Все новости

Елизавета Туктамышева: статус самой возрастной одиночницы добавляет своеобразности

Елизавета Туктамышева EPA-EFE/ETIENNE LAURENT
Описание
Елизавета Туктамышева
© EPA-EFE/ETIENNE LAURENT

Российская фигуристка Елизавета Туктамышева — уникальное явление в международном спорте. Несмотря на солидный для фигурного катания возраст, она не только продолжает удерживать позиции в мировом топе, но и совершенствуется день ото дня. На минувшем этапе Гран-при в китайском Чунцине 22-летняя спортсменка заняла третье место, хотя смело могла претендовать и на серебро. На следующий день после окончания турнира Туктамышева встретилась с корреспондентом ТАСС и поведала про нацеленность на Олимпиаду в Пекине, планы на усложнение контента, а также рассказала, каково это — быть "путеводной звездой" для других фигуристок.

— Давайте начнем с итогов китайского этапа. Третье место на нем — это больше разочарование или радость от того, что удалось попасть на пьедестал?

— Скорее, на этом старте было разочарование. Могла бы быть второй, повыше немножко. Я сама виновата, допустила ошибки в короткой программе. Поэтому третьим местом я не очень довольна.

— Вчера вы сказали, что шансы попасть в финал небольшие. Сильно расстроитесь, если не получится завоевать путевку в Турин?

— Конечно, будет обидно. Немного расстроюсь. Но будет Загреб, там будет Рождество, все в огоньках. Мы регулярно туда ездили, когда не получалось попасть в финал Гран-при. Поэтому пойдем по традиционной схеме.

— То есть в случае невыхода в финал у вас точно будет этот "Челленджер"?

— Планируем так, да.

— Вчера разговаривали с Алексеем Николаевичем Мишиным, и он высказал предположение, что создавалась такая атмосфера, чтобы не допустить в финал подавляющего количества российских фигуристок. У вас не сложилось такого же мнения?

— Не знаю, но Алексею Николаевичу, конечно, виднее. Я думаю, что с его словами можно согласиться.

— Получается, претензии к арбитрам есть?​​​​​​

— Как спортсмен я не могу предъявлять претензии судьям. Но могу отметить, что Алексей Николаевич не скажет чего-то, что не является таковым.

— Перед стартом сезона вы усложнили произвольную программу, добавив второй тройной аксель. Этот шаг явно был заявкой на что-то грандиозное. Но, получается, начало сезона сложилось не очень удачно?

— Сравнивая это начало сезона с прошлым разом, когда я выходила после постолимпийского, там я была в разладе. Этот же сезон начался по форме очень хорошо. Но я была не совсем довольна катанием или баллами, и я вроде бы была в наилучшей форме в своей жизни, но удовлетворения от стартов не получала. Здесь, в Китае, я впервые за долгое время получила приятные эмоции после произвольной программы.

— После вчерашнего вашего выступления пошло очень много разговоров на тему решения вернуть прошлогоднюю произвольную программу. Кто-то даже считает, что это может внести перелом в турнирные расклады. В связи с этим нет сожаления, что не катали ее со старта сезона?

— Нет, так как мне все равно нужно было пройти этот этап, прокатать эту программу. Она тоже была неплохая, мне она нравилась, но я знала, что у меня есть еще одна, которая лучше. И почему бы ее не катать. Все, что мы сделали в начале сезона, было правильным, на мой взгляд. Через какие-то моменты нужно проходить.

— Вы говорили, что хотите получать удовольствие от соревнований. Но на них еще нужно будет отбираться, в частности — через чемпионат России. У вас уже есть примерный план подготовки к этому турниру?

— Плана нет, но я не думаю, что мы будем стратегически менять или делать что-то новое перед чемпионатом России. Такая же абсолютно будет подготовка. Главное — чтоб я была уверена в своих силах, все идет от головы.

— Планов усложнять контент пока нет?

— Нет, не планируем.

— Перед началом сезона вы говорили, что разучиваете четверной тулуп и даже делаете его на лонже (специальное страховочное приспособление, облегчающее изучение новых прыжковых элементов — прим. ТАСС). Сейчас, как я понимаю, процесс приостановлен?

— Да, на лонже — это просто, так как там есть помощь определенная. Нет страха упасть больно. Поэтому на лонже многие делают, это нормальное явление, но сейчас, так как сезон очень серьезный, надо делать акцент на стабильность того, что уже есть в программе. Так что мы приостановили это.

— Без удочки (приспособление, облегчающее изучение новых прыжковых элементов и минимизирующее риск получения повреждений — прим. ТАСС) попыток не было?

— Ну, были, но такие… Не самые удачные.

— После этапа Гран-при в США, где вы тоже стали третьей, Алексей Николаевич назвал вас путеводной звездой для взрослых фигуристок. Каково это — быть примером для подражания?

— Это дает какую-то ответственность. Но в то же время приятно, что все эти труды не прошли напрасно. Что все равно меня любят и уважают, не зря я так долго борюсь в этом спорте, катаюсь (смеется). Это очень круто, конечно, мне это нравится.

— Продолжая тему возраста. Я — ваш ровесник, и мне, честно говоря, читать всякое разное про ваш возраст немного дико...

— Ну, для нормальных людей, наверное, да (смеется).

— Но неужели возраст действительно сказывается, и выступать стало тяжелее?

—  Нет, не тяжелее, просто физически делать много сложных элементов стало труднее. Даже включение двух тройных акселей в программу проходило достаточно трудно и психологически, и физически, потому что это два серьезных прыжка. И собирать сложные каскады или комбинации с ойлером во второй половине — это тоже не так просто.

Поэтому я, конечно, помню себя сама в 14 лет, когда я выигрывала свои юношеские и взрослые Гран-при. Я откатывала произвольную программу, и мне это ничего не стоило. То есть я потом могла ее еще раз выйти и сделать. Сейчас же я скажу "Нет, вы что! Мне нужен отдых!" (Смеется.)

— Вы сами неоднократно отшучивались на тему возраста. Но, если по-честному, нет обиды, когда говорят, мол, Туктамышева, конечно, хороша, но годков-то ей уже сколько?

— Да нет, не обидно, так как я проходила все это сама. У меня были свои сезоны. Нет, наоборот, это прикольно, что я сейчас самая старшая одиночница в мире. Это дает какую-то своеобразность, меня это прикалывает. А про возраст… Всегда будут что-то говорить. Будь ты любого возраста, любой внешности, всегда будут что-то говорить. Надо к этому относиться проще.

— Но ведь вы сейчас едва ли не в самой лучшей форме за всю карьеру…

— Да, но я думаю, что это все в связи с тем, что я все-таки маленькая. Метр с кепкой (смеется).

— Скажите, а есть у вас какие-то ориентиры в фигурном катании?

— Даже не знаю… Пока я чувствую в себе силы, я буду бороться, кататься. Конкретного ориентира нет, но сейчас это, наверное, Олимпийские игры. Если же говорить про персоны, то этого у меня никогда не было, ни в детстве, ни сейчас. Даже связанные с кино, с музыкой. Никогда ни по кому не фанатела и не понимала, как вообще можно любить незнакомого человека.

В то же время я благодарна поклонникам фигурного катания. Их очень много. Но у меня нет такого, я стараюсь быть достойным спортсменом и человеком. И пытаюсь быть лучше, чем на прошлой неделе.

— У вас за карьеру было много титулов. Но, быть может, осталось еще что-то, чего вам хотелось бы достичь?

— Конечно, это медаль на Олимпийских играх.

— Получается, ориентир на Пекин сохраняется? И до этих Игр вы точно будете выступать?​​​

— Да, безусловно.

— А после?

— Будем смотреть. На будущее я вообще никогда не загадываю.

— Многих спортсменов пугает перспектива завершения карьеры. Скажите, а вы уже думали над тем, что будет после спорта?

— Это очень сложный вопрос. Когда ты так долго занимаешься одним делом, отдаешь ему свою жизнь, очень страшно думать, что же будет потом. Но сейчас я пытаюсь хоть как-то визуализировать то, что будет в будущем, но не хочу этого говорить пока что. Возможно, когда-нибудь я поделюсь этим, но сейчас хотела бы сохранить это в тайне.

Беседовал Владислав Жуков