Все новости

За что боролись, на то и напоролись. Что даст Гонконгу новый закон о нацбезопасности?

Александр Зюзин — о том, что правовой акт показал свою эффективность еще до вступления в силу

Жители Гонконга 1 июля отметили очередными протестами 23-ю годовщину перехода под китайский суверенитет. К этой дате они получили в "подарок" от Пекина новый закон о защите национальной безопасности в этом специальном административном районе.

Этот поспешно принятый парламентом Китая, но тщательно продуманный и, очевидно, давно планируемый правовой акт призван положить конец беспорядкам в бывшем британском анклаве, восстановить здесь стабильность, обуздать распоясавшихся радикалов, сепаратистов, а также влияние иностранных элементов, сотрудничающих с оппозицией.

Последние, к раздражению властей КНР, начали чувствовать здесь себя весьма вольготно и безнаказанно, превратив автономный Гонконг в базу для антикитайской подрывной активности. Теперь этому настанет конец.

Не одно, так другое

Надо сказать, что бывшая английская колония, где разрешены многие демократические свободы и деятельность оппозиции, всегда была крайне уязвимым местом для Поднебесной. Вместе с тем это один из главных инвесторов в ее экономику и ключевой международный финансовый центр, который столкнулся с риском пошатнуть свои позиции после прошлогодних массовых выступлений. Их участники — а это порой сотни тысяч человек — с лета прошлого года выходили на улицу в знак протеста против попыток местных властей принять сомнительный законопроект об экстрадиции, позволяющий выдавать правонарушителей материковому Китаю.

Этот малопопулярный акт в итоге под давлением общественности пришлось отозвать. Но, несмотря на это, волна не утихла — сторонники оппозиции из числа молодежи продолжали до середины ноября антиправительственные выступления, которые сопровождались блокированием дорог, насилием, поджогами и актами вандализма. Это нанесло мощный удар по экономике, бизнесу, туризму, международной репутации Гонконга.

Протесты в Гонконге, 1 октября 2019 года EPA-EFE/VIVEK PRAKASH
Описание
Протесты в Гонконге, 1 октября 2019 года
© EPA-EFE/VIVEK PRAKASH

В последние месяцы протестное движение заметно выдохлось, чему способствовала в том числе пандемия коронавирусной инфекции. Однако 1 июля тысячи демонстрантов с зонтиками вновь высыпали на улицы, чтобы выразить свое возмущение новым навязанным им законом, который оказался куда серьезнее прошлогоднего законопроекта об экстрадиции.

Он предусматривает в качестве максимального наказания ни много ни мало пожизненное заключение, а также создание в Гонконге органов безопасности КНР с широким кругом полномочий, возможностью ведения следствия и рассмотрения отдельных дел на территории материкового Китая.

В Пекине подчеркивают, что правовой акт направлен на предотвращение угроз национальной безопасности: сепаратизма, терроризма, подрыва госвласти и сговора с иностранными силами. Однако страны Запада и сторонники гонконгской оппозиции расценили это не иначе как конец формулы "одна страна — две системы" и нарушение обещаний Пекина не вмешиваться в дела территории, которой до 2047 года гарантировалась высокая степень автономии.

Кстати, среди 370 задержанных полицией 1 июля протестующих оказался десяток нарушителей нового грозного закона. Это молодежные активисты, самой юной из которых 15 лет, развернувшие лозунги о "независимости Гонконга". Однако отныне любая подобная сепаратистская символика, бывшая ранее привычным атрибутом протестных акций, объявлена вне закона, а их владельцы будут привлекаться к ответственности. Да и самих мирных митингующих, как полагают, тоже при желании можно будет отнести к нарушителям нового юридического акта.

Удар по оппозиции

Очевидно, что стратеги в Пекине выбрали правильное и крайне благоприятное время для принятия закона, который застал гонконгских оппозиционеров врасплох перед сентябрьскими выборами в Законодательный совет. Текст документа, состоящего из шести глав и 66 пунктов, до последнего момента держался в строгом секрете и был опубликован только поздно вечером 30 июня. По замыслу Пекина, он должен стать дамокловым мечом, который будет висеть над горсткой преступников, рискующих поставить под угрозу национальную безопасность. Впрочем, китайское руководство, по мнению экспертов, без особого повода не будет злоупотреблять законом и резко закручивать гайки.

