Маленький дом, спасший миллионы. Как из штаба на Ладоге управляли Дорогой жизни
Музей "Штаб автомобилистов Дороги жизни"
Бесперебойная работа
Неприметный одноэтажный серо-голубой домик на берегу Ладожского озера в деревне Коккорево в Рахьинском городском поселении Всеволожского района Ленобласти — одно из ключевых мест в летописи подвига блокадного Ленинграда. Здесь, в бывшей начальной школе, с ноября 1941 года размещался штаб военно-автомобильной дороги №101 (ВАД-101) — тот самый мозговой центр, откуда управляли Дорогой жизни. Сейчас это музей "Штаб автомобилистов Дороги жизни".
Блокада Ленинграда, длившаяся 872 дня (с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года), унесла жизни, по разным данным, от 632 253 до 1,093 млн человек. Единственной нитью, связывавшей осажденный город с Большой землей, стала ледовая трасса через Ладогу, по которой подвозили боеприпасы, вооружение, продовольствие, топливо, эвакуировали больных и раненых, оборудование заводов и фабрик.
Дорога жизни — название, которое дали ленинградцы ледовой трассе через Ладожское озеро, начавшей работу 22 ноября 1941 года. Она действовала две зимы и была единственным путем, обеспечивавшим функционирование осажденного города. Летом перевозки через Ладогу этим маршрутом осуществлялись по воде. Дорога представляла собой комплекс наземных и водных объектов, которые тщательно оборонялись и обеспечивались электричеством, топливом и связью.
Только за первый сезон работы ледовой трассы в Ленинград доставили более 360 тыс. т полезных грузов. Из осажденного города вывезли 550 тыс. человек, а также около 3 700 вагонов ценного промышленного оборудования и предметов искусства.
Доставка грузов в Ленинград по льду Ладожского озера, 1943 год
Создать музей еще в 1960-х годах предложил командир 64-го отдельного дорожно-эксплуатационного батальона Леонид Гальперин. Его поддержали и другие участники Великой Отечественной, работавшие на Дороге жизни. Они стали приносить в штаб фотографии и предметы, которые, соединившись с историями, превратились в настоящий музей. На тот момент он состоял из одной комнаты, остальные помещения занимало Общество охотников и рыболовов.
Создание современного музея
В 1988 году здание было взято на учет в числе военно-исторических памятников и памятных мест, подлежащих охране в Ленинградской области. В 1990-е годы объект перешел в собственность Общества охотников и рыболовов, там продолжали храниться воспоминания ветеранов о тех страшных днях.
Читайте также
Ледовый тыл Кронштадта. О Малой Дороге жизни
Несколько лет назад общественность обеспокоилась судьбой музея, тем, что собранные ветеранами и активистами свидетельства о людях, обеспечивших функционирование ледовой трассы, могут исчезнуть. Весной 2020 года по поручению председателя СК РФ Александра Бастрыкина организована проверка информации о разрушении музея, возбуждено уголовное дело по статье УК РФ 243.1. "Нарушение требований сохранения или использования объектов культурного наследия". После этого администрация Ленобласти выкупила здание и передала его Музейно-мемориальному комплексу "Дорога жизни".
Работа бюро "Метаформа"
В декабре 2021 года бюро музейной сценографии "Метаформа" начало работу над созданием музея. Обновленная экспозиция открыла свои двери для посетителей в 2022 году.
"Метаформа" стремилась бережно вписать новые технологии в исторический контекст, стараясь не заменить, а дополнить наследие ветеранов, чтобы ярче показать, как личный подвиг каждого создавал и обеспечивал бесперебойную работу слаженного механизма для спасения города.
Читайте также
30 километров Дороги жизни. Как "срочное изобретение" спасало жителей блокадного города
"Мы изначально базировались на том материале, который создавали участники событий. В концепции было сразу указано, что музей будет пронизан человеческими историями. <…> Все ветераны были теми, кто совершил настоящий подвиг, однако они были очень скромные. Потому что мы читали их тексты, в которых люди описывали свои истории, и в них не было сентиментальности. <…> Для нас важнейшей частью стало то, что эти люди объединились сначала для спасения города, а потом для того, чтобы сохранить память об этом. Мы хотели показать это", — рассказала творческий директор бюро музейной сценографии "Метаформа" Виктория Тарасова.
Сегодняшний облик музея — это результат бережного и концептуального подхода. Его главный принцип — следование традициям, заложенным самими ветеранами-автомобилистами, которые и создали этот мемориал. Современные технологические решения — интерактивные инсталляции, мультимедийные панели — выступают здесь не заменой, а деликатной "рамкой" для этих реликвий. Они расширяют контекст, позволяя глубже погрузиться в историю феномена Дороги жизни, в судьбы конкретных людей и в значение самого места — того самого штаба в Коккорево.
Сценография выстроена с опорой на первоначальную структуру и информационную логику, заданную создателями музея. Таким образом, подлинные предметы — путевые листы, личные вещи водителей, детали машин — остаются в центре внимания, а технологии помогают оживить их историю для современного посетителя.
"Задача была в том, чтобы показать, что "Дорога жизни" — это не отдельный набор личных историй, но и настоящий живой механизм. Нам очень хотелось показать их взаимодействие, с помощью которого решались самые сложные и, казалось порой, невозможные задачи", — подчеркнула Виктория Тарасова.
Музей получился лаконичным и простым. Однако в этой незамысловатости и крылась сама сложность. Бюро хотело сохранить ощущение того, что это было сделано собственными руками.
"Когда они писали и рассказывали свою историю, создавая музей, они находились внутри, рассказывали о себе от себя и даже не понимали, какой подвиг совершили. Нам важно было показать значение вложения каждого и выделить канву "памяти о памяти", объективной истории, внутри которой личные истории", — резюмировала Виктория Тарасова.
Прогулка по музею
Переступая порог домика, попадаешь в прошлое. Первый зал — сохраненное в неприкосновенности наследие ветеранов, которые в 1960-е годы своими силами создали здесь мемориал. Под самым потолком — увеличенные копии рукописных историй с цитатами тех, кто трудился на ледяной дороге, а потом, спустя годы, создавал этот музей.
"К смерти не привыкаешь даже тогда, когда она каждый день на твоих глазах. С тем большим жаром заботились мы о тех, кому нужна была помощь. А таких порой бывало по 200–300 человек в сутки... Надо спасать попавших в беду людей, возвращать их к жизни" — пишет Ольга Писаренко, служившая в санитарной палатке и спасшая около 20 тыс. человек. Позже она стала хранительницей этого музея. Такие простые, непарадные слова задают тон всему пространству.
Сразу бросается в глаза масштабное панно "Первый километр Ледовой дороги", написанное еще в советское время архитектором-фронтовиком Леонидом Гальпериным и художником Сергеем Петерсоном. На нем — две встречные трассы, уходящие в ледяную даль, солдаты, автомобили, замерзшая Ладога и на первом плане — санитарная палатка. Рядом — скромные стенды с фотографиями и рукописными альбомами, личные вещи водителей и регулировщиц.
Даже стенды здесь — не стандартные музейные витрины, а рукотворные альбомы. Бесценные черно-белые фотографии, закрепленные на давно пожелтевших листах ватмана, можно разглядывать бесконечно. Очень серьезный солдат, пробирающаяся через уже оттаявшую Ладогу "полуторка", разгружающий прибывший состав с продовольствием женский отряд — каждый снимок дышит историей.
Следующие комнаты, оформленные "Метаформой", раскрывают историю трассы через интерактивные инсталляции. Центральный элемент — настоящие трубы, по которым в Ленинград поступали топливо и электричество. К ним можно не только прикоснуться, но и увидеть, что находится внутри. На мультимедийных экранах оживают карты, архивные кадры хроники и лица героев, под стеклом можно рассмотреть настоящие артефакты времен войны — винтовку Мосина, которую достали со дна уже после войны, поврежденные каски, гранаты.
Особое место в экспозиции занимают фотографии того периода. Например, в первый день работы ледовой дороги, 20 ноября 1941 года, в путь отправились гужевые повозки. На кадрах запечатлены истощенные лошади. В сутки им выдавали лишь 3 кг овса вместо положенных 8 — остальное шло на муку для хлеба. Чтобы прокормить животных, в Ленинграде были созданы специальные отряды из женщин и детей. Они ходили по паркам и заготавливали ветки деревьев, искали под снегом мох, чтобы добавлять его в корм лошадям. Первый обоз доставил в город 63 т муки.
На одной из фотографий запечатлен солдат — большого труда ему стоит выйти из воды с мешком за плечами. Это — финал первой ледовой навигации. Дорога прекратила работу 25 апреля 1942 года, когда последние "полуторки" с огромным риском шли уже практически по воде.
Итогом того страшного сезона для жителей блокадного города стал неожиданный, но жизненно важный груз: весной в Кобону (деревня, где был продовольственный склад, в составе Суховского сельского поселения Кировского района Ленобласти, в 1941–1943 годах сыгравшая важнейшую роль в обеспечении связи осажденного города с остальной частью СССР) завезли репчатый лук. Каждой семье к 1 мая в честь праздника выдали, как тогда говорили, "по одной лучине".
В другой части экспозиции под стеклом сохранился специальный пропуск. У каждого, кто был причастен к снабжению осажденного города и работал на ледовой трассе, должен был быть такой документ. Во время осмотра музея экскурсовод с особым трепетом остановился у этого артефакта, вспоминая историю, которую сотрудникам музея во время своего визита рассказал народный артист России Борис Щербаков.
Грузовой автомобиль на дороге, проложенной по льду Ладожского озера, 1942 год
Его мать, тогда юную, эвакуировали из Ленинграда на легендарной "полуторке". Машина попала в полынью, но Маша не только выбралась сама, но и помогла водителю. Так трагические события стали началом счастливых: Мария и Василий после войны снова встретились и поженились.
За углом, занимая почти полстены, висит огромная, выполненная вручную карта-схема — уникальный экспонат, созданный после войны участниками событий. На нее детально нанесен весь "Зеленый пояс Славы" Ленинграда — комплекс мемориалов на рубежах обороны. Это одновременно и исторический документ, и символ народной памяти.
Осиновецкий маяк
За музеем, над деревней и бескрайней гладью Ладоги, как вечный часовой, возвышается 74-метровый Осиновецкий маяк. В годы блокады его свет, видный за 40 км, был навигационным путеводителем для колонн "полуторок". Он же служил укрытием во время бомбежек. Местные жители между собой и сейчас называют его ветераном войны.
Начальник ледовой дороги
В отдельном зале воссоздан "кабинет" начальника ледовой дороги — капитана 1-го ранга Михаила Нефедова. Здесь находится его ростовая фигура, а на столе лежат копии дневников наблюдений за льдом. Именно его расчеты помогли сделать трассу более безопасной и накормить сотни тысяч людей.
24 мая 1943 года Нефедов трагически погиб при тушении пожара на складах горючего в бухте Морье. Ему было 44 года. Как раз в те дни командование решило отозвать его с Дороги жизни и направить, как морского офицера, для несения дальнейшей службы на флот. Однако узнать об этом решении он так и не успел.
18 января 1943 года войска 123-й стрелковой бригады Ленинградского фронта, соединившись с частями 372-й дивизии Волховского фронта, прорвали блокадное кольцо вокруг Ленинграда, благодаря чему появилась возможность пользоваться железнодорожным сообщением.
Мария Владыко