Все новости

Юрий Ганус: РУСАДА все еще обеспокоено вопросом сохранения собственной независимости

Юрий Ганус Михаил Джапаридзе/ТАСС
Описание
Юрий Ганус
© Михаил Джапаридзе/ТАСС

Генеральный директор Российского антидопингового агентства (РУСАДА) Юрий Ганус в интервью ТАСС рассказал, с каким настроением возглавляемая им организация отмечает год с момента восстановления международного статуса, поделился своим отношением к бывшим допинговым нарушителям, которые сейчас находятся на руководящих постах в сфере спорта, а также подробно рассказал о создаваемой при РУСАДА комиссии спортсменов.

— Какова главная миссия РУСАДА?

— РУСАДА должно стать генератором и проводником новой антидопинговой культуры в нашей стране, которая должна найти отражение в жизни каждого спортсмена. Российское антидопинговое агентство, подчеркну, не является карательной организацией. Мы служим интересам чистого спорта и должны защищать интересы чистого спорта, закрыть допуск на старты допингерам — киборгам от спорта.

— С каким настроением РУСАДА будет отмечать год своего восстановления?

— Я двойственные чувства испытываю. С одной стороны, конечно, мы удовлетворены тем, как развивается ситуация с выходом из допингового кризиса, как растет доверие к РУСАДА в мире и в России, мы становимся профессиональнее и эффективнее в своей деятельности. Но, с другой стороны, испытываем обеспокоенность.

Почему удовлетворение? За этот год нам очень многое удалось сделать, наша организация стала сильнее и профессиональнее. Деятельность РУСАДА соответствует всем международным стандартам и лучшим мировым практикам. Российское антидопинговое агентство стало одним из лучших в мире.

— А что вызывает у вас обеспокоенность?

— Во-первых, речь идет прежде всего о сохранении нашей независимости, которая должна являться одной из главных составляющих любого национального антидопингового агентства. К сожалению, наша независимость не всегда и не всеми приветствуется. Но те времена, когда РУСАДА использовали в интересах третьих лиц, безвозвратно ушли в прошлое. Сейчас мы действуем, руководствуясь исключительно международными антидопинговыми нормами и стандартами, документами, регулирующими нашу деятельность, внутренними нормативными документами.

И чем дольше мы работаем, тем больше у нас возникает определенного рода вопросов. Так, например, до сих пор общее собрание учредителей не утвердило результаты работы нашего агентства в 2018 году, в то время как наш наблюдательный совет признал нашу деятельность успешной. РУСАДА получило в прошлом году соответствие и успешно прошло аудит Всемирного антидопингового агентства (WADA). Но всего этого оказалось недостаточно для Олимпийского комитета России (ОКР), настаивающего на проведении ежегодного аудита той организацией, которую выберет он сам. ОКР тем самым пытается оказать влияние на независимое ведение национальным антидопинговым агентством своей профессиональной деятельности, настаивая на предварительном уведомлении спортсменов при проведении процедуры допинг-контроля. Сейчас идет процедура согласования, хотя в данном случае ОКР фактически нарушает не только корпоративные нормы, но и наши принципы независимости.

При этом хочу напомнить, что все годы восстановления и работы нового РУСАДА ежегодный аудит проводила организация, ранее рекомендованная спортивными властями. Нам скрывать нечего, я сторонник полной прозрачности ведения деятельности, и принцип транспарентности является одним из моих профессиональных принципов как корпоративного директора, члена российской и международной ассоциаций профессиональных директоров.

Руководствуясь передовыми практиками корпоративного управления, внутри РУСАДА создана и работает служба внутреннего аудита. Хочу отметить, что в соответствии с нормами право выбора аудитора должно быть у нас, а учредители должны эту кандидатуру или утвердить, или отклонить. А сейчас один из учредителей, ОКР, хочет у нас это право на выбор аудитора отобрать, что не может быть приемлемым.

— В чем заключается открытость РУСАДА?

— Примером нашей открытости являются наши внутренние расследования прежней деятельности РУСАДА, и мы как правопреемники не можем просто так отказаться от истории. Необходимо разобраться и сделать выводы из прежнего опыта, каким бы негативным он ни оказался.

Мы инициировали три внутренних расследования, два из которых завершены. Работа по третьему продолжается. Для одного из расследований мы привлекли профессиональную независимую организацию, которая специализируется на финансовых антикоррупционных исследованиях и является подразделением международной организации, что обеспечивает независимость их экспертизы, прозрачность и рост доверия к РУСАДА в международной среде. Речь идет о подозрении на закупку оборудования по весьма завышенным ценам. Разница по итогам проведенной проверки и представленным материалам была существенная.

Мы все результаты данного всеобъемлющего расследования представили в наблюдательный совет. Тот, в свою очередь, принял решение все документы передать в МВД и прокуратуру. Буквально недавно мы получили из Главного управления МВД по городу Москве документ, который говорит о том, что по результатам проведенного расследования уголовное дело прекращено в связи с отсутствием события преступления. Оснований для отмены данного решения не имеется по причине того, что причастность прежнего руководства РУСАДА к совершению каких-либо преступлений не установлена. Правоохранительные органы в представленных им материалах не усмотрели ничего противозаконного. Дело, находящееся в фокусе внимания международных антидопинговых организаций, рассыпалось. Как и рассыпалось годом ранее дело в Чувашии, которое обернулось пакетом из 69 дел, инициированных РУСАДА.

Последствия таких действий могут иметь самый серьезный характер не только для спортсменов, но и для спортивной власти России, так как мало кто в мире будет разбираться в иерархии правоохранительных или спортивных органов РФ. Данные чиновники своими руками ведут реинкарнацию выводов докладов Макларена. Также нас не может не беспокоить развитие дела легкоатлета Данила Лысенко и реакция на него как во Всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА), так и в спортивных и правоохранительных органах РФ различных уровней.

Мы как национальное антидопинговое агентство имеем право и должны сотрудничать с международными спортивными федерациями. Это сотрудничество расширяется, в том числе и в связи с ростом доверия к РУСАДА в мире. Так, в легкой атлетике мы сотрудничаем с подразделением AIU (Athletics Integrity Unit, легкоатлетический дисциплинарный орган — прим. ТАСС) как по делу легкоатлета Лысенко, так и по ряду других дел. Но наша совместная работа стала основанием для проверки со стороны прокуратуры РФ. Причем инициатором, как мы знаем, была отнюдь не прокуратура.

Вместо того чтобы в спокойной обстановке вести расследование, нам приходится тратить силы и время на другое. Такая ситуация может и уже негативно влияет на отношение не только к ВФЛА, Министерству спорта и ОКР, но и к нашим спортсменам со стороны той же Международной ассоциации легкоатлетических федераций, WADA, спортивного и антидопингового сообщества.

— Что важного РУСАДА удалось сделать за прошедший с момента восстановления год?

— Кроме усиления международной деятельности, мы начали выстраивать достаточно эффективную работу с национальными федерациями и региональными спортивными ведомствами. Расширяем географию регионов, системно борющихся с допингом. Мы подписали новые антидопинговые соглашения с Союзом биатлонистов России, с Федерацией бобслея России, заключено всеобъемлющее соглашение с Российским футбольным союзом. Готовятся новые соглашения. Причем мы не стремимся формально увеличивать их количество, это будут реальные соглашения, направленные на реальную борьбу с допингом.

Мы развиваем наше системное перспективное взаимодействие с Паралимпийским комитетом России, ведем антидопинговую поддержку их работы не только в Москве, но и в регионах. У нас подписаны соглашения с международными спортивными федерациями, нас вовлекают в работу международных антидопинговых групп. Нам доверяют в мире больше. Заместитель генерального директора РУСАДА Маргарита Пахноцкая возглавила одну из рабочих групп в Совете Европы по борьбе с допингом.

— Как вы думаете, насколько изменилась в России антидопинговая культура с тех пор, как в РУСАДА стали работать новые люди?

— Она начала меняться, но вся работа еще впереди. Мы активно развиваем наши образовательные форматы, усиливаем деятельность по выявлению и расследованию допинговых нарушений. К примеру, за первые девять месяцев этого года мы выявили больше нарушений, чем за весь 2018 год. Если в прошлом году было 147 нарушений, то сейчас уже 162. Но вопрос заключается даже не в том, какое количество нарушений мы выявляем, главное — как к этому относятся спортивные власти и какие выводы они делают.

Так, правительство Чувашии создало независимую комиссию по расследованию выявленных нами многочисленных нарушений антидопинговых правил в этой республике. Я очень хочу верить, что эта комиссия создана не для того, чтобы разрушить заведенные нами дела. Мы ставим перед собой задачу разобраться во всех обстоятельствах нарушений, которые ни в коем случае нельзя скрывать.

— Ваше отношение к тому, что некоторые люди, официально объявленные нарушителями антидопинговых правил, сейчас занимают высокие посты?

— Если мы говорим о последовательной работе, об изменении культуры в спорте на выходе из такого тяжелого допингового кризиса, то совершенно однозначно, и мировая практика это подтверждает, эту работу должны вести непререкаемые авторитеты, апологеты чистого спорта. Сами организации должны беспокоиться о своем реноме не только на национальном уровне, но и на международном.

Важно принять простую истину: спорт высших достижений — это спорт международного уровня, и мы должны соответствовать общим международным правилам, единым для всех спортивных юрисдикций. Уличенные в допинговых нарушениях лица не могут вести никакой деятельности, связанной со спортом, тем более законотворческой в этой сфере.

Бывшие допингеры не могут возглавлять центры спортивной подготовки, так как они своим присутствием дискредитируют эти центры, а все спортсмены таких ЦСП будут в зоне влияния нашего отдела расследований. Не понимаю я и ситуации, когда уличенные в допинговых нарушениях лица участвуют в каких-либо публичных мероприятиях вместе с представителями властей. Какой сигнал идет в сторону общества? Все это не может вызывать обеспокоенности.

По моему мнению, спорт должны представлять люди, к которым нет никаких вопросов. Поэтому мое отношение к таким прецедентам негативное. И какое доверие к словам российских спортивных чиновников о преданности идеалам чистого спорта из-за этого может быть у наших зарубежных коллег?

— Есть ли у вас опасения за будущее РУСАДА после того, как будут оглашены результаты проверки вывезенной базы московской антидопинговой лаборатории? WADA ранее заявило, что РУСАДА может быть опять лишено соответствия, если в базе будут выявлены исправления.

— Тревога будет оставаться до тех пор, пока мы полностью не выйдем из этого кризиса. Мы не знаем до конца, как идет расследование. И до его окончания мне не хотелось бы ничего говорить по этому вопросу. Но сам факт того, что в начале сентября была встреча представителей России и WADA, говорит о том, что возникли какие-то вопросы у Всемирного антидопингового агентства. Я думаю, что результаты изучения базы будут обнародованы в начале ноября на исполкоме WADA.

— 23 сентября состоится совет IAAF, на котором будет в очередной раз рассмотрен вопрос восстановления ВФЛА. Ваши ожидания?

— Вся имеющаяся у меня информация, которую я не могу раскрывать, говорит о том, что ВФЛА не будет восстановлена. Причем вопрос касается не только не до конца проверенной базы московской лаборатории. Препятствием к восстановлению может быть и дело Лысенко.

Как случилось так, что этот очень перспективный спортсмен в течение года допустил запредельное количество нарушений правил доступности и пропустил тестирования? И второе: что сама федерация предприняла для решения данной ситуации? Как я понимаю, у международной федерации есть вопросы к ВФЛА, и они достаточно существенные, если статус ВФЛА до сих пор не восстановлен. Легкая атлетика России не может быть заложницей сложившейся ситуации.

— Не так давно было объявлено о создании при ОКР рабочей группы по восстановлению ВФЛА. Представители РУСАДА входят в нее? Если да, то что можно сказать про эффективность работы этой группы?

— Ни в какие группы по восстановлению ВФЛА мы не входили и не входим. Единственная группа, в деятельности которой мы принимаем участие, это группа, в которую нас пригласил Международный союз биатлонистов. Мы занимаемся работой по восстановлению международного статуса Союза биатлонистов России.

— Что можете сказать о перспективах этой организации?

— Мы видим, что большая часть вопросов уже решена. Союз биатлонистов России находится на правильном пути. Но надо учитывать и тот факт, что IBU ведет свое расследование. И как его результаты отразятся на работе Союза биатлонистов России, мне пока сложно сказать.

— Появилась информация, что при РУСАДА будет создана комиссия спортсменов, в которую, в частности, войдет неоднократная чемпионка мира и Европы в прыжках в высоту Мария Ласицкене.

— Да это так. Защита честных спортсменов — одно из главных направлений нашей деятельности. И мы не можем не вовлекать их в нашу работу. Формирование данной комиссии — это способ продвижения новой антидопинговой культуры и получения независимой объективной обратной связи от спортивного сообщества. Вместе с Марией в комиссию также будет входить трехкратный олимпийский чемпион по академической гребле Вячеслав Иванов. Мы заручились согласием по работе в комиссии со стороны наших других выдающихся спортсменов, чьи имена мы тоже скоро объявим. Нам очень важно, чтобы в эту комиссию входили те атлеты, которые являются примером для подражания. Также мы рассчитываем на тесное взаимодействие с комиссией спортсменов Олимпийского комитета России. Но это сотрудничество не должно выражаться в попытках давления на РУСАДА. Нас невозможно склонить к нарушениям международных стандартов.

— Какие задачи намерено решить РУСАДА в ближайшем будущем?

— Мы продолжим работу над совершенствованием российской антидопинговой системы, которая не на словах, а на деле отстаивает интересы чистого спорта. К сожалению, деятельность ряда российских организаций, связанных со спортом, вызывает массу вопросов. Мы будем делать все, чтобы исправить такую ситуацию. Сделаем все, чтобы восстановить мост доверия между Россией и нашими иностранными коллегами в антидопинговом и в спортивном сообществах.

Беседовал Альберт Стародубцев