Но уже сам факт его наличия оказал сдерживающее действие: правовой акт показал свою эффективность еще до вступления в силу. Так, ряд организаторов гонконгских протестов, включая самого дерзкого здесь прозападного молодежного активиста Джошуа Вонга, 30 июня объявили о прекращении своей антиправительственной деятельности и роспуске таких новых радикальных партий, как "Демосисто", "Гонконгский национальный фронт".

Также об окончательном отходе от общественно-политической жизни поспешила заявить влиятельная бывшая госслужащая 80-летняя Энсон Чан, высокопоставленная дама, занимавшая второй по величине пост еще в колониальной администрации. Пекин относит ее к числу четырех ключевых организаторов волнений в Гонконге и обвиняет в связях с политическими кругами США.

В гораздо более сложную ситуацию попали и другие ее "коллеги" по наведению смуты. Они уже и так находятся под колпаком правоохранительных органов, задержавших в середине апреля 15 видных оппозиционных деятелей. Эти пожилые и весьма состоятельные "кукловоды" были выпущены под залог и подписку о невыезде, став фигурантами нескольких дел об участии в прошлогодних антиправительственных протестах. Среди них — медиамагнат, владелец газеты "Пинго жибао" Джимми Лай — главный, по мнению Пекина, "антикитайский злодей" в Гонконге, а также правозащитник и ветеран борьбы за гонконгскую демократию 81-летний Мартин Ли, политический активист Альберт Хо. Их участь пока не ясна, и она может стать довольно серьезной с учетом вступления в силу нового закона.

Джимми Лай EPA-EFE/JEROME FAVRE
Описание
Джимми Лай
© EPA-EFE/JEROME FAVRE

Также, как полагают наблюдатели, в скором времени в Гонконге может быть вообще запрещена деятельность ряда вызывающих раздражение властей КНР политических организаций, таких как "Гонконгский альянс в поддержку патриотического демократического движения в Китае". Альянс является организатором крупнейших митингов и ежегодной акции в память о жертвах событий на пекинской площади Тяньаньмэнь 1989 года.

Ловушка Пекина?

Автор этих строк, освещавший протесты в Гонконге, сопровождавшиеся массовыми беспорядками и зачастую безнаказанностью их участников, не раз задавался вопросом: как вышло так, что местная полиция — весьма хорошо организованная, экипированная и высокопрофессиональная структура — позволяет местной молодежи открыто буянить на улицах, устраивать хаос, погромы, акты вандализма. Почему органы правопорядка не смогли (а может быть, не сочли нужным?) предотвратить штурм Законодательного совета 1 июля 2019 года, где протестующими была осквернена госсимволика. Их выкурили оттуда с помощью слезоточивого газа только ночью.

И как могли произойти многочисленные случаи погромов в метро при отсутствии элементарных патрулей на станциях, не говоря уже о беспрецедентном "захвате" такого стратегического объекта, как международный аэропорт Чек Лап Кок. В августе из-за скоплений протестующих там в течение двух суток были отменены сотни рейсов. 

Репортеры часто транслировали кадры того, как отдельные радикалы, студенты и школьники, налево-направо разбрасывают бутылки с зажигательной смесью, спокойно громят магазины, банкоматы — все это показывается в прямом эфире, а полиция и в ус не дует. Вызвало недоумение и то, почему стражи порядка не спешили ввести в эксплуатацию и использовать закупленные еще три года назад за $2 млн в Германии спецброневики с мощными водометами — эффективным средством для разгона толпы? Наконец, почему из 9 тыс. задержанных за год участников уличных беспорядков до сих пор всерьез были осуждены лишь единицы, в то время как подавляющее большинство взяли на заметку и выпустили под залог.

  AP Photo/Kin Cheung
Описание
© AP Photo/Kin Cheung

Ответы на эти вопросы теперь могут выглядеть вполне очевидными. Или полиция действительно столь непрофессиональная, или же она получила некую политическую установку дать возможность протестующим побузить и выпустить пар, чтобы тем самым наглядно показать всему миру реальность угрозы для национальной безопасности в Гонконге и оправдать необходимость принятия соответствующего закона.

Навязанный закон

Он был инициирован Пекином без участия Законодательного совета Гонконга. Жителей автономии не спросили, а поставили перед фактом. С другой стороны, логика властей КНР ясна. Ведь на протяжении 23 лет с момента передачи анклава они так и не смогли добиться принятия гонконгскими властями собственного акта, направленного на пресечение подрывной антигосударственной деятельности. Согласно статье 23 основного закона, Гонконг должен был принять этот закон сам, но оказался в тупике. Попытка это сделать в 2003 году спровоцировала массовые протесты, и так было бы всякий раз вновь.

Надо сказать, другой специальный административный район — Макао — оказался гораздо покладистей и сумел принять в 2009 году позарез важный для Пекина акт. Было ясно, что в своенравном Гонконге с его политически активным населением, готовым отстаивать свои демократические права и свободы при росте популярности оппозиции, такой номер не пройдет.

Этой брешью в законодательстве активно пользовались иностранные элементы, взявшиеся использовать Гонконг для пропаганды сепаратизма и антикитайских настроений. Переносчиками этих идей в итоге стала гонконгская молодежь, которая не хочет быть идентифицирована с Китаем.

Чтобы устранить эту занозу, власти КНР в итоге сами спешно занялись подготовкой законопроекта. Он был принят всего за месяц и в крайне удобное время еще и потому, что внимание "покровителей гонконгской демократии" в США сейчас приковано к собственным внутриполитическим проблемам и кризисной ситуации с протестами в своей стране.

Белый дом, естественно, пригрозил возможными санкциями. Однако они не сильно затронут мегаполис и способны навредить больше самим американцам, которые имеют здесь значительные бизнес-интересы и огромное положительное сальдо в торговле с этим специальным административным районом. В частности, Гонконг является третьим крупнейшим рынком для поставок американских вин и четвертым — для говядины. Здесь действуют 1,3 тыс. компаний из США в сферах торговли, финансов и услуг.

Что будет с финансовым центром

Многие бизнес-структуры, даже включая британского банковского гиганта HSBC, в один голос приветствовали принятие закона, считая, что он укрепит долгосрочную стабильность и процветание в Гонконге. Во всяком случае, угрозы США ввести экономические санкции пока не вызвали оттока капитала из этого специального административного района. Наоборот, в последний месяц наблюдается приток средств инвесторов на местный фондовый рынок, где состоялось несколько новых крупных размещений акций ряда компаний (IPO).

  AP Photo/Kin Cheung
Описание
© AP Photo/Kin Cheung

"Приток денег отражает уверенность инвесторов в гонконгском рынке. А они идут лишь на те рынки, где видят возможности заработать", — отметил корр. ТАСС, финансовый аналитик Том Чан. Местные власти заявляли, что возможные санкционные действия Вашингтона не способны нарушить статус Гонконга как международного финансового центра, не повлекут изменений в свободном движении капитала и системе привязки местной валюты к американскому доллару.

Фактор выборов

Принятие закона о нацбезопасности имеет еще один важный аспект. Он способен повлиять на выборы депутатов Законодательного совета Гонконга, намеченные на 6 сентября текущего года. В Пекине опасаются, что итоги голосования могут привести к заметному увеличению доли оппозиционных депутатов от продемократических партий, которые в этом случае смогут блокировать принятие важных законов в автономии. Тревожным звонком стала сокрушительная победа в ноябре прошлого года на выборах депутатов районных советов кандидатов от оппозиции, получивших 90% мест. Для Пекина это стало совершенной неожиданностью.

Представители оппозиционного лагеря опасаются, что новый закон может повлиять на результаты парламентских выборов в пользу кандидатов от проправительственного блока и повлечь дисквалификацию "непатриотично настроенных" претендентов, которые не смогут занимать госдолжности. 

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru