границе стену и вообще укоротить "понаехавших"; вернуть в Америку деньги из офшоров и рабочие места с нормальным заработком; взыскать с союзников-дармоедов реальную плату за наши услуги, включая военные. А заодно, кстати, и вернуть домой наших солдат, оказывающих эти услуги, если те не оплачиваются должным образом.

Кандидат в президенты США Дональд Трамп, август 2016 года EPA/SHAWN THEW
Описание
Кандидат в президенты США Дональд Трамп, август 2016 года
© EPA/SHAWN THEW

Сами знаете: всем этим Трамп как раз и занимается. И те же самые санкции, которые у всех в зубах навязли, с точки зрения США — вполне нормальный инструмент конкурентной борьбы, выколачивания экономических преимуществ и из противников, и из союзников.

Я на днях слушал очередной раунд "Примаковских чтений" и с удовольствием убедился, что именно так это понимают наши ведущие специалисты-международники. А в США, смею вас заверить, так же рассуждают в массе своей нормальные избиратели, в том числе и небелые.

Делят власть по-ленински

Но проблема в том, что американские элиты все время делят власть в собственной стране. До выборов 3 ноября остается чуть больше четырех месяцев. И тут уже обеим сторонам не до миндальничания.

Поэтому Трамп требует как можно скорее раскрутить заторможенный пандемией экономический маховик. Поэтому он плюет на коронавирус и созывает своих сторонников на массовые митинги. И поэтому же он, возможно, отчасти даже заинтересован в смуте и погромах, сопровождающих антирасистские выступления протеста, поскольку те позволяют ему козырять новыми лозунгами — о восстановлении в стране закона и порядка.

У лидеров демократической оппозиции, начиная с ее вероятного кандидата в президенты Джозефа Байдена, — свои расчеты. Я не буду все перечислять; в данном случае достаточно того, что "войны памяти", включая и "войны с памятниками", — составная часть политической борьбы против партии власти. И New York Times со своим спецпроектом играет в этой борьбе роль "коллективного пропагандиста, агитатора и организатора". Как и предсказывал в свое время классик революционной теории и практики Владимир Ленин.

Афроамериканцы — ключевая часть демократического электората. Именно поэтому оппозиция в США и подчеркивает сейчас всеми силами, что "черные жизни" несравненно важнее белых и вообще чуть ли не важнее всего на свете. Так сказать, мораль расовая выше морали общечеловеческой (ничего не напоминает из тех же ленинских времен?).

Как хотите, но я убежден: 80-летняя демократка Нэнси Пелоси, спикер нижней палаты Конгресса и третий человек в государственной иерархии США, публично становилась на колено не потому, что ей ненавистен расизм, а потому что ей ненавистен Трамп.

Есть ведь и другие подтверждения либерального оппортунизма. Прожив полжизни за океаном, я вообразить себе не мог, что там будут всерьез обсуждаться преимущества социализма. Но теперь это происходит, поскольку молодежи на самом деле наплевать, под какими знаменами маршировать к своей "американской мечте", — лишь бы та сбывалась. Это, кстати, правильно: это путь к конвергенции.

А Пелоси и иже с ней поддакивают и потакают молодым избирателям. И лепят "образ врага" уже не из СССР, а из России. Тем самым подтверждая, что им и раньше страшна и ненавистна была скорее Россия, чем социалистическая модель развития.

За что боролись, на то и напоролись

Но теперь в борьбе за "смену режима" в собственной стране американские либералы, похоже, за что боролись, на то и напоролись. И многие уже ежатся от "перегибов".

Газета Washington Post, не уступающая New York Times по части оппозиционности, на днях признала, что Трамп был прав, когда в 2017 году предупреждал, что люди, атакующие памятники южанам-конфедератам, на этом не остановятся. "Значит, на этой неделе Роберт Ли; вижу, что и Джексона Каменную Стену сносят, — сказал он тогда. — Интересно, а через неделю кто будет — не Джордж ли Вашингтон? А еще через неделю, может, Томас Джефферсон? Надо ведь, знаете ли, себя спросить: а край-то где?"

Тогда над президентом насмехались, теперь его слова выглядят пророческими, пишет столичная газета. Бюст Вашингтона потихоньку убрали с глаз долой даже в университете, носящем его имя. "Одолев в основном мятежную армию [южан], иконоборцы принимаются за отцов-основателей", и что-то не слышно, чтобы кто-нибудь из насмешников их одергивал, констатирует издание.

Зато позже одернул Трамп. По его новому указу разрушение монументов в США будет строго караться. Думаю, американцы в целом одобрят такой подход. Собственно, и автор статьи в Washington Post пишет, что "большинство ее склонных к левым взглядам друзей" — тоже против "статуицида", но вот только "предпочитают, чтобы их не принуждали говорить это вслух".

Помните, у нас пели: "Одни слова для кухонь, другие — для улиц"? Потому что, "если есть те, кто приходят к тебе, найдутся и те, кто придет за тобой". Сегодня это — про Америку и американцев.

Stay Woke!

Жаль, что они не знают нашей протестной классики. Но мысли схожие бродят и у них. Сетевое издание для "политически бездомных" New Discources напечатало эссе о том, как определить ту грань, за которую порядочным людям заступать нельзя. За которой такое "внешне благородное" дело, как борьба с расизмом, превращается в свою противоположность.

Не стану пересказывать рассуждения диссидентствующего политолога: тем более что он не столько что-то утверждает, сколько ставит вопросы. Отмечу лишь, что, по его словам, нетерпимость к инакомыслию проявляется сейчас в США не только в сносе памятников, травле известных людей, увольнениях с работы или даже "распаде межрасовых браков", но и в "подрывном манипулировании языком".

Примером автору служит формулировка whiteness is property: нечто вроде "белый — цвет собственности". По его словам, она использовалась погромщиками для оправдания поджогов. Но, на мой взгляд, еще нагляднее название самого комментария: The Woke Breaking Point.

Термин woke — неологизм, не имеющий в русском языке аналога. Это прилагательное, которое я для себя перевожу, как "расово сознательный". То есть меряющий все свои действия и суждения критериями той самой расовой морали, о которой я выше упоминал. И, значит, перевод заголовка — "Точка слома расовой сознательности".

Если верить Википедии, впервые в нынешнем смысле слово woke прозвучало в 2008 году в соул-альбоме афроамериканки Эрики Баду "Новая Америка: четвертая мировая война". Теперь это, по сути, пароль, с помощью которого активисты движения "Жизни черных важны" отличают "своих" от "чужих". Не удивлюсь, если термин, от которого образованы уже и существительное wokeness и фразеологизм stay woke, поспорит с "коронавирусом" за статус "слова 2020 года" в США.

Бди!

При всем том изначально woke по-английски значило просто "проснулся", "пробудился". Привкус исходного значения сохраняется и в неологизме, так что stay woke можно перевести и как самый краткий афоризм Козьмы Пруткова: "Бди!"

Я, например, намерен неукоснительно ему следовать. Буду следить, какие еще сюрпризы преподнесет нам современная политическая жизнь в США. Памятуя, что по большому счету вопрос не в том, кто в ноябре станет хозяином Белого дома на ближайшие четыре года — 74-летний Трамп или 77-летний Байден. А в том, куда и за кем Америка двинется после них. 

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru